Одинокий отец познакомится - Мика Ртуть

Лорен задумчиво гладила Кошмарика по черепу и смотрела, как Марта с недовольным лицом вымешивает фарш. Они остались на кухне вдвоем, и теперь Лорен слушала, как кухарка бубнит себе под нос:

– Ортего всегда был заносчивым, но добрым мальчиком. Всегда волновался за Марка, жалел его. Ну а что жен ему подсовывал никудышных, так он не виноват. На первый взгляд они все казались нормальными, это на второй уже… коль не дура, так стерва. Старый король был строг: женил сына, как только ему исполнилось двадцать лет на принцессе из Перси. Оттого Анеска и смуглая, на мать похожа. А три года назад овдовел наш король, с тех пор неприкаянный и ходит. – Марта вбила в фарш яйца и опять принялась его вымешивать. – Котлеток хочу сделать, любит Маркушечка котлетки. Я ж их обоих вынянчила – и Марка, и Ортего. Шустрые мальчишки были…

Марта рассказывала, а Лорен думала о своем. Идти к королю нужно, но страшно. А если он ее даже видеть не захочет? Да и кто ее пустит к нему просто так? Небось, нужно записываться на прием заранее, ждать очереди.

Кошмарик легонько тронул ее за руку. Девушка склонила голову, вопросительно глядя на химеру. Тот привстал на задних лапках и энергично замахал передними, указывая на дверь.

– …а сходить тебе, конечно, нужно. Для успокоения собственной совести. Как ты потом Марку в глаза смотреть будешь, коль не попробуешь? Он-то розги не боится, ему, может, это и полезно будет, чтоб тьму успокоить, но он же мужчина! А они все как дети малые: им хочется, чтоб мамка или любимая рядом были. Ты там на полке баночку синюю возьми. Спину ему потом смажешь, – вздохнула Марта, кивая на маленький шкафчик. – Да иди уже! Кошмар тебя на темную половину проводит: вижу, Марк дал ему доступ. Да не смотри ты на меня так! Не магиня я! Просто давно в этом доме живу, много видела. Ступай, ступай, деточка. Да надень что-нибудь скромное. Ортего – он не зверь, сам небось уже переживает, да королям надо закон соблюдать, гвардейцы-то молчать не будут. Это Диего тайну бы хранил, сколько лет по нему сохнет, эх, горе горькое…

Лорен дошла до двери, а Марта все еще что-то говорила. Последнее, что услышала девушка, было:

– …и хорошо, что болтать не можешь. Глядишь, не ляпнешь ничего…

Кошмарик шустро бежал впереди, Лорен едва за ним поспевала. Хоть бы дети не выбежали в коридор! Видеть их укоризненные глаза было выше ее сил, а Вин так еще и скажет что-нибудь… этакое… от чего захочется сбежать за море.

– Сеньорита Лорен. – Константин соткался из темного сгустка и бесшумно подошел в девушке. – Вас ждет наставник.

Лорен вопросительно приподняла брови.

– Молодой ворон.

Девушка передернула плечами. Не до него сейчас! И, не говоря ни слова, побежала за Кошмариком, который уже нырнул в завесу.

Переход с химерой был не таким легким, как с герцогом, и в комнату Лорен входила, держась за стену. Ее жутко мутило, кружилась голова и ныли суставы. Она бессильно опустилась на пол, прислонившись к косяку. Нужно просто переждать. Кошмарик виновато сложил лапки и примостился рядом.

– Вы могли бы попросить меня. – Тень Константина отделилась от стены. – Я и есть этот замок, и мне не составило бы труда.

Он подал руку и помог девушке подняться.

– Я приготовил одежду.

Темно-серое строгое платье с белым воротником, чулки, черные туфли на маленьком каблучке и…

– Наденьте это, – дворецкий протянул темно-синюю коробку, перевязанную золотой лентой. – Его светлость велели передать вам.

Лорен открыла крышку и моментально почувствовала, как щеки заливает румянец. Ну разве может мужчина дарить девушке такое! Черное ажурное бюстье, отделанное золотой тесьмой, с маленькими золотыми застежками на спине. Дорого, очень нежно и… так откровенно. Просто развратно!

– Наденьте, не огорчайте его светлость, – словно прочел ее мысли дворецкий. – Я помогу застегнуть.

Лорен возмущенно запыхтела, гневно глядя в мертвые глаза.

– Лорен, я не человек и для меня вы просто светлая душа. Притягательная, обжигающая, но чужая. Не стоит стесняться. Я видел множество женщин, мужчин, детей. Я видел их в одежде, без одежды, без кожи, без мозгов и даже без душ.

Лорен окинула Константина долгим изучающим взглядом. Как она раньше не замечала? Красивый, бледный, холодный и глаза… Абсолютно пустые, безразличные черные глаза. Нечеловеческие. Демон, притворяющийся человеком. И отчего ей совершенно не страшно?

– Потому что тот, в кого вы влюблены, старше, сильнее и могущественнее меня.

Марк?

– Тот, кто живет в его душе.

Да, она знает. Она видела, чувствовала.

– Без мрака нет света, без горя нет удач.

Константин помог ей одеться, окинул придирчивым взглядом, но, видно, остался доволен, потому что ничего не сказал, только поправил воротничок платья.

– Как вы собираетесь попасть во дворец?

Лорен поникла. Действительно, как? Кошмарик тем временем подбежал к скрытому стеной шкафу и заскреб по нему лапками. Константин склонил голову набок, всматриваясь в химеру. Кошмарик же не думал останавливаться – казалось, он хотел сделать подкоп. Дворецкий приложил к стене руку, и она отодвинулась в сторону; химера нырнула внутрь и, забравшись на старенький чемодан Лорен, зашуршала там. Константин понимающе улыбнулся.

– Как вы могли про него забыть?

Кошмарик боком выбрался из шкафа, и Лорен увидела у него на лапке красивый перстень с топазом. Перстень Диего! Тот, который он дал ей в первый день ее пребывания в замке. Он тогда сказал, что если Лорен захочет с ним поговорить, то ей стоит только надеть перстень на палец! Он, наверное, вызовет Диего сюда, и она его попросит провести ее к королю! Уж он-то точно сможет!

– Вам следует перейти на светлую сторону, прежде чем надевать перстень дона Диего. – Дворецкий подал Лорен небольшую черную сумочку.

Сразу за завесой их ждал безмятежный Морено.

– Лорен, – улыбнулся он. – Выглядишь великолепно. Куда собралась?

– Сеньорита не может ответить. – Константин задумчиво рассматривал колдуна. – Могу предложить вам кофе…

Лорен виновато улыбнулась ворону и решительно надела кольцо на палец. Пока не передумала!

– Стоять!

Последнее, что она увидела, это руку колдуна, хватающую ее за локоть.

– Нельзя же быть такой опрометчивой и доверчивой! – Морено оглянулся. – И куда нас занесло?

– Ко мне в спальню, – раздался ироничный голос Диего.

Лорен стеснительно отвернулась. Морено, который так и не выпустил ее руки, наоборот, с интересом огляделся. В роскошно обставленной спальне преобладали темно-бордовые оттенки, на огромной кровати с балдахином, застеленной вишневым шелковым бельем, лежал Диего, одетый только в восточные шаровары. У него на груди спал белокурый мужчина, лица которого было не видно за светлыми кудрями.