Стальная петля - Роман Глушков

Дракон проурчал что-то совершенно непереводимое, после чего, однако, не счел за труд продублировать свой ответ. И, надо отдать ему должное, теперь его речь зазвучала на порядок вразумительнее.

– Файл… с-семья… заг-гружен! – повторил биомех. Судя по напряженному дребезжанию его голоса, общение со мной отнимало у «шестнадцатого» немало сил. – Вр-ремя проигр-рывания файла: восемь с-секунд!

Мерцание помех в «глазах» чудовища заметно ослабло, и за их полупрозрачной рябью проступило изображение. Разделенное на два канала – по одному на каждый монитор, – оно представляло собой тот самый короткий видеоролик, где Лиза и Аня провожают меня в полет…

Если бы сейчас кто-то подкрался ко мне сзади и двинул палкой по темечку, я, наверное, никак на это не отреагировал бы, поскольку и так сидел ошарашенный, с вытаращенными глазами и отвисшей челюстью. Лишь поневоле задрожавшие руки и подбородок выдавали, что я нахожусь в сознании и не обратился в истукана, как те сталкеры, что попадали в ловушку «Голубой огонек».

Я ожидал от нашей встречи с драконом всевозможных сюрпризов, но только не этого. Каким образом выжженная Узлом память монстра умудрилась сохранить заложенные в нее еще до Катастрофы воспоминания? Очередная невероятная загадка для ученых. А мне приходилось лишь констатировать факт: мои знания о диковинной технофауне Пятизонья являлись далеко не полными, а суждения – предвзятыми.

Кое в чем мутация техноса была сродни сталкерской: биомехи менялись и внешне, и характером поведения. Но где-то в глубинах своей механической души они, как и люди, тоже оставались прежними. И стоило только хорошенько напомнить им об их прошлом, как тут же в ностальгическом порыве они исполнялись миролюбия. Если, конечно, им, как Марге, было что вспоминать. Все-таки вряд ли кто-то другой на моем месте сумел бы так быстро освежить дракону память. Дракон с наибольшей вероятностью освежевал бы этого храбреца куда раньше.

– Спасибо, Марга, – вымолвил я спустя минуту севшим от волнения голосом. Это была не та награда, которой заслуживал «шестнадцатый», но больше мне его отблагодарить было нечем.

– Добр-рый вечер, лейтенант, – сказала Железная Леди, исполнив нашу с ней, как выяснилось, отнюдь не забытую предполетную традицию. Заикание у Марги мало-помалу пропадало. Видимо, по ходу нашего общения она продолжала регулировать звуковой процессор, приближая его рабочие параметры к прежним стандартам. – Довожу до вашего с-сведения, что официально вы еще ч-числитесь моим пилотом, хотя сегодня я не зап-программирована на выполнение ваших п-приказов.

– А чьи приказы ты теперь выполняешь? – осведомился я.

В глазах-экранах биомеха за пеленой помех мелькнула непонятная картинка: не то причудливая маска, не то какая-то абстракция. Или у меня всего лишь разыгралось воображение, тем более что Марга это никак не прокомментировала, ограничившись скупой отговоркой:

– Информац-ция недоступна.

– Понимаю. – Я не стал упорствовать, побоявшись нарушить наше шаткое взаимопонимание, и предпочел зайти с другого боку. – Но ты все-таки подчинилась моему приказу там, на берегу. Почему?

– Офиц-циально вы еще числитесь моим пилотом, – повторил дракон. – Директиву оберегать ваши жизнь и зд-доровье никто не отменял. Поэтому приношу свои извинения за то, что была вынуждена вчера стрелять в вас. Я наход-дилась под несанкционированным дистанционным контролем. К тому же плохая видимость не позволяла мне идентифицировать с высоты вашу личность. У вас есть право обжаловать мои халатные действия, подав рапорт команд-дованию. Я обязуюсь взять всю вину на себя и подтвердить, что у вас не было ни малейшей возможности предотвратить данный инцидент.

– А, ладно, забудем, – поспешил отмахнуться я. – В нынешние времена всякое может случиться. Да и где оно сегодня, наше командование?

– Информация недоступна.

– Вот и я о том же… – Я тяжко вздохнул, помолчал и решил больше не ворошить былое. После чего перешел к животрепещущим насущным вопросам, коих перед нами стояла целая уйма: – Ты мне лучше объясни, что мы с тобой дальше делать-то будем?

– Уточните, что вы имеете в виду, лейтенант, – попросила Марга.

– Хотелось бы выяснить: если, считаясь твоим пилотом, я не могу отдавать тебе приказы, то каким же тогда образом мне… э-э-э… исполнять свои пилотские обязанности? – Я старался формулировать вопросы подчеркнуто дипломатично, ибо продолжал побаиваться своего нового – или, вернее, вновь обретенного старого – биомеханического товарища.

– Ваш вопрос понятен, – ответил дракон. – Ответ на него таков: вы не можете управлять «бортом шестнадцать». Во-первых, у вас нет сегодня на это полномочий. А во-вторых, у данного вертолета больше нет пилотской кабины и привычных вам органов управления. Теперь он – полностью автономная боевая единица, характер выполняемых задач которой, впрочем, принципиально не изменился.

– И директива, предписывающая тебе заботиться о пилоте, вшита в самую важную – боевую – часть твоего электронного мозга! Ту, которую нынешнее командование «борта шестнадцать» предпочло оставить без изменений! – осенило меня. – Вот, значит, в чем кроется корень парадокса под названием «пилот беспилотного вертолета»!

– Информация недоступна, – отрезала Марга, чем фактически признала мою правоту.

– Ну хорошо, – продолжал я, – управлять тобой я не могу, что, в общем-то, меня и не удивляет. А если огорчает, то самую малость, ибо на роль повелителя драконов я не претендую. Однако, раз уж ты меня не убила и вдобавок избавила от врагов, значит, я могу рассчитывать на твою помощь и впредь, верно?

– Так точно, – подтвердила Железная Леди. – Теперь вы можете на это рассчитывать, лейтенант. С учетом кое-каких оговорок, разумеется.

– И отсюда следует, что обращаться к тебе с просьбами мне все-таки дозволено?

– Просьба – это не приказ, – резонно рассудил «шестнадцатый». – Если ваше предложение не будет противоречить ни одной из полученных мною директив или же являться для меня заведомо невыполнимым, скорее всего, я постараюсь удовлетворить вашу просьбу.

– А вдруг твое командование, разузнав про это, возьмет и сотрет у тебя из памяти директиву, согласно которой ты обязана мне помогать? – не унимался я.

– Тогда, вероятнее всего, мне придется вас уничтожить, – заявила Марга с феноменальной прямотой, присущей, наверное, лишь драконам да электронным штурманам-стервам. – Поэтому на всякий случай заранее примите мои извинения и соболезнования. Знайте: служить под вашим командованием было для меня большой честью. И если насчет вашей казни не поступит никаких особых инструкций, будьте уверены: я убью вас быстро и без мучений. В знак величайшего почтения, какое я всегда к вам испытывала…

Хотите верьте, хотите нет, но я действительно почувствовал себя польщенным и тронутым до глубины души. Я уже упоминал, как редко нам – пилотам – удавалось получать от Железных Леди благосклонные отзывы. И как дорожили мы каждой их скупой похвалой; дорожили не меньше, чем собственными заслуженными в боях орденами и медалями. Вот почему в последнем ответе Марги – существа, которое не умеет лгать в принципе, – я расслышал прежде всего слова благодарности и лишь потом – все остальное. И это «остальное», клянусь, показалось мне столь несущественным, что о нем не стоило и думать, пускай даже оно являлось, по сути, неприкрытой драконьей угрозой.