Корона бургундов - Андрей Посняков

– Подожди, а где же…

– А вот! – зло прищурившись, воин кивнул на убитых. Трое. Двое готов, один – из словен. Прав Карась, прав. Как ни крути – прав: людей в дружине оставалось все меньше и меньше. Кого-то потеряли в пути, кто-то утонул в реке, кого-то достала вражья стрела, меч.

– И снова, чувствую, похоронить не удастся, – с горечью покачал головой Серый Карась. – Хоть холмик насыпать, а?

– Насыпь, – согласно кивнул Радомир. – Вот, с Миуссом и насыпьте. Больше людей не могу дать, извини. И ждать не могу долго, сам знаешь – вражины вот-вот вернутся.

– Я все понимаю, княже. И все, что смогу, сделаю.

Навалившись разом – даже хевдинг, и тот, ведь каждый человек на счету был – дружинники наконец столкнули с отмели тяжелую барку. Выплыли на чистую воду, бросили якорь – ждали своих.

– Там, там… – Скорька Заячьи Уши неожиданно вскочил на корме. – Воины! Он возвращаются, князь. Нас не нашли – злые.

– Эй, парни, парни! – что есть силы закричал Радомир. – А ну уходите, быстро! Враги-и-и-и!

Оставшиеся на берегу тоже заметили быстро спускавшийся с кручи отряд и поспешили к барке.

– Трое… – улыбнулся Рад. – Иксай с ними… Икса-а-а-ай!!!

Вражеская стрела, угодив юноше в спину, пронзила тело насквозь, выскочив из груди острым окровавленным наконечником. Парнишка словно споткнулся и, поднимая тучи брызг, полетел в воду.

Миусс тут же бросился к упавшему… И выпрямившись, махнул рукой – все. Ничего тут уже не сделаешь, ничего не исправишь.

Хевдинг опустил голову и тяжко вздохнул:

– Эх, Иксай, Иксай…

– Царствие небесное. Мы за него отомстим, – хищно улыбнулся Хукбольд.

Тяжело перевалившись через борт, Серый Карась бросил на палубу трофейные вражеские мечи вместе с ножнами и перевязями. Миусс выложил пару луков и целый колчан стрел.

– Парус на мачту! – поглядев на князя, скомандовал Амбрионикс. – Кто на весла? Отходим.

«Дафния» медленно и величаво отвалила от отмели. Поймав ветер, выгнулся дугой парус. На берегу жутко выли оставшиеся без ладеек враги, ругались, грозили кулаками, орали, слали бесполезные стрелы.

Настроение дружинников было подавленным. Да, выбрались – но какой ценой? Не слишком ли многих потеряли.

– Ты – вождь опытный, да, – скрестив ноги, уселся на корме гунн. – Если б не придумка твоя – мы б все там лежали. Не сдались бы, нет.

– Да, княже, ты многих сегодня упас, – положил весло Скорька. – Вижу, и сам кровишь… Перевязать надоть.

– Перевязывай, – хевдинг махнул рукой.

– Я могу… – рванулся Миусс. – Я умею. Хорошо, тяжелых раненых нет у нас. Как бы с ними возились? У врагов вот есть… были.

Князь повернул голову:

– Что значит – были?

– Тот, кто Серый Карась зовется – всех и добил. По горлам – клинком. Меч его – от крови совсем красный.

Добил раненых… Радомир неприязненно покосился на соплеменника. Впрочем, не добил – отомстил, принес в жертву. Так оно и положено, верно.

Дул попутный ветер. Барка ходко шла под парусом, и кормчий едва шевелил тяжелым рулевым веслищем.

Серый Карась тоже оставил ненужное больше весло и, ловя любопытные взгляды, примерял блестящий трофейный шлем – римскую каску с красными от крови ремешками.

Уже к вечеру закончились по берегам высокие, поросшие редколесьем холмы и синие горы. По обеим сторонам реки раскинулась широкая и привольная долина, тянувшаяся докуда хватало глаз. Сосновые леса и дубравы сменялись зарослями опутанного тянучей жимолостью дрока, кустами орешника, ольховниками, веселыми рощицами рябины и лип.

– Долина, – негромко произнес князь, оглядываясь на оставшиеся позади горы, растворившиеся в голубовато-фиолетовой дымке. – Эй, кормчий! Что там, впереди?

– По левому берегу скоро должен быть еще один небольшой город – Юлиодум. Небольшой такой городок с крепостью. Осенью там бывают славные ярмарки. Мы всегда останавливались там по пути в Генабум.

– Значит, тебя там хорошо знают?

– Знакомые есть, скрывать не стану, – кормчий горделиво кивнул и задумался.

– Амбрионикс, – тихо позвал хевдинг. – А ты… тебе не надоело с нами? В этой стычке погибло немало твоих соплеменников.

– Не моих, – юноша резко тряхнул копною светло-русых волос, густых и, по старому галльскому обычаю, длинных. – Мой народ – битуриги, а там, на правом берегу Лигера – эдуи, наши давнишние соперники и враги.

– Но вроде бы римляне давно примирили вас всех.

– Вот именно – вроде бы… – Амбрионикс задумчиво прикрыл глаза. – Мы иногда сходимся на ярмарках. Группы молодых парней с правого и с левого берега. Эдуи и битуриги. Ристалища, кулачные бои. Бывают и убитые, и немало. Городские магистраты, конечно, против, но – ничего не могут с этим поделать. В городе – одни законы, в лесах и на горных кряжах – другие.

– А ты – сторонник каких?

– Конечно – городских! – галл распахнул глаза. – Город – и ближайшая к нему округа. Там удобно жить, там законы, которые защищают всех, там… Город – есть город.

– А законы там конечно же римские? – не выдержав, усмехнулся князь.

Собеседник хлопнул ресницами:

– А какие же еще?! Хоть многие и кичатся сейчас своим галльским происхождением, но все знают – Рим принес на нашу землю закон и порядок, без Рима, наверное, не было бы ни торговли, ни зажиточности, ни всех тех богатств, коими славится наша земля. Потому что все бы воевали, все против всех.

– Как сейчас – германцы? Впрочем, наверное, они больше воюют с Римом, чем между собою.

– Нет, – юноша дернулся. – Рим – им не враг. Просто они все хотят жить, как римляне, не понимая того, что для этого нужны законы… и полное их исполнение. Всеми! А не только простыми и небогатыми людьми.

Услышав такое, Радомир посмотрел на собеседника с уважением: ишь ты, как рассуждает! Не хуже, чем какой-нибудь профессор на кафедре римского права. Вот вам и дикий галл!

– Да, законы – это все, – перекладывая весло, убежденно промолвил Амбрионикс. – Вот взять мой род… там уже никого почти что и не осталось. Не было бы законов, смог бы я владеть этой баркой? Нет! Ее у меня забрали бы те, кто сильней, чей род многолюдней. А так… у меня есть договор дарения, я оформлю эту барку в собственность – она будет моей, и никто не вправе отнять ее! За сезон заработаю много денег – смогу жениться… А в старые, доримские времена, смог бы? Нет! Прибился бы к чьему-нибудь роду… путь не рабом, но чем-то вроде. Полностью зависимым от вождя, даже в мелочах. Разве это жизнь, когда кто-то за тебя все решает?

– Полностью с тобою согласен, мой юный друг! – одобрительно кивнул Радомир. – Все бы так рассуждали. Так, тот городок, Юлио… Юлия…