Бешенство небес - Лев Жаков

Услышав быстрые шаги, она оглянулась. Из-за надстройки показался Траки Нес с котомкой на спине. Не обращая внимания на происходящее, бултагарец пробежал к борту и стал взбираться на Джонатана.

– Капитан Гер описал одного из ваших... ваших гостей, – невозмутимо продолжал Трэн Агори, провожая Неса задумчивым взглядом, а затем переводя взгляд на висящее почти вплотную к корме чудовище. – Описание это напомнило нам с его величеством... вы знаете кого.

– Не знаю, – ответила Арлея.

– Нет? Убийцу королевы-матери. Я собираюсь арестовать этого человека. Где он?

Из-под палубы донесся глухой вскрик, а затем – длинное моряцкое проклятие.

В тот самый миг, когда Трэн Агори очутился на клиргоне, Гана и Тео Смолик, одновременно выйдя из своих кают, встретились посреди короткого коридора возле ведущей наверх лестницы. Гана потратил это время на то, чтобы взять в камбузе еду, а в своей каюте – оружие и ту часть драгоценностей, которую не оставил в бухте Зигзагов. Теперь все это лежало в котомке за его спиной.

Ну а Смолик решил переодеться. Он натянул красные шаровары, белую рубаху с широкими рукавами, крепко обмотал торс зеленым кушаком и обул зеленые же сапоги. На голове была красная косынка, завязанная так, что коса-пальма торчала из-под нее сзади. Вооруженный хитиновым мечом и парой пистолетов, Тео напоминал боевого петуха, задиристого и самоуверенного, грозу соседских петухов, владыку курятника. Рядом с ним Гану можно было вообще не заметить – серые штаны, серая рубаха, темные волосы и кофейно-молочная кожа.

Они остановились перед лестницей, освещенные льющимся сверху, из раскрытого люка, тусклым вечерним светом. Тео сказал:

– Ну куда ты все время лезешь, мой пират? Только не талдычь опять это свое «надо спасти Гельту»! Ты же слышал то же, что и я, видел те же картины... Нет смысла спасать ее, если Уги-Уги...

– Я сделаю и то и то, – перебил Гана.

– Квази сказало: толстяк уже возле Кавачи. Возможно, Джонатан летит быстрее его, но...

– Ладно. Сначала полечу туда. Потом – за Гельтой.

Окинув его взглядом, Тео покачал головой. Гана стоял, опустив руки. Смолик поставил ногу на нижнюю ступень лестницы, локтем оперся о стену.

– Ты мне нравишься, пиратик, – сказал он. – В другой раз я бы уступил... не сейчас. Слишком важное дело, а ты туповат. Хитер, как зверек, расчетлив, смел и быстр – не спорю, да. Но слишком мало знаешь, слишком плохо понимаешь, кругозор твой ограничен, амбиции мелки. А это тебе не с туземцами сражаться и торговцев грабить, там, возможно, будет необычная ситуация, и ты можешь не сообразить, что делать. Полечу я.

– Нет, – сказал Гана, делая шаг к лестнице.

Тео, не переставая улыбаться, преградил ему дорогу.

– Ты никуда не полетишь. Я догоню Уги-Уги, потом вернусь. В это время вы поплывете к Рогачу. Помнишь, что надо сделать? Добыть пробу из раненого овума и доставить в Беспричинное Пятно... Ну так займись этим. А я, сделав дело, вернусь, и вот тогда ты сможешь отправиться за своей красоткой, ну а мы...

Гана без замаха саданул его кулаком в живот и прыгнул на лестницу. Тео, ожидавший, что собеседник достанет крон, пропустил удар. Он присел, хрипя, не в силах вдохнуть, попытался ухватить Гану за ногу, но получил каблуком в лоб и, ругаясь на чем свет стоит, свалился под лестницей.

На палубе Трэн Агори, узнав человека, который когда-то на мелкооблачье Да Морана ранил его, взревел:

– Это он! Хватайте!!

Тулага окинул происходящее быстрым взглядом, увидел военных моряков, чернокожего капитана королевской охраны – и бросился к корме. Позади раздался топот, громыхнул выстрел. Бронг висел совсем низко, вровень с палубой «Дали». Над хитиновым ограждением виднелась голова Траки Неса. Гана выкрикнул:

– Отчаливай! – и прыгнул через борт, на ходу выхватывая крон.

Зацепившись ногами, он упал, вскочил, скинув с плеча котомку, развернулся и, стоя на коленях, дважды выстрелил. С палубы донесся крик, преследовавшие его моряки попадали, укрывшись за бухтами канатов и мачтой. Тулага чуть приподнялся, тут же пуля впилась в хитин возле его локтя, но он все равно перегнулся через ограждение, опустил крон и вжал клапан на брюшке. Световой дротик прошил щупальце дирижабля в том месте, где оно зацепилось за корму клиргона. Мясистый отросток вздрогнул, палуба-спина под Ганой качнулась. Скрежетнули, выдираясь из дерева, крючки – и втянулись в щупальце, которое наконец отпало от кормы.

Джонатан начал подниматься.