Золото мертвых. Дворянин - Юрий Корчевский

Потом были ещё тосты – за Петра, за победу, за армию, за генералов. Но Андрей эти моменты помнил уже не слишком отчётливо. Видел, как вельможи сбивались в группки по интересам и беседовали. Потом Пётр, обходя стол, наткнулся на Евграфа и поинтересовался, что это за молодой человек сидит.

Евграф вытянулся перед государём.

– Родственник я барону. Окончил с отличием Навигацкую школу, инженер, – отрапортовал он.

Пётр посмотрел на Евграфа с нескрываемым удовольствием и одобрительно похлопал его по плечу.

– В какую канцелярию определён?

– У барона служить буду. Завод новый будем ставить, часы и другую точную механику выпускать.

– Ты? Ай да барон! Молодец! Не зря он землю приходил просить. Я ему за приборы, а он, оказывается, уже и человека сыскал? Ах, шельма!

Пётр хмыкнул и вышел на улицу освежиться – без шляпы, без парика, в распахнутом мундире. За ним высыпали остальные, вся его свита. От выпитого, от светильников было жарко, а в полусотне метров плескались воды Невы.

Пошатываясь, Андрей направился к реке – здесь воздух прохладнее, и лицо ополоснуть можно. Берега в эту пору в гранит не были ещё одеты, и красивые, с фонарями, набережные были только в проекте Леблона.

Андрей шагнул к урезу воды. Сзади шёл Евграф.

Земля под ногами осыпалась. Андрей и так держался на ногах нетвёрдо, а тут ещё и руками взмахнул, пытаясь удержать равновесие. И всё-таки он ушёл в воду, и ушёл с головой, благо воздуха в лёгкие успел набрать. Уши заложило сразу.

Плавал Андрей хорошо, воды не боялся и вынырнул сразу. Однако, оглядевшись, не поверил своим глазам и даже головой встряхнул. Блин, что за дела? От трактира к реке шёл – сумерки были, а сейчас светло и зданий не видно. И вода не речная, морская. Желая убедиться в этом, он наклонил голову и попробовал её языком – солёная.

Внезапно до него донёсся крик:

– Андрей!

Он повернул в голову. Ба, да это не река, а море! И шлюпка на волнах покачивается, Настя на корме сидит, а на банке, за вёслами, – Сергей.

– Мы здесь! Плыви сюда!

Андрей почувствовал, что держит в руке какой-то предмет, поднёс руку к глазам и разжал пальцы. На ладони лежала золотая монета. Сразу вспомнилось всё: погружение с аквалангом, Крым, татарин. А сейчас на нём акваланга нет, и намокшая одежда ко дну тянет.

Андрей зажал монету в зубах и поплыл. И Сергей сделал несколько гребков вёслами навстречу ему.

Уцепившись одной рукой за борт шлюпки, Андрей другой рукой вытащил изо рта монету и протянул её Сергею:

– Гляди, чего нашёл!

– Золотая! – Глаза у Сергея блеснули.

– Внизу таких целый бочонок, – пошутил Андрей.

– Правда? Вот повезло! Погоди-ка, а где твой акваланг?

Андрей обеими руками опёрся о борт, подпрыгнул и улёгся животом на край борта – аж лодка накренилась. Сергей ухватился за одежду на его спине и втащил Андрея в лодку. Вода с одежды текла ручьём. Сергей с Настей округлили глаза и от удивления слова сказать не могли: нырял Андрей с аквалангом и в плавках, а сейчас предстал перед ними без снаряжения и в старинной одежде.

Сергей всё-таки пришёл в себя:

– Ты что, переоделся на глубине?

– Ты не перегрелся на солнце, Сергей?

– Тогда объяснись.

– Долго, греби к берегу.

– Мог бы и сам на весло сесть, вдвоём грести сподручней.

– Не могу, я ныне дворянин, ваше благородие. А грести – дело подлого сословия.

Сергей от возмущения аж задохнулся:

– Это я подлое сословие?

– Подлое – не потому что плохое, а потому что подле боярина. Так что не обижайся.

Сергей обменялся с Настей понимающими взглядами. Похоже, сбрендил слегка Андрей, чушь несёт. Хотя… Золотая монета, одежда, как на литографиях или картинах, что в музеях они видели… Сергей стал молча грести.

Дома у тётки, после пары рюмок чая, они поговорили с Андреем обстоятельно – всё-таки друзья закадычные.