Таня Гроттер и Исчезающий Этаж - Дмитрий Емец

Таня подбежала к нему. Тяжелая дубовая дверьбыла заколоченной, но девочке почему-то показалось, что совсем недавно ееоткрывали. Она даже смогла разглядеть несколько глубоких свежих царапин.

– Это из-за нее тогда пробивалосьголубоватое свечение! Помните, когда я прятался за рыбой и нашелсамооборонку! – прошептал Ванька.

Таня хотела применить известное заклинание «Тумануспрошмыгус», но случайно надавила на дверь плечом. Толстая доска, казавшаясянамертво прибитой, отвалилась сама собой.

– Смотрите: кто-то вытащил все гвозди!Оставил только шляпки! – сказал Ванька, нажимая на ручку в форме тигринойлапы.

Дверь скрипнула и открылась. Стоило ребятамшагнуть внутрь, как в мастерской магических предметов разом вспыхнули всесветильники.

– Ух ты! Клянусь б-бабусей! Да тут целаяалхимическая л-лаборатория! – Баб-Ягун даже заикаться стал от восторга,всматриваясь в причудливое переплетение трубок и медных арок.

На столах стояли закопченные котлы. Встеклянных колбах и сосудах переливались и бурлили разноцветные жидкости. Поднекоторыми из склянок, потрескивая, плясали синие язычки магического пламени.

– Как-то мне не верится, что со временДревнира тут никого не было! – с сомнением сказала Таня.

Не обращая внимания на котлы и пробирки, ВеркаПопугаева решительно направилась к старинному шкафу и потянула на себя дверцу.На нее посыпался ворох бумаг и пергаментов.

– «Сто запрещенных заклинаний. Дляпрочтения погрузите свиток в мышиную кровь…» – прочитала Верка. – Фу,какая гадость… А где любовные письма моего Клоппика?

– Их тут нет, – согласилась Таня.

– Наверное, Клопп их перепрятал. Он жехитрый! – огорчилась Верка, но неожиданно захихикала. – Ой, я вспомнила,как он на меня позавчера смотрел на уроке! Просто ел глазами.

– Скажи спасибо, что только глазами. Тыразнесла ему полчердака… – напомнил ей Ванька.

– Подумаешь! Любой может перепутатьселитру с толчеными костями динозавра! – обиделась Верка Попугаева и стаким возмущением захлопнула дверцу, что со шкафа слетела бутыль с кислотой.

Бутыль разбилась, и кислота потекла по полу,разъедая камни и пергаменты. Спасаясь от ожога, Таня, стоявшая ближе всех,подпрыгнула и повисла на массивном бронзовом светильнике, свисавшем с потолкана цепях.

Цепь, лязгая, вытянулась. Одновременно снаружипослышался громкий скрежет. Баб-Ягун выскочил в коридор, и секунду спустя Таняуслышала его взволнованный крик:

– Скорее сюда! Ты нашла, как отодвинутьрыбу!

Открывшийся под рыбой колодец был не оченьширокий. Мутная, розоватого оттенка, вода в нем стремительно вращалась, какворонка. Таня осторожно опустила туда руку. Ладонь кольнуло, а потом с силойповлекло к центру воронки. Девочка едва успела выдернуть ее, и вот чудо –ладонь даже не была влажной.

– Сухая вода! Такого просто быть неможет! Здесь явно какая-то магия, – сказала она, наблюдая за искрящейсядымкой, клубящейся над колодцем.

– Ну что, будем нырять? – безособого энтузиазма предложил Ванька.

– Нырнуть-то можно, а вот вынырнуть… Тыуверен, что мы не захлебнемся? Эх жаль, в первом классе не учат отращиватьжабры! А до второго класса можно попросту не дожить! – пожалел Баб-Ягун.

Таня задумчиво посмотрела на смычок. Егоизогнувшийся конец решительно показывал на колодец.

– Смычок хочет, чтобы мы тудапрыгнули! – сказала она.

– Много хочет – мало получит! Я, может,хочу, чтоб он морским узлом завязался, – проворчал Баб-Ягун.

Внезапно Верка Попугаева пронзительнозавизжала, прижимаясь к стене.

Из темного конца коридора на них медленнонадвигался огромный мерцающий шар, похожий на сгусток фиолетового пламени.Сразу за шаром, прикрываясь им точно щитом, шли Зубодериха и Катя Лоткова.

Обе были без очков. Из их глаз били холодныеголубоватые лучи…

– Сдавайтесь! Вам не уйти от возмездия!Немедленно бросайте свои волшебные кольца! – крикнула Великая Зуби.

Таня никогда не предполагала, что ее круглоелицо, с челкой, как у пони, может вселять такой страх.

Потеряв от страха голову, Попугаева заметаласьпо коридору.

– А-а! Я боюсь! Я тут ни при чем! –кричала она, не замечая, что Лоткова и Зубодериха уже совсем рядом.

Когда мерцающий шар подкатился к ней, Верка,по-заячьи подскочив, попыталась протиснуться между ним и стеной, но шар,изменив форму, легко дотянулся до нее длинным фиолетовым языком.

Мгновение – и Верка застыла точно статуя. Ееодежда, кожа и даже волосы были покрыты тонкой корочкой льда. Остановившись,Катя Лоткова деловито сдернула у нее с пальца волшебное кольцо и спрятала себев карман.

– Замораживающая магия! – вполголосапробормотал Ванька Валялкин.

Его худое лицо стало злым, собранным исосредоточенным.