Параллельный катаклизм - Федор Березин

– …И вот, товарищи, – с воодушевлением говорил на японском Владимир Юрьевич Луговой, бывший ложный оберстлейтенант вермахта и всегдашний учитель тактики, – понимаете ли вы теперь, какую страшную участь готовило вам пронизанное милитаризмом буржуазное правительство? И не в том дело, что обречены вы были на неминуемую лютую смерть – умереть за родину всегда почетно, главное, вы были обречены на бессмысленное уничтожение. Наша доблестная русская разведка сумела добыть некоторые данные по поводу налетов камикадзе на американский флот. Неутешительная, скажу вам, статистика получается, можно сказать преступно-обидная статистика. А почему? Может, дело в непробиваемости американской флотской ПВО? Ничуть не бывало, если бы так случилось, не быть бы нам, вашим русским братьям-пролетариям, на этой славной самурайской земле. Ведь флот наш, надо признаться, пока еще слабее, чем у янки. Но почему свободно от них Японское море? Потому, дорогие японские братья, что наши доблестные ВВС непрерывно контролируют ситуацию, и хваленый североамериканский флот против них бессилен.

Владимир Юрьевич, бывший советник японской оккупационной армии в Китае, читал лекцию неокрепшим шестнадцатилетним японским юношам, выглядевшим как двенадцатилетние. Это были бывшие отборные сливки имперского величия – пареньки, отобранные в отряды летающих смертников и только по случаю нехватки реактивных самолетов «Ока-3» оставшиеся живыми. После приезда на остров Хонсю Луговой восстановил нарушенную напарником Маниным уверенность в себе – за заслуги перед Отечеством ему присвоили звание подполковника, можно сказать, он достиг того же оберстлейтенанта, только в советском варианте. Кроме того, один из больших начальников – заместитель командующего ОСЯ (Освободительными силами Японских островов) – генерал Губин обещал Владимиру Юрьевичу место начальника академии генерального штаба новой, только начавшей создаваться Красной армии Восходящего солнца. Видите ли, давно миновали те славные времена, когда страна впервые победившего социализма собиралась освободить от оков угнетения всех братьев-пролетариев мира только своими чистыми мозолистыми руками – не потянула, как выяснилось. Несмотря на доведение количества служащих в армии и флоте людей до двадцати пяти миллионов, для контроля построения социализма в освобожденных от прямого воздействия буржуев территориях и одновременного продолжения Великого похода вглубь и вширь сил все-таки не хватало. А потому чем плохи были не взлетевшие «орлята» императора Хирохито? Вот их наставлением на путь истинный сейчас и занимался подполковник армии-освободительницы Луговой. Чего у них, собственно, не хватало для успешной борьбы с оккупантами южной Японии – янки? Ненависть к врагу имелась в избытке – у кого недоставало, для верности сажали в грузовую прогулочную машину с открытым верхом и пару часов катали по стертому бомбами с лица земли Токио. Обычно помогало, а совсем толстокожих можно было свозить подальше – в места радиоактивных развалин города Сидзуока. После такого круиза ни у кого из слушателей не возникало сомнений в благотворном для японского народа вводе в страну сил морской пехоты и зенитной артиллерии Советской армии. Так что с целевой направленностью ненависти все было в норме. Что же оставалось? Мелочи. Переучить неэффективных камикадзе в доблестных летчиков-истребителей и дать им эти самые истребители. «МиГи» и «Яки», конечно же, годились, но интересней было восстановить из пепла местные авиационные заводы и поставить внутри их новые поточные линии. Главным условием всего этого экономико-военного чуда была, конечно, как водится, ускоренная национализация.

– Дорогие товарищи красноармейцы Восходящего солнца, – продолжал вещать незрелым ушам союзников Владимир Юрьевич, – в новой воздушной армии Свободной Северной Японии вы не будете служить глупым пушечным мясом для американских зениток – под руководством опытных инструкторов вы станете громящими молниями из нового мира и обученными могильщиками старого. Вы заставите кичащихся мощью янки пожалеть о бандитских атомных бомбардировках.

Подполковник Луговой наслаждался – таких образцовых слушателей у него еще не бывало. То-то еще будет, размышлял он параллельно изложению материала, то-то еще будет после восстановления снесенной начисто академии генерального штаба. Нет, на этот раз не американскими бомбами – пушками «ИСУ-152»: старое здание академии почему-то явилось центром недавно поднятого феодально-самурайскими недобитками мятежа, пришлось проводить политико-воспитательную работу. По сведениям, полученным Владимиром Юрьевичем от знакомого энкавэдэшника, случай явно не обошелся без влияния заокеанского УСС – управления стратегических служб. Но до него покуда калибр «сто пятьдесят два» не достреливал.