Змей Уроборос - Эрик Рюкер Эддисон

Гро все еще молчал, и Король добавил:

– Вот, я изложил тебе три причины, по которым посылаю в Демонланд именно Корсуса. Есть еще одна. Сама по себе она мало значит, но вместе с другими может и перевесить их. Другим своим слугам я давал великие поручения и великие награды. Корунд получил Бесовию и королевскую корону, Лаксусу досталась такая же корона в Пиксиленде, тебе я собирался в конце концов отдать Гоблинланд. Но этот старый охотничий пес пока сидит в конуре, и нет у него кости, чтобы точить зубы. Это плохо, и так больше не будет, ибо смысла в этом нет.

– Милорд, – заговорил Гро. – Ты меня переспорил по всем вопросам, и ты видишь наперед. Но у меня дурные предчувствия. Ты бывал в Гейлинге. Ты взял там лошадь без звезды во лбу. В ее морде я вижу черную тучу. Это предвещает злобу, коварство и несчастье.

Они уже спускались по Дороге Королей. На запад от них простирались болота, вдали в восьми или семи милях стояла крепость Карсэ, а далеко за ней на горизонте высились башни Тенемоса. Худая фигура Короля гордо и страшно вырисовывалась на фоне неба. После долгого молчания он посмотрел на Гро.

– Ты тоже отправишься в Демонланд, – сказал Король. – Лаксус будет командовать флотом, ибо вода – его стихия. Галландус будет советником Корсуса, и ты примешь участие в их советах. Но главное командование я поручаю Корсусу. Я ни на волос не собираюсь умалять его права. Если Джасс соберет все силы, придется рискнуть Корсусом. Если я вышвырну его из игры, как фальшивую монету, пусть он гниет в аду. Но эта ставка не приведет к потере всего, что я имею. У меня в кошельке найдется нечто, чем я смогу отыграться и все вернуть, как бы демоны ни мошенничали.

Так закончилась охота. В тот день, и в следующий, и еще около месяца герцог Корсус ездил по стране, собирая вооружение и великое войско. На пятнадцатый день июля был собран флот в Тенемосе, и великое войско числом пять тысяч воинов, с конницей и военными орудиями, вышло из лагеря возле Карсэ к морю.

Первым в сопровождении моряков шел Лаксус в короне Пиксиленда, его воины громко славили его как короля, и возглашали хвалу верховному Королю Горайсу из Колдунии. Он шел смело, с открытым лицом. У него были светлые глаза мореплавателя, жесткие курчавые волосы и кудрявая борода. За ним следовала основная пехота, тяжело вооруженная, с секирами, копьями и короткими ножами. Это были бывшие крестьяне и фермеры из поселений вокруг Карсэ, с южных виноградников и холмистого пограничья Пиксиленда: приземистые, крепкие, сильные, как медведи, упорные, как буйволы, ловкие, как обезьяны, всего четыре тысячи отобранных Корсусом воинов. Сыновья Корсуса, Декалайус и Гориус, ехали верхом перед ними с двадцатью трубачами, игравшими военные песни. Тяжелый топот войска раздавался, как топот судьбы. Король Горайс сидел на троне на бастионе над шлюзом, и нюхал воздух, как лев принюхивается к запаху крови. Было раннее утро, южный ветер раздувал большие знамена, синие, зеленые, пурпурные и золотые, на верхушке каждого древка сидел блестящий на солнце железный краб.

После пехотинцев проскакали четыре или пять конных отрядов, всего более четырехсот всадников в латах и с копьями. В конце сам Корсус вел избранное войско из пяти тысяч ветеранов, которое замыкало поход. С ним были испытанные воины, которые ранее сражались на востоке и в Гоблинланде, и стояли насмерть рядом с ним в незабываемые дни, когда он крушил вампиров на землях Колдунии. Слева и справа от Корсуса, чуть приотстав, скакали Гро и Галландус, загорелый, веселый и красивый, с длинными руками и ногами, длинными каштановыми усами и большими глазами, как у собаки.

Презмира стояла рядом с Королем, а рядом с ней леди Зенамбрия и леди Срива. Они молча провожали взглядами колонну воинов, уходящую к морю. Сын Корунда Хеминг перегнулся через парапет. За ним стоял Кориниус, поджав губы в обиде, сложив руки на груди. Он был в праздничной одежде, с дубовым венцом на голове и массивной золотой бляхой, знаком командира королевского гарнизона в Карсэ.

Корсус, который замыкал поход cо своим отрядом, надел на конец поднятого меча свой большой бронзовый шлем с плюмажем из выкрашенных в зеленый цвет страусовых перьев, и поднял его высоко над головой, приветствуя Короля. Его редкие седые локоны развевал ветер, а тяжелое лицо сияло от гордости, будто его осветил ноябрьский закат. Он сидел на темно-гнедом коне, похожем на медведя, который прогибался под грузом всадника в тяжелых латах. Ветераны из его отряда шагали следом, тоже подняв шлемы на концах мечей, и пели старую походную песню под топот и бряцанье поножей: