Корона из ведьминого дерева. Том 2 - Тэд Уильямс

Нежеру промолчала, и они вместе подошли к Мако, который лежал на животе и пытался подняться. Он сумел вытащить стрелу, но рана продолжала кровоточить. Нежеру не сомневалась, что Мако избавился от стрелы сам, чтобы поскорее присоединиться к схватке.

Чуть дальше, возле большого камня, среди бородатых трупов, лежавших по кругу, они нашли Кемме и Саомеджи. Кемме получил дюжину ранений, но уже сидел, стягивая собственный пояс вокруг руки, чтобы остановить кровотечение из самой серьезной раны. Рядом с ним неподвижно лежал Певец. Казалось, он не получил ранений. Когда Нежеру его перевернула, она нигде не обнаружила крови, но он потерял сознание, и его тело стало вялым, как тряпка, словно Саомеджи заснул в процессе схватки за свою жизнь.

– Что здесь произошло? – спросила она. – Чего хотели смертные?

Ярнульф наклонился над одним из трупов, что-то отрезал, а затем поднял руку – Нежеру увидела клинообразный кусок железа на кожаном шнуре.

– Видите это? – Он встряхнул тяжелым медальоном. – Ховнир, топор Удуна Риммера, древнего бога моего народа. Они скалияры, как я и предполагал.

– Но зачем им на нас охотиться?

Ярнульф пожал плечами:

– Мы направляемся в Урмшейм. Там есть место, которое называется Удунтри, посвященное старым богам риммеров. Я уже говорил вам, они считают вас демонами. И не хотят пускать на священную землю.

– Глупая причина для смерти. – Она снова принялась осматривать Саомеджи.

– А тебе известны более разумные причины? – спросил Ярнульф, но прежде, чем она успела спросить, что могут означать его странные слова, он тихонько присвистнул от удивления.

Нежеру повернулась посмотреть, что его так удивило, и увидела, что он приподнял другой труп. Точнее, половину трупа – все, что было выше плеч, исчезло, остались лишь обрывки меха и почерневшая плоть, пронзенная осколками костей.

– Клянусь богом, что с ним случилось? – спросил Ярнульф, глаза которого были широко раскрыты.

Впервые с того момента, как началась схватка, Нежеру увидела в его глазах страх.

– Это сделал Певец, – сказал Кемме, с трудом поднимаясь на ноги. – Отличный трюк, за которым мне было некогда наблюдать. Он как-то связан с камнями. Саомеджи сумел убить нескольких дикарей, прежде чем упал и лишился сознания.

– Нам нужно отнести его и Мако в укрытие, – сказала Нежеру.

Кемме, ястребиное лицо которого было испачкано кровью, наградил ее сердитым взглядом.

– До тех пор, пока Мако не сможет говорить, приказы отдаю только я, полукровка. – Он показал на Саомеджи. – Вы, двое, возьмите Певца, я понесу Мако.

Ярнульф огляделся по сторонам.

– А где гигант? Я его не вижу.

Губы Кемме начали изгибаться в злобной усмешке, пока он не понял, что Ярнульф имел в виду. Затем он оскалился, отыскал на поясе Мако мешочек с хрустальным прутом, встал, держа его в руке, и приложил ладонь к губам.

– Гигант! Где ты? Иди сюда немедленно, или я тебя задушу и зажарю твое сердце. Ты чувствуешь свой ошейник? – Кемме поднес прут к губам и что-то прошептал – Нежеру показалось, что она слышит отрывок из песни.

Через мгновение где-то ниже по склону раздался ужасающий вопль боли и ярости.

– Будь ты проклят! – прогремел оглушительный голос Го Гэм Гара. – Я в ловушке под камнями внизу! Если ты еще раз так со мной поступишь, я проделаю дыру в горе, чтобы оторвать тебе голову!

Кемме хрипло расхохотался, пошептал еще немного в прут и получил в ответ еще один оглушительный вопль гиганта.

– Ну, пожалуй, нам придется его выкопать, – наконец сказал он. – Тогда он сможет отнести обоих раненых в укрытие.

* * *

Нежеру чувствовала себя странно, сидя у костра, как делают смертные, но после того, как Саомеджи пришел в себя и заговорил, он попросил их разжечь огонь и теперь жался к нему и был так слаб, словно только что оправился от тяжелой лихорадки. Дым поднимался вверх из маленькой неглубокой пещеры, и его уносил поднявшийся ветер.

– Ну, это такой трюк, – сказал он, когда Ярнульф спросил у него про сожженные трупы. – Нам просто повезло, что нас окружали подходящие камни. Обычно они не в состоянии достаточно долго удерживать тепло.

– Достаточно долго для чего?

– Достаточно долго, чтобы их можно было метнуть до того, как они разорвутся. – Саомеджи тряхнул головой и придвинулся немного ближе к костру. Я пропел в них огонь, пока они не нагрелись, а потом бросил. – Он поднял правую руку, на которой кожа страшно покраснела и покрылась волдырями. – Но, чтобы вызвать такие серьезные силы, требуется очень много энергии. Я полностью исчерпал свои силы. Теперь я буду спать, как будто снова стал ребенком.

* * *

Позднее, когда они собирали хворост – прежде Нежеру не приходилось этим заниматься, – она снова оказалась рядом с Ярнульфом, в то время как Кемме находился довольно далеко от них.

– Значит, скалияры, – сказала она. – Мы еще их встретим?

Ярнульф ударил поленом о дерево, чтобы стряхнуть с него снег.

– Я сомневаюсь. Они выбрали самый подходящий момент для нападения, когда гиганта не было рядом. Мы убили более четырех десятков. Будь поблизости другие, они бы дали о себе знать.

– Но почему? Зачем они на нас напали? Ты сказал, что они считают нас демонами. Зачем им рисковать?

– Ты не понимаешь смертных, Жертва, хотя в тебе половина их крови. Далеко не всегда то, что мы делаем, имеет смысл. В особенности когда нами движет страх или ярость.

– Они так нас боялись, что атаковали?

– Они боялись того, что мы собираемся сделать – подняться на Урмшейм, их священную гору. И они верили, что сумеют нам помешать, потому что так хотят их боги, и с их помощью они сумеют победить демонов. Такова их история. История, которая придает смысл их жизни.

– Ты хочешь сказать, что они глупы, как дети?

Ярнульф добавил новое полено к своей куче, отступил на шаг и внимательно посмотрел на Нежеру.

– Я хочу сказать, что все живые существа, способные мыслить, обладают историей, чем-то, имеющим смысл в воющем хаосе, в котором они рождаются. Тебе бы это следовало знать, Нежеру из Ордена Жертвы. Ваш народ давно прекратил бы свое существование, если бы вы не верили в историю о своем Саде и неумирающей Королеве. Вы уверены, что она поведет вас к прежнему счастью, к тому, что было в далеком прошлом, а потому переносите невероятные лишения и чудовищные войны. И вы даже не протестуете против того факта, что вас, скорее всего, уже не будет в живых, когда счастье наступит.

Мгновение Нежеру не могла его понять.

– Но ты же знаешь, что это не просто история. Сад, Королева – все правда!

Лицо Ярнульфа снова превратилось в маску.

– Если ты так говоришь.