Прекрасный новый мир - Роман Злотников

– И… что теперь? – спустя некоторое время растерянно-тоскливо спросил он.

Батилей покачал головой.

– Странно, я считал, что ты все это видишь и просчитываешь.

– Да ни хрена я не видел, – зло отозвался Грон.

Батилей, поразмыслив недолго, пожал плечами:

– Да я бы не стал ничего делать. Ну, подумаешь, станешь императором. Просто твои планы начнут осуществляться немного позже, зато гораздо легче.

– Не немного, а намного! – взвился Грон.

– Для твоего нынешнего тела это именно немного. К тому же помни, прежде чем уйти, ты обещал помочь мне убить Владетеля. А император еще на шаг ближе к нему…

– Я обещал тебе обсудить это, – огрызнулся Грон, но огрызнулся уныло.

Они еще некоторое время посидели в молчании, размышляя над сказанным, и разошлись.

На следующее утро принцесса затеяла конную прогулку. Поскольку это взбрело ей в голову внезапно, Грон не успел напрячь Шуршана. Того и не было во дворце. Он плотно занимался доглядчиками насинцев. Так что пришлось лично поднимать кирасиров и распределять их в патрули. А потом громоздиться на лошадь и отправляться на прогулку вместе с принцессой. Чего в свете всего услышанного вчера от Батилея ему очень не хотелось. Ну да недаром же говорится: дай нам, Господи, силы изменить то, что мы можем изменить, терпения пережить то, чего мы изменить не можем, и разума, дабы отличить первое от второго. Если уж он действительно рассматривается королевским семейством Агбера в качестве племенного жеребца/топ-менеждера по созданию империи, значит, так тому и быть. У него была собственная цель, достигнуть которую он собирался непременно, а каким образом – тут возможны вариации. В конце концов, у сидящего на императорском троне ничуть не меньше, а если быть честным, то и гораздо больше, возможностей собирать информацию, чем у властителя заштатного графства. Вот только детей они от него вряд ли дождутся. Придется этой ловкой и циничной особе для продолжения рода сходить на сторону…

– Чем вы так озабочены, граф? – поинтересовалась принцесса, когда они немного отъехали от городских стен.

– Да так, кое-какие хозяйственные заботы… – уныло отозвался Грон.

После вчерашнего разговора он действительно плохо спал, а сегодня утром все никак не мог сосредоточиться на делах. Хмуро выслушал доклад Пурга, хмуро отдал распоряжения Баргу, хмуро кивнул Батилею, окинувшему его озадаченным взглядом. И вот теперь всю дорогу старался отвлечься от всего вчера услышанного, но не получалось. Наоборот, рядом с принцессой он, к некоторому удивлению, поймал себя на чувстве, чем-то напоминающем этакую юношескую обиду. То ли дело было в гуляющих по молодым сосудам этого тела гормонах, то ли в юношеском максимализме Собола ад Градана, в отличие от паренька из припортовой груды, обладавшего намного более развитым мировоззрением и этак исподтишка курочащего сейчас Грону его великое бессознательное…

– Хозяйственные… – Принцесса с сомнением покачала головой. – Или бурная ночь? – слегка подначила она его.

– Да если даже и так, – внезапно даже для себя вскинулся Грон, – по-моему, я в своем замке. Почему бы властителю слегка не поразвлечься?

– Что-о?! – Принцесса натянула поводья и ошеломленно уставилась на него.

А Грон озадаченно прикусил язык. Это ж с какого его так понесло-то?

– Да вы… да я… да вы понимаете, что вы сейчас сказали?! – возмущенно прошипела Мельсиль, и Грон с изумлением обнаружил, что в ее глазах блестят слезы. – Да вы… хам… ничтожество… бестолочь! Да я… Господа, – воскликнула она, разворачивая коня, – мы немедленно отправляемся назад, в столицу! – Принцесса с силой вонзила шпоры в бока своей лошади, отчего та буквально взвилась на дыбы, а потом сразу же перешла на галоп.

А Грон остался стоять на месте, оторопело глядя ей вслед и не понимая, как же это все с ним случилось-то. А главное, если уж принцесса Мельсиль действительно расчетлива и цинична, почему она отреагировала на его слова так?