Легко! - Николай Степанов

– Не понял… Пияр вам не сын? – Этот парень не переставал меня удивлять.

– Он мой дядя, – пояснил болотопроходец, – а отец с войском уже на подходе.

– Надеюсь, твой папаша – не Кварыч?

– Нет, его зовут Траес. До недавнего времени отец служил мудрецом при его королевском величестве. Сейчас исполняет обязанности воеводы.

– Мужик со лбом как у инфора? – вспомнил я встречу во дворце.

– Он самый.

– А ты здесь с какой целью?

– Разведка, – кратко пояснил болотопроходец. – Ну, как тут у вас?

Дядя ввел Пияра в курс последних событий.

– Значит, вы уже всю войну без нас выиграли? Осталось произвести зачистку?

– Там народу хватает, – указал я в сторону неприятельского лагеря.

– У отца пять сотен болотопроходцев и две сотни крягов из северных земель.

– Инфоры готовы сдаться на милость победителя, если к ним выйдет главный полководец для подписания капитуляции, – вернулся с переговоров Ахрим.

– Хитрят головастые. Надеются получить в заложники важного чиновника, – высказалась Касапытиха. – Когда, говоришь, войско подойдет?

– Через полчаса.

– Кряги могли бы здесь оказаться быстрее.

Крягами назывался приземистый народец, проживавший на севере государства Кварыча. Болото там вело себя довольно необычно, и потому выжить мог далеко не каждый, а только тот, кто имел устойчивый иммунитет против магии. Вот почему кряги составляли элитное подразделение королевских войск. Коренастые бойцы являлись главным оружием в борьбе с инфорами.

– Может, они специально тянут время? – предположил Брякун. – Вряд ли им известно о судьбе сколопендр.

– Мне сходить спросить? – усмехнулся Ахрим.

– Уже не стоит, – гранчанин указал в сторону неприятельского лагеря. – Они сами идут.

Три колдуна с белыми повязками на руках вальяжно двигались к поселку. Пустить их сюда означало продемонстрировать нашу беспомощность. Не пускать – зародить ненужные подозрения. Вопрос «Что делать?» стал чрезвычайно актуальным, а в голове, как назло, ни одной дельной мысли.

– Я побежал, потороплю отца, – сказал Пияр. – Держитесь.

Жаль, он не объяснил как.

– Девоньки, а не сходить ли нам на свидание? – подскочила Касапытиха. – Вон какие молодцы сюда идут!

«Девоньки» хитро переглянулись, и к инфорам отправились те самые три кикиморы, которые не понаслышке знали, из каких частей состоит чародей.

– Никак, гости к нам? – Высокие голоса кикимор были хорошо слышны.

Что им ответили «молодцы», мы не расслышали, но колдуны попали в весьма затруднительное положение. Спорить с болотными тетками они явно опасались, а те и рады. Остроносые навязали свой разговор и продержали парламентеров за пустой болтовней минут сорок.

Когда инфоры уже с трудом сдерживались, чтобы не ответить дамам по сути затронутой темы, одна из них ошарашила собеседников вопросом:

– Ребятки, а с каких это пор кряги выступают на вашей стороне? Или они все-таки не с вами?

Пияру удалось поторопить «спецназовцев» и провести их лесом в обход вражеского войска. В результате битва закончилась, так и не начавшись. Но из-за этого никто, даже задиристый Брякун, не расстроился.

Да и чего расстраиваться? Болото нам до чертиков надоело и хотелось как можно скорее оказаться в Стангаре. Тем более что, несмотря на помощь, мы так и не вышли из немилости Кварыча. Прибывший на место воевода имел при себе два королевских указа. Первым предписывалось очистить болото от инфоров, а вторым – изловить государственного преступника Алексея, которого, в случае оказания сопротивления, следовало уничтожить на месте.

– Хорошо, что я так и не встретил тебя, – пожал мне на прощание руку мудрец. – А то пришлось бы хватать, тащить в столицу… Столько хлопот!

Пияр благодарил за помощь от всех болотопроходцев. Особенно он был рад разгадке тайны нападений сколопендры.

– Меня-то сюда именно за этим и направили, еще при жизни Гвиеда. Благо я всегда был похож на двоюродного брата.

Больше всего запомнилось расставание с Руеном. Парнишка долго смотрел мне в глаза, а потом грустно сказал:

– Зря мы, наверное, сколопендр погубили. Они же не виноваты – их на нашу деревню колдуны натравливали.

– У нас не было другого выхода. Иначе погибли бы все остальные.

– Я понимаю. Но все равно жалко, – вздохнул подросток. – Спасибо тебе и от меня, и от родителей.

Руен выполнил свое главное дело, но не стал от этого счастливее. Надеюсь, что когда-нибудь он все-таки научится улыбаться.