Тайна похищенной башни - Александр Рудазов

Прошло еще два дня. Двое эйкрийских суток – это четверо земных. И за этот срок успело произойти многое. В первый день ара-ми-ллаадская армия преодолела расстояние до Малого Кхагхоста и встала лагерем на границе. А на следующее утро двинулась дальше – прямо на Древоград. Далеко-далеко уже видны множество крохотных точек – очень скоро здесь будут пять тысяч отборных бойцов.

Каждого из них зовут Дабумбалом.

Армия хумахов неспешно принялась намазывать на шерсть маджи-маджи. Уже намазанные разбирают копья и пращи.

Земляне намазались чуть ли не самыми первыми. Еще и прихватили по запасной плошке. Колобков особенно расстарался, на всякий случай нанеся двойной слой маджи-маджи.

– Характерников не берут ни пуля, ни пика… – приговаривал он, похлопывая себя по щекам.

Попытались намазать и мудрецов – их, естественно, тоже приволокли на передовую. Света некоторое время пыталась объяснить им задачу, но потом махнула рукой.

Впрочем, намазать троицу волшебной мазью тоже не удалось. Они наотрез отказались применять какие-то подозрительные снадобья. У них нашлись собственные средства обороны. Каспар, например, извлек из колпака целое ведро кефира и принялся лить его на голову.

– Кефир намного лучше всех этих дурацких снадобий! – заявил он, с любовью размазывая по бороде белую гадость. – Он не только полезен для здоровья, но еще и чрезвычайно вкусен! Послушайте меня и все намажьте голову кефиром!

– Но ведь он же не защищает от стрел, – вежливо заметила Света.

– Откуда ты знаешь? Ты пробовала?

– Нет, но…

– Видишь, не пробовала, а уже говоришь. Ты попробуй сначала.

Бальтазар тоже решил защитить голову. Но не кефиром. Вместо этого он напялил тяжелую стальную кирасу.

– Не знала, что кирасу можно надеть на голову… – задумчиво произнесла Света, рассматривая пошатывающегося старца.

– Настоящий волшебник что угодно может надеть на голову! – глухо огрызнулся Бальтазар.

– Но зачем? Разве не удобнее носить кирасу как все?

– Ты подвергаешь сомнению мудрость великого волшебника?! Я лучше знаю, что куда надевать!

Хорошо хоть, Мельхиор на сей раз воздержался от чудачеств. Он просто нашел в траве какую-то поганку и принялся увлеченно ее жевать.

– Дедушка, что вы едите? – обеспокоенно спросила Света.

– Грибочки! – ехидно сверкнул глазами Мельхиор.

– А они не ядовитые?

– Узнаю, когда доем.

Легионы Ара-ми-Ллаада приблизились настолько, что уже стало можно различить отдельных людей. Хумахи тоже принялись строиться в колонны – удивительно невозмутимые, преисполненные какого-то фаталистского отношения к происходящему.

Впрочем, детей и жен еще вчера отослали прочь из Древограда, а ценное имущество захоронили в глубоких норах. Фатализм фатализмом, но если Дабумбалы начнут побеждать, хумахи мгновенно побросают оружие и исчезнут глубоко под землей, откуда их не выковырнешь. Этот народ очень любит жизнь во всех ее проявлениях.

Приближающиеся солдаты замедлили ход. Ара-ми-Ллаад прислал для усмирения наглых грызунов самое мощное свое войско – боевые колесницы, запряженные форораками. Две тысячи тяжелых колесниц, в каждой по два человека – возничий и копьеносец, вооруженный также дальнобойным луком.

Подъехав достаточно близко, колесницы начали стремительно выстраиваться в боевой порядок. Форораки хрипло заклекотали, посматривая друг на друга хищными глазами. У этих гигантских бескрылых птиц бешеный нрав – только позволь сцепиться, будут рвать друг друга до смерти.

Впереди выстроились в линию колесницы первого эшелона. Здесь самые крупные форораки – самые могучие, самые злобные.

За первым эшелоном встала линия второго эшелона. Сюда входят лучшие лучники – умеющие пустить стрелу на тысячу шагов, насквозь пронзить человека в кольчуге.