Заложники Света - Наталья Турчанинова

— Эй, нумидиец, тупая образина! Сколько раз можно повторять! Наручи надевают двойной оплеткой, а не тройной. Два! Два, а не три! Запомнил?! У себя в Нумидии будешь выпендриваться.

Помощник префекта был истинным рэймлянином, с презрением относящимся ко всем иноземцам. И, естественно, его не могла не бесить моя смуглая «нумидийская» физиономия. Поэтому придирался он ко мне с особым удовольствием. Прищурившись, я смотрел, как он бесится, расхаживая перед отрядами, готовыми идти в город, и представлял, как медленно, за шиворот, опускаю склочного толстяка в лаву. Сначала по щиколотки, затем по колени, по пояс… Но это потом. А пока придется заняться менее приятными делами.

— Первый отряд, второй отряд — Средний город, третий — Южный квартал, четвертый — Нижний город, пятый…

Четвертый отряд — мой.

Наша троица отсалютовала и отправилась патрулировать названный район. Сомнительное удовольствие — таскаться по городу, выискивая мелких нарушителей порядка. А ведь я когда-то клялся сам себе, что никогда не пойду служить в демоническую гвардию. И не пошел. Все оказалось гораздо хуже — служу в человеческой. И это после благородной должности секретаря Высшего демона.

— Сначала проверим харчевню на Старой улице, — распорядился Серентий, главный в нашей компании.

— Проверить харчевню я никогда не прочь, — радостно отозвался вечно голодный Камилл, поправляя шлем, съезжающий на глаза.

Я был полностью с ним согласен, но не смог отказать себе в удовольствии разочаровать разохотившегося коллегу:

— Особенно не радуйся. Бесплатно поесть не дадут.

— Знаю, — отозвался тот уныло и, стараясь не сбиваться с размеренного ритма наших шагов, потопал рядом.

Старая улица была застроена относительно новыми, как ни странно, домами. Каменный низ, деревянный верх. Некрасиво, но добротно. То, что ценят купцы, а не аристократы.

Наш начальник хмуро и значительно поглядывал на каждого встречного, успевая сквозь зубы муштровать обоих своих подчиненных: «Камилл, подтяни живот! Гэл, прекрати ухмыляться! Хватит пялиться на девок!» Так, под однообразное брюзжание и стук сандалий по камням мы дошли до харчевни.

Заведение оказалось из приличных. Сюда не пускали кого попало. Но мы, само собой, бравые солдаты городской когорты, всегда были желанными гостями. Только в этот раз рассчитывать на бесплатную выпивку не приходилось.

Внутри оказалось полно народа, мы едва протиснулись между распаренными, шумными горожанами. Некоторые, увидев наши свирепые физиономии и вооружение, расступались сами, другие просто не заметили, что в харчевню зашли стражи порядка, кое-кому пришлось заехать локтем, чтобы освободили дорогу. Впрочем, неадекватная реакция людей была оправданна. Я сразу почувствовал неприятное покалывание в основании шеи. Где-то поблизости ошивались демоны, причем не самого последнего разряда. Один очень могущественный Высший и несколько — рангом поменьше. Впрочем, теперь с моей идеальной маскировкой можно было не опасаться разоблачения, и я расслабился, принявшись осматриваться. Да, так и есть. Сидят за столом в человеческих образах, попивают вино и нагло посматривают по сторонам. Везет мне в последнее время на знатных Родственничков. И у одного из них подозрительно знакомая физиономия избалованного жизнью аристократа. Тот самый, из дворца.

Я незаметно толкнул в бок Камилла и указал взглядом Ча темного:

— Это кто? Вон тот, в поясе с рубинами?

Парень вытаращился на меня так, словно я сморозил неслыханную глупость:

— Сбрендил?! Это же Великий Некрос. Хозяин Рэйма Да, действительно глупость. Каждый должен знать в лицо Высочайшего Повелителя.

— Да, точно… не узнал… в человеческом образе.

— А ты его что, в демоническом видел?!

Пожалуй, самое время прикусить язык. А то сболтну еще что-нибудь лишнее. Я сделал вид, что не расслышал вопроса, засмотревшись в другую сторону.

Вот там и впрямь намечалось кое-что забавное. Посередине зала стояла здоровая клетка размером приблизительно шесть шагов в длину и шесть в ширину. В таких обычно перевозят диких зверей. Но сейчас вместо тигров я увидел внутри двух занятных рэймлян.

Один довольно потрепанный, в потертой, а местами и дырявой тоге, тощий, как будто весь состоящий из углов и ломаных линий. Другой поприличнее — круглый, гладкий, смахивающий на масленый блин. Его лысина, щеки, даже веки лоснились и жирно поблескивали. Оба господина держали в руках короткие дубинки и поглядывали друг на друга весьма агрессивно.

— Отлично, — пробормотал Серентий, энергично проталкиваясь в первый ряд. — Еще не начинали.

— Что не начинали? — Я не отставал от него, а Камилл спотыкался сзади, цепляясь за мой пояс.

Начальник издал звук, напоминающий нечто среднее между смешком и хрюканьем.

— Поединок. Так это называется.

— Ничего не понял, — признался я честно.

— Ну ты… — Он не определил вслух степень моей умственной неполноценности, только головой покрутил. — Вон тот, худой и облезлый, — литератор. Толстый — философ. Сейчас будут друг друга дубинками охаживать, кто победит, того накормят бесплатно. А может, и обоих. Это уж как Его Могуществу захочется. Тут каждую неделю всякие писаки. Горожанам нравится. Народ приходит пообедать и досмотреть, как знаменитые личности один другого колотят. Харчевне прямая выгода.

— Да, неплохо придумано.

Похоже, с чувством юмора у Некроса все в порядке. С невольным уважением я глянул на его скучающую, холеную физиономию. Хозяин Рэйма отпил еще вина, сказал что-то своим спутникам и махнул рукой в сторону соперников. И сейчас же литератор с философом взмахнули дубинами.

В первые несколько минут было забавно наблюдать, как они бегают по клетке, натыкаясь на стены, и неуклюже тычут друг в друга своими палками. Но потом я вдруг понял, что мне очень хочется отвести взгляд в сторону, например на барельеф, висящий на стене. Люди подбадривали дерущихся криками, смеялись, делали ставки. Особым уважением зевак пользовался поэт, более шустрый, чем его толстяк-собрат. И, видимо, гораздо более голодный.

Как-то гнусно все это, мелко. Недостойно звания Хозяина искать развлечений в глумлении над нелепыми смертными. Да, вот так и вспомнишь одну из любимых фраз Энджи — мир изменился, а мы нет. Невольно чувствуешь себя древним ископаемым. Буллфер, конечно, драл с людей три шкуры, его эгоизм достигал невероятных размеров, а коварство не знало границ. Надо было так задурить голову ангелу, что тот до сих пор бродит по земле, помогая ему! И все же мой босс никогда не опускался до потех столь низкого пошиба.