Спасти Феникса - Маргарет Оуэн

Фу должна была катать в пальцах зуб Па. Вместо этого они перебирали волосы на затылке Тавина. Ее это не должно было успокаивать. Но успокаивало.

Странный Сокол на ее коленях верил в то, что они смогут все это уладить. Верил в нее. Верил в жизнь с ней после этого.

Возможно, он все-таки дурак. А возможно, прав в чем-то другом.

Она держала одну руку на своем Соколе, а оба глаза – на отступающей темноте.

Прошло несколько часов, прежде чем из глубины пещеры эхо донесло шарканье. Принц проснулся. У Фу свело живот. Жасимир должен был догадаться, что значит ее отсутствие. Вопрос был в том, как он это воспримет.

Оттенок подернутого тучами горизонта означал, что у них в запасе было еще часа два, прежде чем придется заговорить с ним. Может быть, меньше, если кожемаги за ночь успели продвинуться.

Она призвала зуб Стервятника к жизни и ухватилась за украденный мех. След вспыхнул…

И остановился где-то всего в лиге от них, в долине внизу.

У нее перехватило дыхание. Стараясь не терять голову, она потрясла Тавина за плечо.

– Тавин… Тавин …

Он проснулся одним рывком.

– Что стряслось?

– Стервятники. – Она встала и пошатнулась, пока кровь приливала к онемевшим ногам. – Я просто посмотрела… они… они слишком близко.

– Насколько?

– В лиге, наверное.

Тавин выругался и окликнул принца. Они с Фу похватали одежду и оружие, сталкиваясь в потемках. Фу охватило зябкое чувство вины. Если бы она подольше подержала три зуба. Если бы стала дежурить первой. Если бы проверила раньше…

Мозолистые ладони легли ей на щеки, успокаивая.

– Ты не виновата.

– Двенадцать печей, как же, не я, – отмахнулась она. – Я просто…

– …единственная причина, почему мы сумели забраться так далеко. Мы все никакие. – В его голосе звучала жестокая правда. – Ты единственная держишься. Мы исчезнем, как только приберемся в пещере, и они снова нас потеряют, хорошо?

Она не ответила. Он притянул ее к себе. Лица их встретились.

– Фу. Они уже дважды были ближе, чем сейчас, и благодаря тебе мы их опережали.

– Но мы должны продолжать в том же духе, должны опережать их, и так всю дорогу до Маровара, – прошептала она. – А им достаточно поймать нас один раз.

Услышав покашливание, Фу и Тавин отскочили в стороны. В нескольких шагах от них стоял озадаченный Жасимир.

– Что случилось?

– Стервятники в лиге отсюда, – выпалила Фу.

Глаза Жасимира широко открылись и остановились на ней.

– Как они подобрались так близко? – спросил он холодно.

– Нам всем нужно было отдохнуть. – Тавин скользнул мимо принца. – А теперь нам нужно уматывать.

Фу последовала за ним, держа шкуры и плащи под мышкой. Она могла бы поклясться, что услышала за спиной бормотание принца:

– Отдохнуть.

Затылок залило краской. Она не оглянулась.

Через несколько минут они ушли. Пока восход вспарывал темный шов горизонта, Фу привела три воробьиных зуба в гармонию. Паучьи пальцы следопытных чар Стервятников ощупывали оставшуюся позади пещеру, переходя с камней на деревья, как пьяница, который потерял в темноте свой кошель.

Они торопливо шли все утро, сквозь буки, ели и колючие сосны. Деревья редели и уступали место черным камням, покрытым снегом.

Когда они вышли к реке, грызущей изгибы крутых каменных стен, тихое перешептывание листвы переросло в оглушительный рев.

– Это Крылиная, – сказал Тавин, когда они помедлили на высоком берегу. Он молчал с тех пор, как они покинули пещеру. Молчали все. Вместо этого они то и дело оглядывались и спешили вперед. – Отсюда, с ледников, она берет свое начало.

Она нисколько не походила на ту ровную ленту, которую Фу помнила по Чепароку. Однако сейчас река была далеко-далеко от южной дельты, и они тоже.

Тавин сел, вынул и расправил одну из украденных шкур, рассек на две широкие полоски и передал Фу.

– Обвяжи сандалии. Мы скоро пойдем по снегу и льду.

– Где Стервятники? – спросил Жасимир, перекрикивая шум воды.

Фу коснулась своей зубастой триады и состроила гримасу.

– Лиги полторы. Мы пошли на северо-запад. Они идут строго на север.

– Вероятно, думают, что мы прорываемся к перевалу Санграпа. – Тавин махнул рукой в сторону двух серых пиков в лиге к северу, после чего вручил еще две полоски шкур принцу. – Это кратчайший путь к Драге. Тогда как Триковой находится за перевалом Мисгова. – Он указал на извилистый склон на востоке. – Можем добраться туда к ночи. И если нам удастся миновать Мисгову незамеченными…

Это могло дать им столь необходимую фору. И все же Фу услышала вопрос в вопросе. Она вынула из мешочка пригоршню воробьиных зубов.

– Но если нас заметят, они поймут, что мы направляемся в Триковой, и тогда нам крышка, – кивнул Тавин, помрачнев.

Она скормила зубы перчаткам, которые несколько дней назад сняла с мертвого Стервятника, и они прижались к ее ладоням.

– Поэтому я постараюсь, чтобы не заметили.

– Ты вчера сознание потеряла, – напомнил принц. – Ты уверена…

– Ага. – Фу натягивала шкуру, обмотавшую сандалии, до тех пор, пока ее не проткнули гвозди. – Закончили канителиться?

Они закончили. Тавин повел их вдоль реки, следуя звериной тропой, похожей на бессмысленные детские каракули. Деревья уменьшились до кустов терновника, терновник – до травы и жесткого лишайника. Лохматые козы не обращали на них ни малейшего внимания, изящно ощипывая зеленые побеги.

Они лезли дальше, лезли выше, и с каждым вдохом Фу отмечала путь кожемагов, видела рыщущие когти их следопытных чар, следила за расстоянием до них. Оно росло не быстро, но росло, достаточно, чтобы побуждать ее вплетать в триаду один зуб за другим.

Прежняя головная боль вернулась, начавшись в тот момент, когда они проходили веревочным мостом, растянутым над широким обледеневшим ущельем. Фу боролась с ней, как только могла. Боль была всего лишь еще одной нотой в гармонии. Она клялась всеми мертвыми богами, что сможет удержаться, пока они не преодолеют перевал Мисгова.

Когда полуденное солнце оказалось в верхней точке, головокружение заставило Фу упасть на колени. Она захлебнулась желчью и успела взять себя в руки, прежде чем воробьиные зубы допустили фальшь.

– Зубы? – спросил Жасимир.

– Высота, – ответил Тавин, не мешая ей утирать рот чистым снегом. – Горная болезнь. Некоторые люди не приспособлены к тому, чтобы забираться так высоко.

– Да, – хрипло согласилась Фу и позволила Соколу помочь ей подняться на ноги. Его рука задержалась в ее. – Просто… продолжаем идти. Мы должны преодолеть перевал.