Драконий отбор, или Пари на снежного - Ная Геярова

— Я должна знать, как так вышло, что во мне две сути, и кто моя демоница.

Старикан сглотнул. Вытер взмокшее лицо тыльной стороной ладони.

— Ты умирала, и я… — Его глазенки испуганно забегали. — Решил взять частичку рекстражевой крови и по ней призвать их демоническую суть. — Он умоляюще посмотрел на меня. — Я пытался спасти тебя! Я должен был всем доказать, что можно подселить повелителя к обычному человеку! И у меня получилось! Почти. — Голос его затих. — Вот только кто знал, что на призыв вселенная отдаст не просто демоническую сущность…

— Кого? — нахмурилась я.

«Лучше бы у меня спросила», — лениво протянула демоница.

— Высшая. Древняя. Демон высшего сословия. — Зарван нервно усмехнулся. — И ей явно понравилось находиться в тебе.

Я ошарашенно смотрела на него.

Высшая! Древняя!

Подошла к Ирви. Наклонилась и прошипела в перепуганное лицо:

— Рассказывай. Все!

Ирви прерывисто вздохнул и начал тихо:

— Ты действительно умерла…

Снежная была ночь. Пурга била в окна, тоскливо выла, будто оплакивая очередной эксперимент. Провальный.

Девчонка Таша и ее брат Шаи безмолвно лежали на старых железных койках.

А ведь Ирви был уверен, что уж с ними-то получится! Ребятки росли сильными. Отражали нападки старших. Пару раз сбежать пытались. И было в них нечто вызывающее. Заставляющее их уважать.

От злости и обиды Зарван скрежетал зубами.

Девчонка выгибалась, слышалось, как лопались ребра, не вынося напряжения. Шаи не двигался уже минут пять. Из полураскрытого рта тянулась слюна.

— Парящие вас подери!

Мысль, дикая, отчаянная, пришла, когда смотрел, как детское лицо искажается в жуткой гримасе от невыносимой боли.

Тонкая игла вошла глубоко в вену. На минуту на месте инъекции разлилось черное пятно. Неужели не принимает? Но вот оно начало рассасываться. Действовать нужно было быстро. Несколько капель жуткого эликсира на виски, в рот…

Призыв демонов — не работа для доктора генетики, но чем дикие не шутят. В конце концов, в академии рекстражей именно так их и подсаживают. Уж Ирви это знал, ему пришлось пройти практику в академии и подписать бумаги о неразглашении — под страхом собственной смерти. К таким экспериментам его не допускали, но он видел и успел кое-что запомнить. Вот и пригодилось. Узнай кто, головы точно не сносить. Еще бы! Вызвать суть ледяного демона вне академии, не под надзором рекстражей — подсудное дело. И все же… Демон отозвался. Своевольный и какой-то наглый. Хамил в ответ на призыв, рычал, когда вселенная притягивала его суть. И все же подчинился, пообещав разнести в пух и прах и этот мир, и гребаного докторишку. Да-да, так и сказал перед тем, как тонкой субстанцией проникнуть в тело умирающей подопытной. Таша распахнула глаза, они стали черными. Завыла нечеловеческим голосом, так что Ирви похолодел. Девчонка устремила на него леденящий душу взгляд. Мог бы умереть на месте — помер бы. Но тут же зрачки ее полыхнули огненным пламенем повелителя, сопротивляющимся подобному проникновению. Чернота радужек обратилась в лед, смешалась с пламенем. Пару минут происходило нечто невообразимое. Таша выла, выплевывала из себя пламя и лед. Тело то покрывалось инеем, то вспыхивало огнем.

А потом все прекратилось.

Девочка обмякла и, казалось, перестала дышать.

Ирви взвыл.

— Не позволяй поглотить! Выпусти суть, сумей соединить их. Пусть сплетутся огонь и лед в единое. Таша!.. Тварь! Приди в себя!

Его трясло от возбуждения и нежелания верить, что все усилия пошли прахом.

Бил ее по лицу. Она не может уйти! Так подставить дело его жизни!

— Оставь ее!

Внезапное появление заказчика заставило содрогнуться. Холодные капли пота выступили на лбу от понимания того, что с ним теперь могут сделать.

— Оставь ее. Она умирает. — Пришедший сочувственно посмотрел, даже не подходя. Побрезговал прикасаться к девчонке. Это хорошо. Может, и не увидит, что Ирви с ней сотворил. — Еще одна… Хватит. Я поставлю на совете вопрос о прекращении проекта. Эта последняя.

«Прекратить? Ну уж нет! Она — уникальное создание. Если она выживет, то сможет подчинить драконов и навсегда решить проблему с ними. Таша обязана выжить. Пусть только этот уйдет! Я подниму ее!» — панически бились мысли в воспаленном сознании Зарвана.

— Хватит! У нас есть другой проект. Думаю, с более жизнеспособными тварями он пройдет успешнее. А ее оставь. Пусть девочка умрет спокойно.

Закрыть проект — значит признать эксперимент полностью провальным. Как он там сказал — более сильное существо? Где уверенность, что более сильное не поглотит и не поработит повелителя? Тем более пока тот не раскрылся. Нет-нет, нужно было во что бы то ни стало завершить опыты с этими детьми. Но как? Вот она лежит, последние судороги проходят по телу. Кожа стремительно бледнеет.

— Она выживет. Вот увидишь! Эта выживет… Дай еще год! Мне совсем немного не хватает!

— Похорони ее в горах, как и остальных, подальше от лишних глаз. Я все сказал.

Поморщился, оглядывая мрачное помещение.

Заказчик ушел, так больше и не взглянув на несчастных детей.

— Таша! — орал Ирви. И снова тряс ее. Рыдал. — Ты должна выжить! Ты должна показать, что я прав. Ты — уникальная! Самая уникальная…

Начал бить девочку по холодному лицу. И, хвала древним богам, она распахнула глаза. Огненные глаза посмотрели на доктора. Лицо девчонки исказила жуткая усмешка, и глубокий демонический голос проговорил:

— Я выживу. Я найду тебя!

Дрожь пошла по телу. Такая, какой даже от вида заказчика не бывало. Ирви не мог даже языком пошевелить. Только подумал: «Что я натворил?»

Она смотрела на него. Чужие этому миру глаза обвели помещение, остановились на Шаи. Слова, тяжелые, режущие воздух, потекли из уст, а вместе с ними — черная холодная дымка. Она окутала Шаи. Паренек, казалось, уже не дышавший, задрожал. Вскрикнул и смолк. Зато аппаратура, подключенная к нему, ожила, показывая возобновившуюся жизнедеятельность. Девчонка повернула голову к доктору.

Он уже приготовился, пока она была занята Шаи. Призыв прозвучал громко и пафосно. Но то ли плохо его знал, а может, неправильно выучил. Демоница смеялась.

— Я тебе сердце вырву, сволочь! Никуда отсюда не уйду. Слишком уж вы много на себя взяли. Решили, что вы высшие или боги? Я с вас эту спесь собью! С каждым разберусь!

Если бы не тяжелые ремни, удерживающие тело девочки, вероятно, это был бы последний день жизни доктора Зарвана. Демоница обессилела, вытаскивая тело подопытной из иного мира, да и борьба с повелительницей ее ослабила.

Что ж, выбора не оставалось…

Старик снова вздохнул, глядя на меня.