Мегаполис Ленд - Алексей Вилков

– Волноваться не стоит. Аркаша – славный малый. Со своими причудами, не без этого. А у кого тараканов не водится? Любого тряхни, и они посыпятся. Дело в их количестве и сорте. К Аркаше нужен особый подход.

– В чем он заключается?

– Будьте проще – вот накатанная дорога к сердцу Аркаши. Что тут мудрить? Когда я с ним общался, то не испытывал особых проблем. Найдем его, угостим вкусненьким винцом. Кстати, по пути заедем в «Ашан», вы купите приличной закуски и пузырь покрепче.

– Любопытно, что же предпочитает Аркаша? – иронично спросила Вика.

– Уж точно не французское бордо, – усмехнулся Армен. – Предлагаю взять грузинского вина, мяса, зелени и еще грузинского вина.

– Это вы судите по себе.

– Я? Нет, я за рулем. Пить не могу, только пригублю чуть-чуть, чтобы не обидеть Аркашу.

– Аркаша, Аркаша! – запричитал Стас. – На кой он нам сдался? Он словно козырная карта в райсовской колоде. Он будет нам полезен? Все предыдущие персонажи толком не помогли, только запутали. Вертимся как белки в колесе!

– Верьте в мудрость Тополина. Раз он написал о нем в прощальном письме, значит, Чилкин определенно может что-то дельное сообщить. Вы к нему по какому вопросу? Догадываюсь. Райса ищете? – предположил таксист. – Я очень недоверчивый субъект. Когда тебя пять раз на дню проверяют, приходится быть начеку, в постоянной боеготовности. Извините, что фейсом не вышел! Я не виноват, что родился в горячей точке. А клеймо нарушителя спокойствия и представителя стороны зла никто не собирается смывать. Гораздо удобнее иметь врага, на которого можно совершенно безнаказанно спустить пар. Вот вы, когда видите человека, похожего на меня, невольно напрягаетесь?

– Нет, – ответила Вика, – я просто прихожу в тонус, настораживаюсь. Поймите правильно, я делаю это бессознательно и не каждый раз, иначе бы сошла с ума. Я ведь во власти навязанных стереотипов. Телевидение, радио и газеты муссируют сложившийся негативный образ. Противоположных примеров найдется множество, но они пока не выходят на первый план и не переубеждают общественность в обратном. А вы знакомы с Райсом?

– Лично не общался, но наслышан о его подвигах. Честно говоря, знакомиться не хочу. Я успел сделать вывод, что брат Андреас приносит с собой одни проблемы, а я человек законопослушный, мирный житель. Живу в ладах с законом, никого не трогаю, не задеваю. Желаю, чтобы плохие новости обходили мой аул стороной. Подумать только, даже профессор Тополин пал жертвой гастролерских козней. Бедный, бедный Тополин. Какое светило мы потеряли! Кто его будет оплакивать? Никто, кроме меня, естественно. Кто придет на его могилу? Горстка благодарных студентов и научных подхалимов, кому Макар Андреевич успел помочь с диссертацией. Он одинок, как ветка вербы, нет у него ни жены, ни детей. Тополин полностью отдался призванию и не оставил потомков. Какой человек был! Сама нескончаемая идея.

– Тополин покончил с собой, – посетовал Стас, протирая грязные ногти. – Никто его не принуждал, ничто явно не угрожало его неприкосновенности. Старик перепугался до такой степени, что повредился рассудком, в письме рассуждал о человеческих инстинктах. Как будто поставил на себе эксперимент с летальным исходом. Вот что он хотел доказать этим, победу пресловутого Танатоса? Потомки будут биться, разгадывая этот бессмысленный ребус.

– Дорогой, будь гуманнее, – возмутилась Вика. – Его довели до самоубийства.

– Соловушки, не ссорьтесь! – вмешался таксист. – Как говорят братья по разуму: «Терек любит тишину».

– Мы вдвоем заварили эту кашу, – объяснила Вика, – вдвоем ее и расхлебывать с божьей помощью. Извини, Армен! Не волнуйся, серьезно мы не поругаемся. Наши отношения не достигли пика напряжения. По поводу Райса: прилетел он, между прочим, в квартиру к Стасу, тем самым выбрав его в качестве своего поверенного.

– Бла-бла-бла… – передразнил ее Стас. – Какого к черту поверенного? Мне этот Райс даром не нужен. Коль уж я его поверенный, то получается, что ты – поверенная инквизиторов.

– Чего?! – вытаращил глаза Армен и от неожиданности резко вывернул руль, заметно потрепав нервы встречному транспорту. Автомобиль молниеносно отклонился вправо, подрезав советскую легковушку.

– Осторожнее! – крикнула Вика, ухватившись за ручку. – Ты тоже не похвастаешься сильной нервной системой.

– Они телепортировались в ее квартире, – пояснил Стас.

– Ай-ай-ай! – запричитал Армен. – Злая шутка! С тобой все в порядке – значит, повезло. Всевышний благосклонен к тебе, золотце! Когда я обслуживал их, катая по городу, страх обуял меня настолько, что после того, как я высадил их, не смог закончить свою смену. Хладнокровно и с честью с ними держался, палачи не заподозрили неладное. Ни малейшего намека на собственную слабость и дрожь в коленках. А как вышли – началось: в пот бросило, мотало из стороны в сторону. Какое уж тут вождение? Добрался до дома, оставил машину под окнами и на четвереньках дополз до квартиры. Жена на пороге спрашивает: «Дорогой, что с тобой? Ты как будто видел самого дьявола». Я в ответ: «Дьяволы каждый день по встречке носятся. Устал, просто очень устал. Невыносимая жара довела до ручки». Солгал и глазом не моргнул, но ложь во благо. Не стану же я впутывать в это близких, дома должно быть спокойно, уютно, никакой суеты и тревоги. Жена говорит: «Солнечный удар у тебя, Армен?». Я отвечаю: «Солнечный, очень солнечный удар. Принеси стакан воды, а я пока прилягу». И вопрос исчерпан. Полежал, оклемался и отправил сообщение профессору о замеченных в городе негодяях. А вас я могу поздравить: вы зашли слишком далеко. Назад дороги нет, соскочить не получится. Как утверждал ваш вождь пролетариата, к которому, судя по вашей капиталистической градации, я и отношусь: «Правильным курсом идете, товарищи!».

– Так вы коммунист? – усмехнулся Стас. – Однако, удивили.

– Что вы, я беспартийный анархист.

– Такое разве бывает? – не поверила Вика.

– Почему бы и нет. Выдвинь лозунг, смачно назови партию, проведи широкоформатный пиар, и сторонники мигом найдутся. А идеология подклеится, разрастется корнями и стеблями вниз и вверх – вот тебе новое политическое движение. Выигрываем выборы, берем власть в свои руки и кардинально меняем политический курс страны.

– Куда? Назад в советское прошлое?

– Нет, только вперед. Заметьте, я иду законным путем без революций и крови.

– Судя по вашим честолюбивым порывам, уместно придерживаться лозунга: «Для достижения цели все средства хороши».

– По натуре я гуманист, – сказал Армен и дал газу, обгоняя замешкавшиеся иномарки. – Но вот Райса я, мягко говоря, недолюбливаю.

– Отчего так? – удивилась Вика. – Этот поганец и вам успел насолить?

Армен обернулся и с недоумением уставился на нее, на мгновение позабыв о безопасности пассажиров. Скорчив недовольную мину, он повернулся обратно.

– Естественно, я не переношу Райса, – начал он изливать накопившуюся желчь. – Хоть он мне особо ничего не сделал. Если серьезно, без дураков – именно этот проклятый мерзавец повинен в смерти профессора и многих других невольных участников его игры.