Драконья любовь, или Дело полумертвой царевны - Евгений Малинин

И вот, пока я стоял в растерянности, не зная, что предпринять, открылось окно в одном из домиков слева, и зычный голос проревел на весь переулок:

– Лутошка!! Лутошка, ты на рынок пойдешь?!!

Вопль этот остался без ответа и был немедленно повторен:

– Лутошка!!! Сын облезлой собаки, я кого спрашиваю, на рынок пойдешь?!!

Справа коротко скрипнула дверь, и в образовавшуюся щель высунулась лохматая голова. Посмотрев на открытое окно противоположного дома, голова негромко, словно бы про себя бормотнула:

– Ну, пойду…

– Купишь мне десяток свиных ушей в уксусе! – Заорали из окна.

– Денег дашь – куплю… – также негромко пробормотал Лутошка и, убрав голову, прикрыл дверь.

– Денег тебе?!! – Заорали из окна. – А кто мне должен два червонца и третий год не отдает?!! На свои купишь!! И смотри, чтобы уши как следует опалены были, а то прошлый раз со щетиной припер!!

Ответа на эти вопли не последовало, да, кажется, этих ответов и не ждали. Окно с треском захлопнулось, а спустя пару минут, снова открылась та же дверь, и Лутошка вышел на улицу. Одет он был в длинную, светлую, сильно поношенную рубаху, подпоясанную обрывком веревки и темные штаны с большими квадратными нашивками на коленях. На ногах у него красовались никогда, похоже, нечищеные, косолапо стоптанные башмаки с пряжками, а на нечесаной голове криво сидел неопределенного цвета треух. В руках Лутошка держал небольшую корзинку.

Бросив короткий взгляд на окно, из которого раздавались крики, Лутошка смачно плюнул на землю и потопал по переулку, неловко размахивая кошелкой. Решив, что он направляется к Свиному рынку – а где еще столичный житель мог купить свиных ушей в уксусе, я двинулся следом, стараясь не слишком к нему приближаться.

Переулок скоро кончился, и мы вышли на довольно широкую улицу, такую же пустынную, как и оставшийся за спиной переулок. Я принялся нарочито рассматривать окружающие дома, словно отыскивая среди них нужный мне и, в тоже время, старался на отставать от Лутошки, неожиданно прибавившего ходу. И по-прежнему я не мог определить на какой улице оказался!

Лутошка, между тем, свернул в очередной узенький переулок, и я, поравнявшись с этим переулком увидел, как он на ходу обернулся, явно ожидая моего появления. Мне поневоле пришлось пройти мимо, игнорируя этот переулок! Когда я снова вернулся к этому повороту, Лутошки и след простыл. И куда я теперь должен был шагать?!!

Тут я заметил на другой стороне улицы мясную лавку и решил воспользоваться советом Вторецкого. Приблизившись к лавке, я оглядел ее фасад в два небольших окна, дверью между ними и вывеской над первым этажом. На вывеске значилось «Мясо на любой вкус!»

– Так, так, так… – протянул я вроде бы про себя, но в тоже время достаточно громко, – …значит, здесь и свининка водится?..

Неожиданно рядом со мной раздалось глухое ворчание, которое я понял, как:

– Водиться здесь свининка… постная… из собачатины… Заходи!..

Я обернулся на это ворчание и увидел у моей левой ноги небольшого, худющего, ободранного… пса!

Конечно, мне довольно часто приходилось общаться с собаками, но встретить пса, понимавшего человеческую речь!! Это было просто невероятно, и вместе с тем – вот он стоял рядом и смотрел на меня тусклыми, чуть нагноившимися глазами.

– Если здесь свинина из собачатины, то почему ты не удираешь?.. – Негромко прорычал я псу.

Он отскочил от меня, словно я заехал ему башмаком под брюхо, и совсем уже хотел дать деру, но вдруг остановился и снова посмотрел на меня.

Несколько секунд мы изучали друг друга, а затем пес, повиливая коротким хвостом, сделал пару шагов в мою сторону и поинтересовался:

– Так ты – Шептун?..

– Шептун… – Не отказался я.

– Хм… надо же… – Задумчиво прорычал пес. – А я думал вас уже в столице не сыщешь…

– Почему?.. – Удивился я.

– Думал, всех извели…

– Что значит «всех извели»? – Притворился я «непонятливым.

– То и значит, – рыкнул пес и оглянулся, – долго рассказывать, а только шептунов в столице не осталось… Ты последний.

– Интересно!.. – Прошептал я негромко, а пес вздохнул и проворчал:

– Ничего интересного… и не вздумай с другими собаками разговаривать – сдадут!

– Куда сдадут? – Переспросил я.

– Куда, куда?!! В Надзорный приказ! За каждого Шептуна пойманного по доносу хорошие деньги дают, ну а нам, собакам, по три килограмма мозговой кости! Чуешь?!!

– Да как же собака в приказ о Шептуне сообщит, если ее никто понять не может?!

– Так и понимать нечего – три раза лапой по двери приказа стукнешь, сразу за тобой трех гвардейцев отряжают. Выводишь их на Шептуна, и все…

Мы помолчали, а потом я с невольной дрожью в голосе спросил:

– А ты что ж меня не сдашь?..

– Брезгую… – Пес отвернул морду, словно от меня плохо пахло, – …мне такая кость поперек горла встанет!

– Поэтому, наверное, ты такой… тощий!

– Наверное… – согласился пес.

– А почему бы тебе не переселиться поближе к Свиному рынку? – Полюбопытствовал я. – Там, вроде бы, посытнее будет.

Пес укоризненно взглянул мне в глаза и отвел морду.

– Там своя шайка, меня туда не пустят!..

– Ну, ладно, спасибо, что предупредил… Пойду я…

– Далеко?.. – Проворчал пес.

– К Свиному рынку…

– Дорогу-то знаешь?..

Я ничего не ответил на его вопрос и только вопросительно посмотрел ему в глаза. Пес отвернулся и коротко рыкнул:

– Пойдешь по улице дальше, у каменного дома повернешь налево, в переулок… Каменный дом один, не ошибешься. Переулком выйдешь на площадь Полной Победы…

– Спасибо, – перебил я пса, – дальше я дорогу знаю, и опустив свой мешок на землю, принялся его развязывать.

Пес с интересом наблюдал за моими действиями и даже приблизился еще на пару шагов. А когда я выудил из мешка небольшую толику копченых ребрышек, на морде пса появилось умильное выражение, а хвост пришел в неистовое движение.

– Это тебе… – Проговорил я, протягивая псу деликатес. – Извини, что не слишком много…

– Зато калорийно… – неожиданно буркнул пес, схватил угощение зубами и медленно потрусил в другую сторону.

А я, снова завязав свой мешок, двинулся в указанном собакой направлении, размышляя о тех изменениях, что произошли в столице за время моего отсутствия.

Вообще-то я слышал, что Змей Плюралобус объявил всех шептунов изменниками дела человеков и перебежчиками в звериный стан, но мне как-то не верилось, что это правда. Шептунов всегда было очень мало и они всегда были очень нужны властям. А выходило, что их и вправду… того… вне закона объявили. Значит надо было быть очень осторожным… пока колдуна-Сороку не найду!