Люди и нелюди - Олег Бубела

– Нет, Ник, вы не поняли, – сухо сказал мастер. – Я имел в виду, что за данный заказ, учитывая деньги от продажи всего доставленного вами материала, вам придется заплатить еще восемьдесят монет.

У меня самым натуральным образом отвисла челюсть. Хрена себе! Это шутка? Однако Нарим, судя по лицу, смеяться не собирался, поэтому я захлопнул рот и попытался понять, какая причина заставила гнома так взвинтить цену. Неужели мои слова о совершенстве работы его сына? Вряд ли. Скорее, это своеобразная месть за то, что я назвал Дарита своим другом. Наверняка мастер изволил сильно обидеться – как же, пригласил гостя в свой дом, проявил всяческое уважение, а тут вдруг выясняется, что он якшается с эльфами!

Японский городовой! Так все славно начиналось, но я одним махом умудрился разрушить установившиеся деловые отношения. И ведь, что обидно, прокололся на такой ерунде! Хотел намекнуть, что и в этот раз гномам следует постараться, чтобы клинки получились не хуже моих, а в итоге… Эх, надо было обозвать Ушастика своим телохранителем или даже носильщиком, тогда ненависть, испытываемая коротышками к его расе, на меня бы не распространилась. Они бы, наоборот, еще больше зауважали меня. А теперь поздно пить боржоми, как и сожалеть о своей невнимательности.

Но что же делать? Цена не просто нереальная, а запредельная. Столько золота у меня при себе нет. Хотя, если продать арбалеты и прочее трофейное оружие, присовокупив к нему мою сабельку, книги, безделушки и все остальное, требуемая сумма найдется. Но в этом случае придется забыть о запланированной покупке домика в деревне, о втором маскировочном амулете, о наборе необходимых алхимических ингредиентов, о хорошей одежде… Но альтернативы-то нет! Клинки такого качества у гильдейцев фиг достанешь, даже если удастся получить искательский знак, а эльфу они крайне необходимы – достаточно вспомнить чувства Ушастика, которые я ощутил.

Значит, придется соглашаться и платить за собственную глупость. Что ж, мне не привыкать к потере огромного состояния. Как говорится, легко пришло, легко и ушло. Во всяком случае, с голоду мы с Даром не помрем, а оставшийся запас ценных вещичек на Проклятых землях поможет нам быстро встать на ноги. Подумаешь, начало обучения отложится еще на десяток дней! И только с гномами нехорошо получилось. У меня на них имелись большие планы, появившиеся сразу после того, как стало ясно, что в ближайшее время нам придется остаться в Пограничье.

Уставившись в серые глаза Нарима, я хмуро озвучил свое решение:

– Согласен.

– Ник, не делай глупостей! – воскликнул эльф.

Отметив, что Ушастик понимает гномий и хорошо на нем говорит, я взглядом попросил Дарита заткнуться и сообщил мастеру:

– В данный момент полный расчет я произвести не в состоянии, однако гарантирую, что сегодня еще до заката вся сумма будет у вас. Касательно сроков поступим аналогичным образом – у вас будет десять дней, чтобы…

И тут меня весьма невежливо перебили. Видимо, эльфу было жаль расставаться с такими деньгами, поэтому он попробовал пойти на попятный:

– Ник, я вовсе не хотел заказывать себе клинки, а только просил поинтересоваться возможностью…

– Да уймись ты! – не выдержал я.

– Но…

– Уймись, я сказал! Потом поговорим!

Ушастик поиграл желваками, но опустил глаза, признавая поражение, а я повернулся к Нариму, наблюдавшему за нашей перепалкой, и продолжил:

– В общем, через десять дней я рассчитываю на результат.

– Договорились, – кивнул мастер и обратился к сыну: – Сделай замеры и уточни все необходимые детали касательно отделки, а вас, Ник, я попрошу пройти со мной.

Возражать я не стал и проследовал за гномом в небольшой кабинет, стены которого были в изобилии увешаны самым разнообразным оружием. В другое время я бы обязательно познакомился с этой коллекцией поближе и точно попросил бы поиграться некоторыми особенно привлекательными колюще-режущими экземплярами, но сейчас не было настроения. Примостившись на диванчике для посетителей, я вопросительно уставился на усевшегося напротив Нарима.

– Ник, позвольте полюбопытствовать, почему вы считаете своим другом этого… эльфа?

Последнее слово мастер будто выплюнул, что меня несколько позабавило. Какой же величины должна быть кошечка, чтобы перессорить две расы нелюдей, обитающие на противоположных концах материка?

– Потому что так и есть, – невозмутимо ответил я, пожав плечами.

– Но ведь он является представителем расы, которая, если вы не забыли, только недавно пыталась стереть с лица мира все человеческое племя.

– И что? Ни он, ни я в войне участия не принимали, а потому ненависти друг к другу не испытываем.

– И вас не задевает то, что эльфы относятся к людям, как к животным, считают себя высшей расой и всегда поступают так, как им хочется, наплевательски относясь к законам чужого государства?

Настойчивость мастера меня удивила. Я был готов к вопросам на тему моего знакомства с эльфом, связывающих нас отношений, но не предполагал, что Нарим примется вбивать между нами клин. Пытаясь понять, зачем ему это нужно, я ответил:

– Убеждения ушастых меня нисколько не смущают. Более того, я в какой-то мере их разделяю и считаю, что некоторых людей даже животными называть будет великой честью. Прочие ваши замечания бесспорны, но малосущественны. Я сам видел, что большинство жителей Пограничья уважают законы Империи еще меньше эльфов, а реальных оснований для завышенной самооценки у расы моего друга предостаточно.

– Но вам наверняка уже довелось испытать на себе высокомерие вашего… спутника, почувствовать презрение этого долгоживущего разумного, снисходительное пренебрежение к…

– Достаточно! Я понял ваш вопрос, и отвечу так: у каждого есть свои недостатки, которые вовсе не отменяют имеющихся достоинств. А с недостатками характера Дара, которые являются закономерными для любой личности, взращенной в эльфийском обществе… к слову, основанном на огромном количестве традиций, которые любой нормальный индивидуум посчитал бы глупыми, мы общими усилиями пытаемся справиться. Пока довольно успешно.

– Дара? – Нарим грустно усмехнулся. – А вы знаете, что эту кличку вашему, с позволения сказать, другу специально придумали старейшины его рода, чтобы нечестивые уста недостойных жизни не оскверняли чистый свет истинного имени дитя Великой Матери?

Судя по интонации, последняя фраза являлась цитатой. Узнать бы еще откуда.

– О, не переживайте, я прекрасно осведомлен об этой традиции эльфов, – я вернул мастеру усмешку. – О ней мне поведал мой друг, когда сообщал свое истинное имя. Итак, я удовлетворил ваше любопытство?

– Последний вопрос, если позволите. Не объясните, как этому ушастому удалось завоевать ваше доверие?

Чувствуя, что начинаю терять самообладание, я протянул:

– Нарим, мне кажется, или вы действительно пытаетесь меня оскорбить?