Чуб земли. Туланский детектив - Макс Фрай

— А разве ты не разбираешь архивы? — с надеждой спросила я.

— Я разбирал их в течение полутора дюжин дней. И только что закончил эту работу. Пойдем пообедаем, Меламори. Есть разговор.

Я поняла, что мои мечты о мороженом накрылись дырявой шляпой. Обедать с сэром Шурфом — дело серьезное. Тут уж хочешь не хочешь, а придется начинать с закуски, требовать суп, потом второе блюдо и десерт — ну в точности как в гостях у родителей. То еще удовольствие.

Я махнула на все рукой и сказала ему чистую правду:

— Шурф, я не хочу обедать. Я хочу мороженого. Много-много. И чтобы все от меня отстали.

Он задумался, потом спросил:

— А одним первым пунктом ты готова ограничиться?

— То есть?

— Ты будешь есть мороженое, но в моем обществе.

— При одном условии, — мстительно сказала я. — Если ты тоже будешь есть только мороженое. А не хлюпать супом.

Он и бровью не повел.

Пришлось мне вести его в кафе на Площадь Побед. Странное дело: никто это место не любит, даже сэр Макс только ради меня терпел, а мне там хорошо. Ну и семьдесят сортов мороженого — это тоже не шутка. Где еще такое найдешь!

Увидев, с каким смирением и стоицизмом сэр Шурф поглощает голубое мороженое из Гугландских трав, я смягчилась.

— О чем ты хотел поговорить? Сейчас самое время.

— Ничего особенного. Просто хотел предложить тебе свою помощь.

В таких случаях принято говорить: «Я так и села». Но я уже и без того сидела на плетеном стуле, так что обошлось.

— В чем ты собираешься мне помогать? — наконец спросила я.

Он помолчал, обдумывая формулировку. Ничего путного так и не придумал, поэтому сказал очередную нелепость:

— Я хочу помочь тебе жить дальше.

— Лучше помоги мне жить ближе, — хмыкнула я. — Все ближе и ближе с каждым днем… Сэр Шурф, ну что ты мелешь? Взрослый ведь человек…

— Вот именно, взрослый, — согласился он. — И поэтому понимаю то, чего не понимают другие: ты не справляешься. Сколько раз тебе сегодня хотелось закатить скандал?

Я попробовала честно сосчитать, но ничего толком не вышло.

— Раз восемь. Или десять. Или дюжину… Мало, я понимаю. Но я работаю над собой и скоро буду хотеть закатить скандал гораздо чаще!

Бесполезно. Он не оценил моей иронии, а строго кивнул:

— Вот именно.

На его счастье, в этот момент мне принесли новую вазочку с мороженым. Поэтому и только поэтому предыдущая, опустошенная уже посудина не полетела ему в голову. А ведь как хотелось!

— Тебе надо начать заниматься дыхательной гимнастикой, — мягко сказал Шурф. — Спокойствие — единственное, что тебе по-настоящему нужно. Все остальное у тебя есть.

— До фига всего у меня есть, ага, — буркнула я. — Просто вот весь Мир!

— И это тоже, — флегматично подтвердил Шурф. — Весь Мир и великое множество других Миров. Путешествуй — не хочу. Но для начала надо успокоиться. Иначе ничего не выйдет.

— Шурф, миленький, ну сам подумай: зачем мне сдался весь Мир — этот или любой другой? — жалобно спросила я. — Что я с ними делать буду?

— Там разберешься, — он пожал плечами. — Не маленькая… Ты ешь свое мороженое, оно тает.

— Спасибо, — буркнула я. — Сама вижу.

— Заниматься будем каждый день, — твердо сказал Лонли-Локли. — Когда работы нет — в моем кабинете, в Доме у Моста. Когда дел по горло — после службы, по вечерам. Да ты не смотри на меня с таким ужасом. Всего полчаса в день, больше я от тебя не требую.

— Не хочу я ничем заниматься, — проворчала я.

— Конечно не хочешь. Но придется. Ты же меня знаешь, — вздохнул сэр Шурф. Он, надо думать, сам уже смертельно устал быть таким взрослым, мудрым, надежным и непоколебимым, человеком-скалой. Но деваться ему было некуда. И мне тоже.

— Пешком в Арварох уйду! — вяло пригрозила я. — Будете все знать…

— Сперва верни себе хорошую форму, а потом — хоть в Тихий Город, — галантно поклонился мне Шурф.

Это был очень интересный поворот темы. Мне и в голову никогда не приходило, что я тоже могу попробовать…

— Ты очень способная, — строго сказал Лонли-Локли. — К тому же училась у Арварохских буривухов, а это редкая удача. В нашу эпоху никому не удавалось втереться к ним в ученики. Только в древности. Будет глупо, если ты все это профукаешь. А теперь ешь свое мороженое, а я, пожалуй, еще успею перекусить по-человечески. В «Обжоре Бунбе», говорят, появился новый сырный суп. Надо бы его попробовать.

Я вдруг поняла, что сейчас — вот именно сейчас! — совершенно не хочу с ним расставаться. Поэтому я бросила на стол несколько мелких монеток и вскочила.

— Я тоже буду этот твой дурацкий сырный суп, — сказала я. — Ишь ты, удрать он решил…

— Я всегда знал, что ты обладаешь врожденной житейской мудростью, леди. — И Лонли-Локли галантно подал мне руку.

В кабинет Джуффина я вернулась не то чтобы в хорошем настроении, но вполне в состоянии как-то справляться с жизнью. В ту пору это казалось мне совершенно упоительным ощущением. Справляться! С жизнью! — вы только вдумайтесь!

Очень необычное по тем временам состояние.

Шеф, разумеется, получил свою подушку. Ну, то есть не свою, а старухину. Сжимал ее в объятиях, только что не стонал от восторга. Подушка была небольшая, овальной формы. По лиловому фону вышиты бледно-розовые цветочки. С виду — ерунда и дешевка, я бы такую и даром не взяла. Но некоторым, знаю, нравится.

— Ты непременно должна это попробовать! — накинулся на меня Джуффин. — Ничего подобного в жизни не видел. Умело сделанная вещица: всего двадцатая ступень Черной магии, но зато в сочетании с четырнадцатой ступенью Белой. То есть по нынешним временам вообще не криминал. Работает просто и грубо. Но заказчице, как я понимаю, это и требовалось. Давай, бери подушку, ложись!

— Куда ложиться-то? — Я не ожидала такого натиска, а потому сдалась почти сразу. — На пол, что ли?

— Да хоть бы и на пол. Тут вроде с утра убирали…

Я взяла подушку и покорно улеглась на пол. В тот же миг дверь кабинета открылась и вошел смуглый кудрявый юноша в короткой ярко-желтой тунике. Он был отлично сложен и, чего греха таить, на удивление привлекателен. Настолько, что я не стала вскакивать, когда он уселся рядом со мной и принялся гладить меня по голове. Ну, не то чтобы мне хотелось продолжения, но по голове меня, честно говоря, давненько не гладили. А юноша — ничего, не противный. И не говорит вообще ни слова — редкое достоинство!

Ну, пару минут спустя я все-таки оторвала голову от подушки. Прекрасный юноша тут же исчез, зато появился сэр Джуффин. Неравноценная замена, при всем моем уважении к шефу!