НЧЧК. Командировка - Яна Горшкова

Поэтому, дождавшись своей очереди в осмотре «трофея», первое, что я сделала – это обнюхала зубушку, а второе – озвучила свои сомнения. Мысль вертелась в голове, как обезумевшая крыса в пустой цистерне. Вроде бы и деваться ей некуда, а за хвост все никак не поймаешь.

Я задумчиво покусывала костяшки пальцев, наблюдая, как дроу собирают «вещдоки». Ладно, может, когда я увижу верхнюю часть этого чудища, что-то и прояснится. Посмотрим.

– Нол, – тихо и вкрадчиво заметил неслышно подобравшийся сзади Аминаллон. – А у тебя рубашка не на те пуговицы застегнута.

Я посмотрела прямо в искрящиеся смехом красные глаза и хладнокровно улыбнулась.

– Благодарю. Я не заметила, – и невозмутимо расстегнула, а потом застегнула снова, на этот раз правильно, три верхние пуговки. – Хотя, честно говоря, после встречи с этими созданиями, – я двинула подбородком в сторону дотлевающих деревьев-монстров, – плевать я хотела на то, как и что у меня застегнуто. Жива осталась, и на том спасибо. Ясно? – это я добавила уже тихо и со вполне ощутимым намеком в голосе.

– Более чем, – ухмыльнулся спецназовец.

– Вот и славно. – Я хмыкнула и отвернулась.

– Нол, – не отставал настырный Аминаллон, – а что это было? Ходячие деревья?

– Они самые.

– И… кто их так?

– Я. – Зараза, да отстанешь ты уже, наконец?!

– А чем?

– Этим. – Я подняла так славно послуживший мне «Туккинс», обтерла зазубренное лезвие рукавом куртки и заткнула верное оружие сзади за ремень.

– О! – ДОБРовец уважительно присвистнул. – Круто. Не устала?

– Есть немного, – я пожала плечами. – А что, предлагаешь повторить на «бис»?

– Хе, – дроу ухмыльнулся. – Ну и мощные же нынче пошли светлоэльфийские девы!

– Угу.

– Нол, – все никак не желал униматься Темный, – а…

– О Темный друг мой и дальний родич, – не выдержав, снова повернулась к дроу я и, для пущей наглядности прижав ладонь к груди, искренне промолвила: – Ты очень славный. Я тебя очень люблю. Честно. И я безмерно счастлива всех вас видеть. Но вот сейчас сделай мне ма-аленькое одолжение… заткнись, а? Не дергай меня этим, ладно?

– Ну, интересно же! – Аминаллон смешно выпятил губу. – Вы тут со всеми монстриками так славно разделались на пару и нам ничего не оставили! А…

– Достал, – честно сказала я, искренне сожалея, что рычать сейчас просто не в состоянии… да и голос сорван. Кричать, наверное, надо было все же потише… – Это были… я их решила назвать «дубы-колдуны». Они убили двоих магов, эльфа и гоблина. Напали на меня. Я полила их бензином, подожгла и разрубила на части. Все. И нечего больше говорить о такой ерунде. Иди, к ап-Телемнару приставай, пусть он тебе про своих зубушек рассказывает, хорошо?

– Злая ты, – фыркнул дроу. – Недобрая. А еще Светлая!

– Лучше бы попить нам дали, чем так пытать, – хмуро ответила я. – У вас же наверняка во фляжках что-нибудь есть. У меня горло пересохло, как пустой колодец.

– А, точно! – спецназовец отцепил от ремня подсумок с флягой и протянул мне. – Не боись, там вода.

– Спасибо. – Я сделала пару глотков и прямо-таки ожила, как политое водой дерево… Тьфу! Стоило подумать о деревьях, и зубы сразу же застучали о горлышко фляги. Одной фобией больше в моей наследственной коллекции. – Тогда уж и сигарету давай, раз такой добрый.

– Дайте женщине палец, и она откусит руку, – хихикнул Аминаллон и хитро подмигнул.

Я скорчила в ответ рожицу и с нескрываемым удовольствием закурила.

* * *

Пока шли к месту последнего упокоения поголовья избушек-зубушек, Дзир решил прояснить для себя ситуацию:

– Эрин, а если серьезно – что с вами здесь произошло? – спросил он, поравнявшись со следователем.

– Заколдовали нас, – признался Эринрандир неохотно. – Двое суток вообще, как в бреду… Разве только голым в перьях по улицам не бегал, а так все остальное было. А самое паршивое, расследование ни на шаг не сдвинулось. Единственное, теперь я точно знаю, кто… что… убило пятерых магов.

Укусы на его ногах без всякой экспертизы оказались идентичны ранам на трупе несчастного обглоданного орка. И такая же участь могла постигнуть самого ап-Телемнара. Сгрызли бы до костей, и в погребальную лодку нечего было бы положить. Пожженные и порубленные мыслечтицей дубы-колдуны свернули шею эльфу Морвэйну и гоблину Краху (силища у чудищ вполне позволяла развернуть головы несчастных на 180 градусов), а живые грибницы расправились с лешим и сиреном. С такими… щупальцами можно и слона изнутри выгрызть. Монстрам ведь безразлично, кого жрать, они расу жертвы не выбирают. Теперь осталось найти хозяина чудищ, который натравил их на магов и на энчечекистов.

– Теперь все придется начинать сначала, – удрученно бросил Эрин.

– Вовсе не обязательно, – хладнокровно заявила Нолвэндэ. – Нам просто надо собрать все известные факты воедино.

Эрин не возражал. Если отбросить сведения, добытые в ходе ночного допроса дриад, как абсолютно бредовые, то остальная информация представляла, пусть и небольшую, но вполне определенную ценность. Наверняка Нол тоже успела выяснить много интересного, но из-за взаимных подозрений, пусть даже неестественного происхождения, они так ни разу и не поделились своими находками.

– Мне почему-то запах зубушек показался чрезвычайно знакомым, – задумчиво молвила мыслечтица.

– Сладкий такой, приторный, – поморщился Эрин с нескрываемым отвращением.

– Ну и хрень! – воскликнул Аминаллон, который первым оказался на месте эпического сражения и осветил его мощным фонариком. – Ллот и Тьма!

Спецназовец воззрился на Эрина с почти мистическим ужасом.

– Да ты у нас сам маньяк еще тот, – согласился с братом Меноваззин. – Один на один с такой… биомассой?! Силен, мужик! Уважаю! – и пожал руку Светлому сородичу.

Окинув взглядом поляну, по колено заваленную трупиками неведомых зверушек, Эрин совершенно пал духом. В здравом уме сотворить такое невозможно. Если ему удалось положить такое количество тварей и не почувствовать усталости, значит, с мозгами действительно непорядок.

– Эй! – толкнул его Дзир, выводя из ступора. – Посмотри на меня.

ДОБРовец проверил зрачковый рефлекс, посветив карманным фонариком, и, только убедившись в том, что у ап-Телемнара нет шока, успокоился.

– Эк ты их ласково – зубушки. Они тебя могли загрызть насмерть и костей не оставить, – заметил Вузеллин, подобрав с земли голову твари. – Ты только глянь на эти зубы!

А у Эрина похолодело в животе, когда он вообразил, что зубастая мелочь могла напасть на его напарницу. Канистра бензина её бы не спасла, и топор тоже.

* * *

Количество покрошенных в мелкий фарш кровожадных зубушек… ладно, признаюсь. Впечатляло. И сильно. Это как же надо было… м-м… выйти из себя, чтоб… На этом я предпочла остановить бег своих мыслей. Не хочу знать больше, чем уже знаю. Мне и так есть, над чем поразмыслить на досуге, спасибо большое.