Эсми Солнечный Ветер - Анна Гаврилова

Переезд в квартиру, как я и ожидала, отложился на несколько дней. Во-первых, клининговая компания слезно просила больше времени на уборку, а во-вторых, покидать отель нам с Тамиром не очень-то хотелось.

Нам было хорошо. Причем настолько, что муж даже о последней группе диверсантов, кажется, забыл. Я о делах тоже не вспоминала. Просто жила. Просто наслаждалась уединенностью и новым поворотом в наших с Тамиром отношениях.

Три дня, прошедшие с момента заселения, мы провели… ну фактически в постели. Не то чтобы каждая минута была посвящена интиму, но желания выбираться куда-либо совершенно не имелось. Правда, длиться вечно эта идиллия не могла, и утром четвертого дня муж таки умчался на службу.

Он улетел на «акуле», которую перегнал к отелю один из приближенных офицеров. А я… посмотрела на список дел, забитый в планшет, и, невзирая на то, что Нэйт и Грум были готовы явиться по первому зову и сопроводить куда угодно, решила полениться еще денек. А почему нет?

С этой мыслью я завалилась на уже застеленную кровать и жестом активировала галавизор. Потом принялась перелистывать каналы в поисках чего-нибудь интересного.

И действительно нашла…

Я натолкнулась на уже знакомые кадры с приема у ри Крамов. Только на сей раз их транслировал не внутренний, риторский, а один из общих каналов Альянса.

Данный момент вызвал удивление и заставил продолжить исследование «эфира». Через пять минут стало ясно — мы с Тамиром опять в топе. На новость номер один не тянем, но в десятку попадаем точно.

Как отнестись к подобному вниманию, я, честно говоря, не знала. С одной стороны, было странно, с другой — чуточку смешно. Просто комментарии, которые давали репортеры и ведущие новостей, были весьма забавными. Мол, вы только посмотрите, что эти двое творят! А эр Руз-то совсем голову потерял! И — да, это точно любовь!

Комментарии действительно веселили, только насладиться ими я не успела. Меня отвлек писк коммуникатора — пришлось встать и прогуляться до столика, на котором и коммуникатор, и планшет бросила.

А взглянув на экран гаджета, замерла в легком неверии. Просто там имя бывшего высветилось.

Что? Мне реально звонит Джун?

Желания отбросить коммуникатор не возникло. Впрочем, немедленно нажать на кнопку приема тоже не захотелось. В течение нескольких секунд я стояла и продолжала таращиться на экран. Потом все-таки решилась, ответила…

— Да, — сказала нейтрально.

На том конце невидимого провода повисло молчание — кажется, кто-то уже не верил, что отреагирую на вызов, и слегка растерялся.

Только после значительной паузы я услышала:

— Привет, хорошая моя. Как поживаешь?

На голос Джуна я отреагировала… странно. Меня будто разрядом тока ударило. Только это была не страсть, нет…

Просто вот эти дурашливые интонации вызвали четкое отторжение. Ну и обращение… Раньше оно воспринималось нормально, но теперь заставило поморщиться. Хорошая? Моя? А ничего, что мы с некоторых пор совершенно чужие люди? Зачем разговаривать со мной в подобном ключе? К чему такая фамильярность?

Тем не менее цепляться я не стала. Проглотила комок внезапной неприязни и ответила:

— Замечательно поживаю. Лучше всех.

Предполагаю, что Джун улыбнулся. Одной из своих многочисленных нарочито-бодрых улыбок. Еще через миг я услышала сладкое:

— Хорошая моя, а можешь переключиться на планшет или стационарку? Ужасно по тебе соскучился. Жутко хочу увидеть.

Вот теперь я не поморщилась, а скривилась! Любовь бывшего к видеосвязи по-настоящему вымораживала!