Тени войны - Алекс Орлов

В установленный срок со своих позиций, занятых заранее, в указанные районы города вступали подразделения, которые должны были определить успех военного переворота. Из пригородов столицы к побережью двигались бронетанковые колонны. Под разными предлогами на корабли поднимались офицеры в форме военной полиции и требовали встречи с командирами. Затем включался прибор, и военный начальник падал на пол, сраженный резкой болью в голове.

Его тут же пристреливали из бесшумных пистолетов и, пользуясь возникавшей паникой, уходили на следующий объект.

Морские пехотинцы на дорогах тщательно проверяли проходящий транспорт и останавливали автобусы с пилотами, направлявшимися на базу «Северин».

Через час морская пехота была атакована полицейским спецназом, поддерживаемым четырьмя легкими вертолетами. Завязался жаркий бой, в ходе которого спецназ получил подкрепление — несколько сотен боевиков.

Выполнив свою задачу, морские пехотинцы отошли на резервные позиции, и вскоре у них в тылу уже высаживались десантно-штурмовые подразделения НСБ.

Это были тяжеловооруженные солдаты, снаряжение которых позволило уничтожить вертолеты полицейского спецназа. С обеих сторон применялись мобильные противотанковые ракеты, и район боевых действий, изобиловавший дорожными развязками и шоссейными ярусами, превратился в свалку разбитых бетонных конструкций. Повсюду горели случайно попавшие под огонь автомобили. И среди всего этого кошмара в дыму на первый взгляд бестолково носились люди в закопченных доспехах и выполняли каждый свой долг.

Вдалеке над башнями небоскребов кое-где поднимались клубы черного дыма — для отвлечения сил правоохранительных органов и внимания НСБ тайное общество доктора Гекльберри перешло к открытому террору. Производились поджоги больших магазинов и взрывы на станциях монорельса. На улицах города то там, то тут неизвестные люди открывали беспорядочную стрельбу. Даже в здании НСБ несколько носителей биопроцессоров пытались просочиться на этаж оперативного отдела, но их обезвредили новыми приборами и изолировали.

В Большом зале заседаний дебаты были в полном разгаре. Сенаторы и старейшины брызгали слюной, восторгаясь и негодуя, предлагая и отвергая.

Почти все они были пожилыми людьми или бизнесменами, лоббирующими интересы своих хозяев. Кому-то не сиделось дома, а кто-то отрабатывал получаемые деньги, но все они исправно посещали заседания.

Конечно, иногда случалось, что законы они выдумывали, мягко говоря, странные, но так уж издавна повелось, что Ассамблея была законодательным органом и худо-бедно руководила развитием Сообщества. В этот раз опять обсуждали что-то очень важное.

Уже уважаемый сенатор Петерсон в третий раз вскакивал с места с одной и той же фразой:

— Да вы дерьмо, коллега Ламберт, дерьмо! И все ваши слова тоже дерьмо!

На что уважаемый коллега Ламберт, поглаживая лысину, отвечал:

— Зато моя жена не спит с каждым солдатом.

— О чем вы, господа, на улицах города беспорядки! Взрывают магазины и дома!

Председатель, досточтимый старейшина Ярош, начинал стучать деревянным молоточком по столу. В общем, все шло как обычно, своим чередом. Желающие выступить записывались в порядке очереди. У входа стояли охранники и равнодушно поглядывали на очередной спектакль. Они здесь всякого навидались.

А тем временем за воротами парламентского городка в фургоне с эмблемой фирмы, торгующей свежими овощами, сидел майор Бидли и разговаривал со своим подчиненным Максимилианом Фоксом.

— Макс! — говорил в трубку радиотелефона Джон Бидли. — Осталось три минуты! Как там у вас?..

— Все в норме, со мной триста солдат, тяжелые пехотинцы. Направляемся к Управлению главного арсенала.

— Прекрасно, Макс, удачи вам.

Джон набрал новый код:

— Капитан Каменски! Как ваши дела?

— В общем, нормально, майор. Центр связи в наших руках. Охрана забаррикадировалась в нескольких помещениях, но они полностью блокированы и лишены связи.

— Браво, Каменски. Дальше действуйте по плану. Затем Бидли связался с лейтенантом Кюри, которому досталось штурмовать цитадель тайного общества — госпиталь ВВС:

— Лейтенант, вы уже начали?

— Да, господин майор, мои ребята работают сегодня как по нотам.

Сопротивление оказывается ожесточенное. Стараемся щадить обычных пациентов, но не всегда это получается. И еще — вы не поверите, но мы взяли Гекльберри.

— Отлично, дружище Кюри! Смотрите же, чтобы ни один не ушел, а особенно этот Гекльберри! Я с ним лично желаю поговорить.

Майор отключил переговорное устройство и выглянул в окошко фургона. На улице показались пять серых тупорылых броневиков. На их броне сидели солдаты в черных доспехах, вооруженные до зубов. Это был особый отряд из бывалых легионеров, собранный Джоном специально для этого случая. Их было около сотни.

Бронетранспортеры притормозили возле фургона, и майор запрыгнул на первую машину. Затем все пять рванулись к зданию Ассамблеи. Бронемашины неслись напролом, вышибая ворота и размалывая гипсовые керамические урны.

Вокруг уже царила паника. Охранники пытались было сопротивляться, но тяжелые броневики разметали сооруженные ими баррикады. Дорога была каждая минута.