Магия в крови - Сергей Ветров

Посмотрев на себя, я понял, что меня ждет настоящий поединок. На мне был точно такой же доспех, отличался только цвет: если у него преобладал синий, то у меня основным цветом был зеленый. Взвесив в руке алебарду и удивившись ее невесомости, я атаковал. И в очередной раз удивился: вместо бесхитростного выпада, я обрушил на своего противника настоящий шквал ударов, причем большую их часть я нанес, находясь в воздухе. Судя по всему, тело, в котором я находился, в совершенстве владело своим оружием. Но мой противник был не хуже, на каждый удар он отвечал соответствующей защитой, а самые опасные принимал на наплечники и набедренные пластины. Во все стороны летели голубые искры, а на металле доспеха оставались едва заметные зарубки. Клинки алебард плясали вокруг нас, вспарывая воздух и звеня друг о друга, им вторил стук встречающихся древков. Прыжки, сальто и подкаты чередовались с огромной скоростью, я не мог поверить, что сражаюсь именно я, но, как ни странно, это было именно так.

Бой, казалось, длился уже целую вечность, горизонт со всех сторон затянула плотная пелена пепельных облаков; замкнув кольцо, она начала смыкаться. Что ж, правила ясны, победить надо поскорее, иначе мне зачтут техническое поражение! А как можно победить равного противника? Использовать магию? Вряд ли все так просто, хотя на всякий случай я попытался швырнуть в него огнешар. Безрезультатно. Если, конечно, не считать результатом то, что я едва не лишился правой руки, пока изображал его бросок. Тогда попробуем по-другому, как там говорил учитель: «Если хочешь победить равного или сильнейшего противника, заставь его поверить в победу и в этот миг нанеси свой удар!»

Так и поступим. Ну что, приятель, не надоело тебе танцевать? А как насчет атаковать, смотри, как я неосторожно открыл правый бок. Вот орк… как же больно! Упав на колени и держась правой рукой за рану, я тем не менее сумел нанести колющий удар левой. Так мы и остались стоять, два воина, один раненый на коленях и другой – с занесенной для добивающего удара алебардой, а сам нанизанный на лезвие первого. Битва без победителей, я успел вдоволь полюбоваться на эту картинку со стороны, пока неведомая сила не утянула меня из этого мира или иллюзии.

Вернувшись в свое тело, я ощутил себя стоящим на том же месте, но теперь передо мной маячила моя точная копия, только черно-белая. Взглянув ей в глаза, я увидел свое отражение и услышал тихий «призрачный» голос:

– Приказывай.

– Ты и так знаешь, что должен сделать.

– Да, знаю, но, чтобы я начал действовать, ты должен отдать приказ вслух.

– Хорошо, приказываю…

Продолжить я не успел, темная фигура мгновенно испарилась из пентаграммы. Но тишина наступила ненадолго, вскоре из-за горизонта донесся грохот взрывов, а вспышки белого и голубого света пронзили ночь, освещая все вокруг.

– Похоже, там вместе с некромантом светлые маги, – прислушался Ворон и, немного помедлив, подытожил: – Были.

Ко мне подошла задумчивая Ангелина.

– Знаешь, Мели, в следующий раз, когда надумаешь призывать кого-нибудь подобного, ты предупреждай, хорошо?! А то использовать ЭТО для уничтожения шайки человеческих магов – все равно что клопов изводить фаерболами. Уж лучше бы я попросила у старика пару легионов огненных демонов. И в следующий раз так и сделаю!

– Да ладно тебе, Ангелина, чего ты так переживаешь. Ну, проболтался немного в бездне безвременья, подумаешь! Зато тебе не пришлось бегать по лесам со своим легионом демонов, вылавливая этих несчастных магов.

– Я тебе сейчас покажу бездну безвременья!!!

«В общем, все как всегда: хотел как лучше и получил за это по шее. Откуда эта садистка только взялась на мою голову?! А ведь теперь и не отвяжешься от нее», – думал я, глядя на наконец-то уснувшую Ангелину. Взгляд почему-то постоянно переползал с ее лица ниже. Мысленно одернув себя, я укрыл ее плащом и постарался сосредоточиться на завтрашних планах. Но эта зараза, вместо того чтобы спокойно лежать, потянулась, скинув при этом плащ и приняв еще более соблазнительную позу. Мысленно простонав, я отвернулся и попытался уснуть. Думаете, мне это удалось? Как же!

А через несколько дней началось решающее наступление. Невыспавшийся и злой (второе являлось прямым следствием первого), я, нахохлившись, сидел в седле предоставленного мне коня, ожидая, пока упакуются мои медики. Наученный горьким опытом, я навешал на своего скакуна столько защитных заклинаний, что он вполне мог пережить небольшой локальный армагеддон или пару Ангелининых фирменных огнешаров. Что меня, к слову говоря, несказанно радовало, так как мое плохое настроение не шло ни в какое сравнение с ее очень плохим настроением. Во всяком случае, уже успев получить от нее с утра пару раз по загривку, я старался больше ей на глаза не попадаться. Тешило также и то, что она двинулась на разведку (проще говоря, отправилась искать, на ком бы сорваться), а я остался прикрывать основной отряд и сейчас ждал отстающих.

Долго мое ожидание не продлилось: наконец-то начала движение колонна нашего лазарета, замыкала ее гарцующая на белой кобылке Ниэль. Я сделал вид, что не заметил брошенного ею на меня жалобного взгляда. Свое намерение я выполнил и отдал ее в ученицы к Ангелине. В результате Ниэль закатила такую истерику! В отместку Ангелина свозила ее в ближайшую разоренную имперскими наемниками деревеньку. После чего Ниэль несколько дней пугала всех своих пациентов пустыми глазами, а в ближайших рощах по ночам стал исчезать подлесок, вернее, он там оставался, но кто-то очень старательный изрубал его в мелкую щепу. Хотя и не всегда, некоторые деревья были аккуратно нарезаны ломтиками, из других наделали кубиков, третьи же пошли на шайбы. Но больше всего меня напугало не это, а один большой дуб, все листья на котором были рассечены точно пополам, причем одинаковым резом, совсем чуть-чуть не доходящим до черенка. Жестоко, конечно, но я очень не хотел, чтобы она когда-нибудь оказалась на месте жителей той деревни, не сумевших себя защитить.

«Война» – это странное и страшное слово навсегда изменило для меня свое значение. Если раньше я видел войну как схватку, поединок магов и сражение воинов, вместе сливающихся в пламя битвы, то теперь при слове «война» я вижу черный дым пожарищ и нескончаемый поток лиц, проносящихся перед моими глазами, лиц жителей Немерионского королевства, погибших от рук имперских наемников, и наших солдат, погибших в скоротечных схватках с людьми регента. И теперь я собираюсь сделать все возможное, чтобы эта война скорее закончилась… разумеется, нашей победой!

– А вот и столица, – сказал капитан, когда на горизонте показалась белая полоса.

Использовав «орлиный взор», я смог разглядеть, что это стена, сложенная из белого мрамора, метров пятьдесят в высоту и с двумя рядами бойниц.

– Неплохие фортификации, и как нам их, интересно, штурмовать? – ненавязчиво поинтересовался я у графа Форигора.

– Никак, стены Альтеры неприступны, – спокойно ответил он.

– Что еще за Альтера? – спросил я недоуменно. – Вроде бы столица Немерионского королевства называлась по-другому!