Инкуб - Василий Горъ

– Две минуты сорок две секунды… – Усиленный громкоговорителем голос, раздавшийся из-под шлема, заставил Лоуренса поморщиться: по его мнению, испугать таким образом можно было разве что ребенка до пяти лет. И то не факт.

– Хорошо, тогда я, если вы не против, продолжу трапезу… – Пожав плечами, Лоуренс завалился в кресло и, достав из упаковки печенье, с удовольствием впился в него зубами…

Человек, появления которого ожидали бойцы, появился в комнате чуть раньше ожидаемого срока – эдак минуты через полторы. Видимо, торопился. И сразу представился:

– Генерал Георгий Семашко. Командир подразделения «Зет»… Хотелось бы задать вам несколько вопросов по поводу гибели моего однокашника и друга генерала Плахина. Думаю, вы понимаете, что со мной лучше быть откровенным?

Майор удивленно посмотрел на генерала, потом на его подчиненных и пробурчал:

– Идентификатор своего комма можете прислать?

– Служебный? – не понял генерал.

– Нет. Мне нужен серийный номер и модель имплантата… И ваш, и ваших бойцов… – усмехнулся Лоуренс. – Иначе разговора не получится. На то есть серьезная причина…

– Хорошо… – не стал спорить Семашко, и на частично разблокированный комм Гирда тут же начали поступать запрошенные файлы.

– «Эль-Бео»… Это радует… – проверив последний, довольно заключил Лоуренс. – А теперь попросите ребятишек покинуть здание: то, что я вам сообщу, весьма и весьма серьезно, и я бы не хотел, чтобы полученная вами информация разошлась слишком широко.

– Мои люди умеют молчать, – рыкнул генерал.

– Хорошо. Тогда обойдемся без моих соображений. Голые факты. Рекомендую устроиться поудобнее – времени на осмысление у вас уйдет достаточно много, – сказал Гирд, отправляя командиру самого засекреченного подразделения Лиги пакет с информацией по делу Беолли.

Смотреть, как меняется лицо Семашко по мере просмотра голофайлов, было даже забавно – за какие-то двадцать минут грозный генерал успел раз пять разозлиться, расстроиться, удивиться и даже пару раз восхититься. Видимо, чьими-то действиями. При этом он не забывал об осторожности – работая «вполглаза», он не забывал контролировать движения Лоуренса и, судя по всему, сканировать окрестности через штурмовые комплексы своих бойцов.

«Монстры», – подумал Лоуренс, вспомнив легенды, связанные с этим подразделением.

…Информации о подразделении «Зет» было мало. В основном слухи. Досужие репортеры, отставные военные и болтливые чиновники, пытающиеся сделать себе имя на публикации жареных фактов, сходились в одном: ни о принципах комплектования, ни о численности, ни о задачах, ставящихся перед этими людьми, не было ни бита информации. И это – в эпоху, когда при желании можно было узнать меню на ужин последней любовницы любого сенатора или цвет белья ведущей какого-нибудь политического канала. Ну да, подразделение существовало. Откуда-то финансировалось и что-то там делало. Но как-то очень тихо и незаметно.

Естественно, находились люди, которые пытались анализировать все происшествия на территории Лиги за последние лет триста. Для того чтобы выделить хоть какие-то чрезвычайные события, решение которых можно было бы приписать этой команде. Но, увы, никаких доказательств причастности «Зет», скажем, к кризису на Хотарро, не было. Хотя то, что взбунтовавшиеся и разгромившие половину Нью-Лондона солдаты вдруг словно сошли с ума и перестреляли друг друга, легче всего было свалить на «Зет».

Верить в слухи Лоуренс не умел, времени заниматься ерундой у него тоже никогда не было, поэтому существование этого подразделения он принимал как данность: они есть, что-то делают, и ладно…

– Кстати, генерал, у меня один вопрос! – заметив, что Семашко заканчивает просмотр, все-таки решился поинтересоваться майор. – С точки зрения логики вы, как командир самого засекреченного подразделения Лиги, не должны были мне представляться!

– А кто вам сказал, что это настоящее имя или фамилия? Или звание? – усмехнулся Семашко. – И еще нюансик! Как вы думаете, какова вероятность того, что вы сможете вспомнить о нашей встрече, скажем, через час?

– Весьма высокая… – фыркнул майор. – Я вам нужен. Какими бы вы ни были гениальными, расследовать это дело заново – нерационально. Ситуация и так грозит выйти из-под контроля. Значит, вы будете вынуждены меня припахать.

Генерал расхохотался. Но как-то без души – видимо, информация о расследовании его здорово загрузила.

– Правильно. Припашем. Так что можете собираться – ближайшие пару недель вы вряд ли сможете попасть домой или на службу.

Массивный грузовой флаер аварийной службы походил на планетарный танк приблизительно так же, как комар – на истребитель. Однако за рекламными голограммами на его обшивке прятался именно он – чудовище, созданное для подавления укрепрайонов врага. Скромно телепаясь по коридору для таких же, как и он, трудяг, «Скорпион» выбирался за территорию города больше получаса, периодически останавливаясь для техобслуживания системы кондиционирования того или иного здания. А внутри его тем временем вовсю кипела работа: генерал, выведя на бортовые экраны изображение лиц пары аналитиков, продолжал терзать Гирда вопросами. Его интересовало все – от информации о личностях, забравших фрагменты тела человека, пытавшегося проникнуть в дом Элли Беолли, и до программы, в режиме реального времени отслеживающей серверы медучреждений, оказывающих услуги по реимплантации членам правительства, конгресса и силовым структурам.

К моменту, когда «Скорпион» распахнул перед ним крышку десантного отсека, Лоуренс чувствовал себя выжатым, как лимон. И это несмотря на то, что взятый под контроль медиков «Зет», его комм усиленно поддерживал работу его мозга! Выбравшись из машины, майор оглянулся по сторонам и усмехнулся: изображение мест, над которыми летел танк, оказалось обычной голограммой! Помещение, в котором они находились сейчас, являлось грузовым трюмом корабля, а значит, с вероятностью процентов в девяносто с гаком «Скорпион» успел выйти на орбиту.

Заметив датчик давления атмосферы, находящийся в рабочем режиме, Лоуренс удовлетворенно усмехнулся и, повернувшись к генералу, на ходу продолжающему бесшумные переговоры со своими сотрудниками, поинтересовался:

– А мы что, собираемся куда-то лететь?

– Да. Думаю, не мешает посетить Ловейг и повидаться с вашими друзьями.

– Я ни разу не видел ни капитана Кайма, ни госпожу Беолли, ни ее телохранителя, – пожал плечами Лоуренс.

– Вот заодно и познакомитесь.

Весь перелет до системы Ловейга, оказавшийся на удивление коротким, Лоуренс ощущал себя подопытным кроликом – люди Семашко буквально выпотрошили его комм, скачав с него все, что прямо или косвенно касалось расследуемого им дела, и успокаиваться не собирались. Не спрашивая разрешения, они бесцеремонно подключали майора к каким-то аппаратам, вводили непонятные препараты и терроризировали вопросами. Кстати, их методика допроса, автоматически анализируемая Гирдом, оказалась эффективнее той, что была принята в полиции: мало того что он умудрился вспомнить море сопутствующей информации, так его простимулированный мозг начал работать гораздо лучше, увязывая факты, раньше казавшиеся никак друг к другу не относящимися. Так что, забираясь в уже знакомый «Скорпион» и готовясь к высадке на Ловейг, майор представлял себе картину заговора значительно лучше, чем до отлета…