Королева Хальдора - Светлана Шепот

Следующую неделю я провела у постели отца, который не приходил в себя. Его лихорадило так сильно, что я едва дышала от страха. Почти не смыкала глаз, опасаясь, что, пока я сплю, его состояние ухудшится. Тварь располосовала ему всю грудь, задев и живот. Раны воспалились и загноились.

Берхарта тоже ранили. Он отлеживался в постели лишь сутки, а потом не выдержал и развел бурную деятельность по поиску лекарства для отца. Как по мне, так рана Берхарта выглядела не менее опасной. Своим укусом тварь сломала ему руку и содрала с нее кожу. Выглядело все очень страшно, но Берхарт заверил всех, что чувствует себя вполне нормально, так что в кровать его не смог уложить никто, даже строгая Ариадна.

Лекари у постели отца сменялись один за другим. Все говорили, что раны, несмотря на то, что так страшно выглядят, не смертельны, поэтому они не знают, из-за чего мой отец в таком тяжелом состоянии.

– В раны попала скверна, – тихо сказал как-то Эскалион.

– Скверна? – спросила, поднимая на него взгляд. – Что-то вроде грязи? Но мы ведь почти сразу промыли...

– Это магическая грязь, – Эскалион вздохнул и сел с другой стороны кровати. Переведя взгляд с меня на сильно похудевшего и тяжело дышащего отца, он покачал головой. – Обычно с такими ранами люди умирают в течение двух суток. Твой отец – очень сильный человек. Его магия не подпускает грязь близко к важным органам, но эта борьба отнимает у него все силы.

– Его можно спасти? – спросила, чувствуя, как меня в буквальном смысле слова трясет. Я так долго не спала и почти ничего не ела, что тело слишком сильно ослабло.

Эскалион молчал очень долго. Так долго, что я уже и забыла, о чем спрашивала. Кажется, мы просидели в молчании пару часов.

– Я могу попробовать, – сказал Эскалион, заставив меня вздрогнуть. – Твой отец, насколько бы силен он ни был, не сможет выдержать дольше. Твой брат ищет лекарство, и я уверен, он его найдет.

Встав, он скинул с отца одеяло, распахнул рубашку и обнажил его грудь.

– Что вы делаете? – спросила тихо, наблюдая, как муж положил руки на самые глубокие и опасные раны отца. – Эскалион, пожалуйста...

Я сама не знала, о чем именно прошу. Мне хотелось, чтобы он помог отцу, но в то же время я безумно этого опасалась, подсознательно чувствуя, что так просто это для Эскалиона не пройдет.

Сила мужа заструилась из его рук, буквально впитываясь в раны. Отец странно вздрогнул, а потом вообще выгнулся дугой. Я вскочила, хватая его за плечи, словно хотела удержать. Мой взгляд метался между мужем и отцом. Я готова была умереть на месте от волнения и паники.

Спустя некоторое время вены отца почернели. Я едва не рухнула в обморок, когда он с беззвучным криком распахнул глаза. Они были полностью черными. Знакомая уже тьма клубилась там, смотрела, напоминая собой саму смерть.

А потом Эскалион резко вдохнул, словно вынырнув из глубины, и отпрянул. От тела раненого к рукам мужа потянулись черные тонкие ленты. Постепенно тьма покинула отца, вернувшись к своему хозяину.

Отец закрыл глаза, выдохнул и рухнул обратно на кровать. Я запаниковала, но его сердце билось. Слишком быстро, но билось.

А вот Эскалион выглядел неважно. Он стоял, схватившись за стену, и словно пережидал головокружение.

– Как вы? – спросила, всматриваясь в его побледневшее еще сильнее лицо.

– Скверна меня не убьет, – Эскалион криво улыбнулся.

Вопреки своим словам, он подозрительно покачнулся. Я сориентировалась сразу. Подскочив к нему, усадила в кресло и замерла, не зная, что делать дальше.

– Не суетись, – с улыбкой посоветовал муж, хватая меня за руку и коротко целуя мою открытую ладонь. – Я немного посплю и буду в порядке.

Почему-то это меня совсем не успокоило. Вскоре муж на самом деле уснул. Я же в растерянности задумалась о своих дальнейших действиях.

Бросив взгляд на отца, приблизилась к кровати, осторожно прикасаясь к почти затянувшимся ранам. Судя по всему, температура оставалась еще немного повышенной, но выглядел отец уже значительно лучше.

Мне бы вздохнуть с облегчением, вот только внезапный сон Эскалиона не внушал мне доверия. Пришлось срочно вызывать лекаря.

Сначала он проверил отца и заявил, что сейчас его состояние не вызывает опасений. Если исцеление будет продолжаться такими темпами, то уже к утру он должен будет прийти в себя.

Тогда я попросила осмотреть Эскалиона. Лекарь было всполошился, но после проверки успокоился, заявив, что король просто спит глубоким сном и в этом нет ничего страшного и тревожного.

– Он просто сильно устал за последнюю неделю, ваше величество, – сказал лекарь. – Это нападение... Такая странность. Вот ведь странность.

Я не стала уточнять, о чем он говорит, так как понимала, что подобное происшествие, безусловно, встревожило умы всех жителей королевства.

Мне совсем не хотелось расставаться с мужем или отцом, поэтому я приказала занести в комнату еще одну небольшую кровать. На нее уложили Эскалиона. И пусть лекарь был уверен, что тот просто уснул, у меня такой уверенности не было, поэтому я попросила позвать Берхарта.

Когда брат пришел, я не совершенно не была удивлена его внешним видом. Берхарт всегда был красивым. Какие бы эксперименты он ни ставил, даже бодрствуя сутками напролет, он всегда выглядел так, словно в любой момент мог просто сменить одежду и отправиться на бал, улыбаясь и расточая обаяние. Сейчас же он напоминал свежевырытый труп.

Волосы висели грязными сосульками, под глазами залегли даже не синие, а черные тени, сами глаза лихорадочно блестели. За эти дни он сильно похудел, о чем говорили впалые щеки, скрытые недельной щетиной. Здоровая рука тряслась, а повязка на сломанной выглядела так, словно еще недавно была половой тряпкой.

Впрочем, я не уверена, что мой внешний вид был хотя бы чуточку лучше, чем у брата, учитывая, что я толком не спала, не ела и вообще не мылась.

– Что-то случилось? – немедленно спросил он, подскочив к отцу и принимаясь ощупывать его шею, явно в поисках пульса.

– Нет, то есть да, – начала я, хватая брата за плечо. – Постой, я расскажу.