Агентство «Чудо-трава» - Ольга Коротаева

— Пока?

— Пока не придёт время, — мрачно ответил Лежик. — Что бы это ни значило. Так он сказал: пока не придёт время. Тебе нужно перевязать руку. Идём.

Он поднялся и протянул мне руку, но я отвернулась.

— Может, оно давно уже пришло. Точнее, уже прошло, — холодно проговорила я. — Двадцать пятого апреля!

Я вспомнила море крови в видении Сигарда и вздрогнула. Может, из-за этого кулона кто-то погиб, и смерть эта не последняя? Джерт и Аноли в хранилище ведьм искали что-то, и раз мама была ведьмой, они могли предположить, что она спрятала это в Дубовой роще. Но почему, чёрт возьми, мама была молодой и живой в восемь утра двадцать пятого апреля?!

В холл ворвался чёрный вихрь, при ближайшем рассмотрении оказавшийся неуёмной Багирой. Женщина вздрогнула, замерла, и в чёрных глазах её мелькнуло смятение, но на лице расцвела улыбка.

— О! — преувеличенно радостно воскликнула она и, распахивая объятия, бросилась к Лежику: — Ты так быстро вернулся!

Лицо брата помрачнело, а глаза сузились:

— Уходи немедленно!

Багира замерла на месте, съёжившись, словно маленькая девочка.

— Почему?

Брат хохотнул и развёл руки:

— Да ты посмотри, во что ты превратила мою жизнь за несколько часов!

— Но… Лежик… Я же только хотела вас защитить.

— Да это от тебя нужно защищаться, — жёстко произнёс брат и холодно добавил: — Я сразу предупредил, что в качестве жены ты мне не подходишь.

Я растерянно покосилась на брата: я и понятия не имела, что он может быть таким… жестоким! Багира опустила голову, плечи её поникли, а пальцы рук задрожали.

— Хорошо, — с неожиданным смирением произнесла она. — Я согласна на встречи раз в месяц.

Брови мои поползли вверх: так вот какого ответа ожидал Лежик? И сколько же у него официальных любовниц помимо жён? На месте девчонок я бы открутила ему голову за такие выкрутасы. Изменять гарему — это надо же такое придумать!

— Нет, — проронил брат, направляясь к двери. — Это предложение я забираю.

Я скривилась, физически ощущая умоляющий взгляд Багиры. Конечно, мне жутко неловко, ведь это я подала ей надежду и послала в дом брата. Но я же не виновата, что она своими руками разрушила и дом Лежки, и своё возможное счастье в нём…

Взгляд мой упал на окровавленный флакон: а также и моё неведение. Возможно, это и было последней каплей. Лежка был напуган активностью стража и взбешён её поступками. Но его холодная уверенность появилась только после того, как я обнаружила шкатулку. Этого он Багире не простит. Я посмотрела на неё и вздохнула.

— Сожалею, Багира, но тебя уволили, — сочувственно проговорила я. Осторожно поднялась и добавила: — Сторожить дом больше не от кого, этой ночью волколаков перерезали.

— Кто? — вскричала она так, что я вздрогнула.

Я опасливо покосилась на её сжатые кулаки и блестящие яростью глаза. Кажется, сейчас Багира готова голыми руками умертвить каждого, кто причастен к гибели волколаков, но гибель клана Канилы тут ни при чём. Стража трясло от жажды мести тому, кто уничтожил шанс охранять Лежика и его семью… уничтожил шанс попасть в эту семью. Я нервно хихикнула и, медленно продвигаясь к выходу, пожала плечами.

— Точно не известно, — проговорила я. Вспомнив о Вукуле, замерла у двери и обернулась на Багиру: — Но, если хочешь, можешь помочь нам это выяснить.

* * *

Я сидела на водительском сидении и задумчиво смотрела на дом, который сейчас представлял собой жалкое зрелище. Длинная фигура Лежика металась по заваленному двору. Зеваки потихоньку расходились, работники с недовольными лицами загружали инструменты и материалы в грузовики. Подъехал жёлтый автобус, и хохочущий Степан подвёл к нему стайку моих племянников. Брат, скрестив руки, мрачно наблюдал за процессом погрузки потомства, а волосы его чёрными змеями извивались на ветру. Я вздохнула и отвернулась, и взгляд мой заскользил по окнам: куда же попрятался боевой отряд жён инкуба?

— Вукула станет прежним? — тихо спросила Забава.

— Не попробуем — не узнаем, — недовольно проворчала Багира.

Я обернулась и посмотрела на девушек, между которыми сидел седой Вукула. При виде моего лица, волколак оживился и заёрзал на заднем сидении, словно пёс, на которого обратил внимание любимый хозяин. Я невольно улыбнулась и, посмотрев на Багиру, уточнила:

— А что, если не прокатит?

— Волколаки от природы способны перекидываться волками, — хмуро ответила та. — Магам же приходится учиться этому. Но изначально ритуал к магам пришёл именно от волколаков. По древней легенде, один волколак полюбил человеческую девушку, но стая его была против такой жены. Тогда он пошёл на преступление и заколдовал свой нож так, чтобы она смогла стать волком, как и он…

— Погоди, — остановила я. Сердце моё забилось сильнее, а во рту пересохло. — Почему преступление?

Багира жёстко ухмыльнулась, а чёрные глаза её сверкнули.

— Легенда утверждает, что этим ножом он убил своего брата. Да не просто убил, а поработил в окровавленном железе его волчью суть. И при ритуале в человека вселяется эта волчья сторона мёртвого волколака…

— Ужас какой, — содрогнулась Забава. — Неужели ты убила волколака, чтобы забрать его волчью часть?!

Взгляд мой метнулся к поясу Багиры, где та скрывала свой волшебный кинжал. Лицо стража словно окаменело, а губы сжались в линию.

— Наши кинжалы переходят от поколения к поколению, — строго проговорила она. — Вместе с должностью стража. Когда ты перестаёшь быть стражем, ты отдаёшь и свою волчью суть.

— То есть, — тихо проговорила я. — В каждой сказке есть доля сказки…

По спине моей прокатилась ледяная волна ужаса: а если убить целую стаю волколаков одним мечом, звериные части тоже соберутся в оружии? И на что в дальнейшем способен такой меч? Ощутив дурноту, я глубоко вдохнула и прикрыла веки.

— Попробуем в Дубовой роще, — решительно произнесла Багира. И тихо добавила: — Там нам никто не помешает…