Академия Тьмы и Теней. Телохранительница Его Темнейшества - Ирмата Арьяр

– Да заткни ты его чем-нибудь! – взмолился Тай, дружок Миранды. Он сидел на земле, закрыв уши жалобно мяукавшей мантихоре.

– Вот ты и затыкай, а я таких заклинаний не знаю! – огрызался Ирек.

А замок на диво выразительно выругался на языке династии Холь и добавил:

– Не знаешь, так и не лезь, студиозус безмозглый. Не велено никого пущать! Брысь все отседова!

Огромный пес, в котором я узнала нашего возницу, единственный заметил нас с Шуршем, зависших в воздухе за спинами. Поднял морду, но я приложила палец к губам, и понятливая собачка вильнула хвостом и отвернулась. Зато он нарычал на замок, а тот ответил с ворчливо-ехидной интонацией Кикируси:

– И нечего тут лаять, щенок облезлый! Мал еще, пасть на меня разевать. И не таких видывали! И кошку уберите, у меня аллергия на кошачью шерсть!

Мантихора оскорбилась и зашипела.

Под лестницей толклась группа поддержки: Миранда и Зулия с двумя островитянами, нагруженными свертками и корзинками. Из одной выглядывало горлышко бутылки. А я и забыла, что мы собрались отмечать бесславную гибель развеянного по ветру принца Дьяра.

– Отмычкой попробуй, – посоветовал главарь островитян и, передав свертки Зулии, покопался в карманах, вытащил хитро изогнутую железку и бросил Иреку. Тот поймал, но только поднес к замку, как эта пудовая железная гиря колыхнулась. Ирек никак не мог попасть отмычкой в отверстие.

– Ой! Хи-хи-хи… – уворачивался замок. – Ой, не могу! Не трогай меня! Мне щекотно!

– Быстрее, Ирек! – умоляла Миранда. – А если ее там уже заклевали насмерть? Если наша Лика там умирает? Слышите, внутри кто-то стонет?

На миг воцарилась полнейшая тишина, аж уши заложило. Замолчали и мои друзья, и мантихора, и адская псина, и даже Кикирусин замок изобразил на железной морде полнейшее внимание, а скважина для ключа стала узкой, как зрачок демона.

Из башни не доносилось ни звука, а вот мой хохот уже невозможно было сдерживать, и нас с Шуршем обнаружили.

– Вот ты где! – возмутилась Миранда. – А мы тебя спасаем!

– От кого?

– Нас грифон разыскал и сказал, что тебя горгульи съели.

– А где он сам?

– Мы его отослали за ректором.

– Не надо! – перепугалась я и тут же стушевалась под мрачным взглядом Ирека. Он что, не рад меня видеть живой и невредимой? Потом вспомнила, что бастард к этому часу, может быть, уже осиротел.

– Почему не надо? – прищурился он. – Горгульи взбесились и разнесли крышу вдребезги. Мы за тебя тут все испугались, ты же там одна оставалась. Они опасны, магистры их уничтожат.

Птичек стало жалко. Я объяснила народу, кто тут виновней всех, и под конец мне стало жалко уже себя.

– А ты не мог бы наложить на башню иллюзию, Ирек?

– Извини, я сейчас не в состоянии. Уже весь выложился.

– Тогда надо где-нибудь отсидеться, а то сейчас сюда набегут…

– Давайте к нам, – проявили гостеприимство Айрес и Даг.

– У меня предложение получше. Надоело в четырех стенах сидеть. Еда у нас с собой, – Ирек скользнул взглядом по корзинкам. – Я знаю одно славное местечко на берегу реки.

– А Лика не замерзнет? – засомневалась Зулия.

Хотя зима еще не наступила и осень выдалась на диво теплая, южанка экипировалась по-зимнему: надела свитер толстой вязки, шерстяную мини-юбку и чулки, залезла в меховые сапожки с голенищами до середины бедра. И все еще зябко куталась в палантин.

Я была в тонком домашнем костюме – широкие штаны и свободная бесформенная майка, – но не сильно мерзла. Лунные девы, живущие на границе Света и Тьмы, спокойно переносят и жару, и холод. Да и закаляют воительниц с рождения, даже если они не становятся жрицами Лойт.

Хуже, что и туфельки на мне были домашние, тонкие. Пойдет дождь – вмиг промокнут.

– Не замерзну, – храбро сказала я. – Магистры страшнее какого-то там насморка.

– Что-нибудь придумаем, – Ирек наконец улыбнулся.

– Держи пока, – Зулия протянула мне свой палантин. – А то пока эти тугодумы придумают, не для кого уже будет стараться.

И мы отправились на пикник. Свертки сгрузили на Шурша. Он рачительный, не потеряет. И у привратников вопросов не будет. Вот вносить снедь на территорию Академии – это пожалуйста, а выносить – ни одному вечно голодному демону-студиозису в голову не придет, и это сразу вызовет подозрения.

Но я ошибалась. Вопросы у привратников возникли.

– Ага! Лика Тария! На ловца и дичь! – едва увидев нашу компанию, воскликнул дежурный маг – сегодня это был младший магистр зелий, ассистировавший на занятиях архимагу. И без того тощий, угловатый, с вечно клочковатой рыжей шевелюрой, сегодня он выглядел таким взъерошенным, словно швабра, только что выдержавшая атаку мышей. – Далеко ли собралась? Ах, на прогулку? А куратор разрешил? Ну да ладно, уже неважно.

Магистр, подлетев к нам черным коршуном, вцепился в мою руку и потащил к группе мракаров с сержантом во главе, отчеканив:

– Вот она, Лика Тария. Забирайте и проваливайте!

Четверо мракаров мгновенно оказались за моей спиной и еще двое встали по бокам.

– Как это забирайте?! – я отшатнулась и уперлась спиной в чей-то шипастый панцирь.

Сержант – трехаршинный верзила в черных доспехах, с которыми дивно гармонировала его багровая клыкастая морда, еле вмещавшаяся в трехрогий шлем, – возмущенно выругался:

– Хр-рюмова пасть! Эта полудохлая пигалица?! Да она же больна бледной немочью!

– А вы кого ожидали? Троллиху? – еще сильней взъерошился ассистент, хотя это казалось невозможным. – Я ведь могу и передумать. У нее еще зачеты не все сданы, и практику она на три дня запустила!

– Судя по ночному разгрому на Куцем рынке, целую стаю троллих, – примирительно сообщил демон.

– Так она и там отметилась?

Оба вперились в меня взглядами.

– Описание совпадает. И собачка с кошечкой похожи на заявленных в розыск, – мракар покосился на оскаленную мантихору и не менее дружелюбного пса. – А мы все удивлялись, как какая-то дохлая моль могла причинить столько бед?

– А мы-то как удивляемся до сих пор! – возвел очи к потолку ассистент. – Вы еще не видели, что здесь летом творилось по милости этой девицы! Всю Академию нам разнесла!

Я скромно потупилась. Миранда сдавленно хихикала за моей спиной, а Ирек постарался стать «тенью» Тая, пока и о нем не вспомнили.

Сержант, демонстративно выпятив челюсть, что, видимо, означало у него высшую степень брезгливости, оглядел меня с ног до головы:

– Хлипкая, как гнилая щепка, – резюмировал. – Ну, следуй за мной, болезная.

– По какому праву? – вздохнув, вмешался Ирек. – Где ордер на арест? Тогда и меня забирайте, я в той повозке тоже был.