Цветок империи - Юлия Бабчинская

– Да иди ты со своим правом…

Не обращая внимания на слова Октавиана, Виктор склонился над Юви и легонько похлопал по щеке.

– Зачем ты ее сюда привел? – спросил Виктор, не оборачиваясь.

– Я не собираюсь отчитываться перед тобой.

Октавиан достал из кармана маленький стеклянный флакон и отстранил Виктора.

– Дай лучше я.

– Всегда носишь с собой? – усмехнулся Виктор. – Часто падаешь в обмороки?

– Просто вокруг меня много женщин, Виктор, – протянул Октавиан, – не завидуй.

– Я никогда тебе не завидовал, – ответил Архитектор. – В отличие от тебя.

Октавиан вытаращил на него свои фиолетовые глаза и задрожал от ярости. Но с места не двинулся. Потому что Виктор был зол не меньше.

Но вот раздался вздох, и они оба повернулись к Юви.

– Как ты, милая? – спросил Октавиан, положив ладонь в сверкающих перстнях ей на затылок.

Виктор отошел в сторону. Интересно, как Октавиан собирается наказать подданных Ремесиса перед своей «милой». Виктор не хотел об этом думать, пока. Ведь невозможно будет смотреть на это просто так.

– Пускай она побудет здесь, я позову Риту, – сказал Виктор.

– Хорошо, – наконец отозвался Октавиан.

– Я… – слабо сказала Юви, стараясь сосредоточить взгляд и приподняться.

– Останься здесь, – настойчиво проговорил Виктор.

Она вновь опустилась и прикрыла глаза. Когда Виктор вернулся в тронный зал, пленники все так же неподвижно стояли на коленях.

– Итак, – сухо сказал Октавиан, вновь устраиваясь на троне. – Риок… Мой легионер. Как ты оказался вместе с этими предателями?

Риок молчал, не поднимая головы. На его лице были ссадины и синяки. Виктор обратился внутрь себя, стараясь прощупать мальчишку, но не уловил прежнего всплеска ремесиса. Как будто это был самый обычный паренек, только до ужаса бледный и напуганный. Совсем как его сестра сейчас.

Главное, чтобы Юви оставалась там, и не видела того, что происходит здесь. И Рита. За нее он переживал не меньше, ведь пока вел сестру к Юви, она видела… да, безусловно, она видела Риока. И знала, чем все это может закончиться.

– Значит, ты не хочешь говорить, – произнес Император. – Хорошо. Вы просто вынуждаете меня. А это кто… ваш Белый Журавль? Поднимите мальчишку.

Легионер грубо встряхнул паренька, поставив того на ноги.

– Не стыдно вам прикрываться ребенком? Решили сделать из него мученика или как? – проговорил Император, обращаясь к захваченным «журавлям». – Что он может, ваш Белый Журавль?

Октавиан спрыгнул с трона и, подойдя к парнишке, легонько толкнул его. Тот качнулся и не устоял на ногах, плюхнувшись на пятую точку. По залу прокатился хохот. Виктор никак не мог взять в толк: он же видел силу Роши, испытал ее на себе, но сейчас мальчишка будто лишился всякого ремесиса. Как такое возможно? Как, собственно, и то, что он стоял перед ними живой, во плоти. Ему следовало лежать в могиле, ведь его жизнь оборвалась еще до Захвата.

Октавиан приготовился сказать что-то еще, но Виктор выступил вперед. Он не мог позволить, чтобы произошло непоправимое. Да и Юви… Она пойдет на все, чтобы спасти их, и раскроет себя. Этого допустить нельзя.

– Ваше Императорское Величество, – обратился он к Октавиану. – Эти люди – мои подданные, и я бы сам хотел выбрать им наказание.

Октавиан удивленно уставился на него. Так привык, что его все слушаются.

– Если это твои подданные, значит ли это, что ты сам пошел против Империи?

Виктор усмехнулся.

– Ты знаешь, что это не так, Октавиан. Я построил этот город, я живу по его законам, я женился на женщине, которую выбрал мне ты. Чем еще я могу доказать свою верность?

– Ну… например, поединком. Но ты не смеешь колдовать, это ты понял?

– Хорошо, – согласился Виктор. – С кем Ваше Императорское Величество прикажет мне сразиться?

Октавиан обвел зал взглядом. Советники отступили на шаг.

– Да хотя бы с ним. – Октавиан указал на Риока. – Это мой легионер, как-никак. Одолей его, и я дам тебе шанс решить судьбу своих… как ты там сказал… поданных?

Виктор услышал, как легонько скрипнула дверь комнаты отдыха. На пороге стояла Юви, а за ней мертвецки бледная Рита. Обе они с ужасом смотрели на него.