Дар Кроуги - Анна Пушкина

Кнут в руках князя предостерегающе дернулся, я выставила Соулу, пока обдумывала план действий, используя всю находчивость, на которую только была способна. Взгляд упал на стену с трофейным оружием – коллекцию Сетсея. Да, пользоваться этим арсеналом я не умею, но это и не нужно. Я опять выставила Соулу, затем еще парочку в попытках лишить Рагонга обзора. Зло прищурилась. Надеюсь, я его не убью, хотя он сам напросился. Когда князь начал прорываться через мои загораживающие стены, я использовала обычное бытовое заклинание левитации. Только, разозлившись, вливала магию не жалея. Оружие одно за другим срывалось с креплений на стене и летело в князя. А было его тут по меньшей мере пара десятков: кинжалы, булавы, топоры, шпаги, трезубцы, цепи, копья. Вся эта стальная рать, словно железные птицы, с высоты бросилась на князя, стоило ему разбить последнюю стену между нами.

Рагонг был если не ошарашен, то однозначно удивлен. От первого оружия он отскочил инстинктивно, последующие уже врезались в его защитный купол и с грохотом падали на пол. Но один маленький и юркий кинжал успел достичь цели и попал ему в область подреберья. Князь скривился, быстро его вытащил и отбросил в сторону. Потекла кровь, в испуге я тут же опустила руки и замешкалась. Рагонг воспользовался моей растерянностью, сорвался с места и в несколько шагов оказался рядом. Я отскочила и уперлась лопатками в твердую поверхность за спиной. Он подошел очень близко, навис надо мной, заставляя вжиматься в стену и смотреть в обжигающе темные глаза. И очень медленно, с паузами после каждого слова произнес:

– Ты зла на меня. Успел прочитать до твоего удара. Почему?

От жара его тела и чувства, что меня загнали в угол, я нервничала, руки заискрились силой. В поиске выхода из этой ловушки пригвоздившего меня взгляда хаотично обдумывала, как улизнуть.

– Не советую, – грозно произнес он, догадавшись о моем намерении.

Я опустила глаза на его рану.

– Всего лишь царапина, – процедил он.

Тут я бы поспорила, но хорошо разглядеть не успела: пальцы Рагонга, сильно сжавшие мой подбородок, возвратили меня в клетку его взгляда.

– Отвечай.

От его голоса по спине побежали мурашки – не от страха, а от того, каким ледяным был его тон. Не хотелось отвечать, но мне ясно дали понять, что только это ключ к свободе.

– Я видела тебя… вас с Нилой, – почти одними губами прошептала я.

Ни единой эмоции не проскользнуло по его лицу, будто он уже все знал, но вынуждал меня произнести это вслух.

Взяв мои ладони в свои, он потушил мою магию. Поразительно, как она слушается его. Даже обидно.

– Догадываюсь, что именно ты увидела. Но с Нилой меня давно не связывают романтические либо какие-то другие близкие отношения. – Он сделал паузу, внимательно рассматривая меня, будто видел впервые, и с улыбкой добавил: – Признаюсь, твоя ревность мне нравится.

Затем посмотрел на мои губы и замер.

Внутри у меня бурлило недоверие, хотелось возразить или оправдаться, не знаю точно, что именно. Но только я открыла рот, Рагонг опередил меня, не дав больше сказать ни слова. Он поцеловал меня, вжав всем телом в стену. От прикосновения его губ я растеряла всю копившуюся так долго обиду. Стоило ли верить его словам? Но это и не важно. Сейчас вообще ничего не могло быть важнее его поцелуя и этих сильных рук, крепко державших меня. Я ощущала сладкое, щекочущие, окрыляющее чувство и даже не могла точно сказать, где именно оно зародилось. Моя голова откинулась, руки уперлись в его грудь и медленно заскользили вниз. На губах чувствовался привкус моей крови, сочащейся из раны на щеке. На руках – его горячая кровь из раны. На краю подсознания – мысль, что он истекает кровью. Но, словно заговоренная заклинанием, я не могла оторваться от него, мне нужно было еще и еще. Хотелось скрыться от всего мира в его объятиях. Он покрывал поцелуями мои губы, потом шею. В упоении я, кажется, застонала. От этого он как ошпаренный, тяжело дыша, отстранился, посмотрел в мои захмелевшие глаза. Потом улыбнулся только уголками губ и меня шатнуло от порыва в портал, который он открыл, крепко удерживая и не давая отодвинуться от него ни на шаг.

Еще мгновение – и мы упали на кровать. Я потянулась к его губам, даже не понимая, в какую комнату он нас перенес. Хотя это тоже не имело сейчас никакого значения. Даже если бы мы приземлились посреди рыночной площади, думается, мне было бы все равно. Он больше не улыбался, только смотрел помутневшим взглядом, в котором читалась решимость. Тут совершенно не вовремя вернулись смущение, страх, и я очнулась от оцепенения. Рагонг, похоже, считал мои эмоции, подмял под себя, не давая возможности опомниться, и снова начал целовать, уничтожая последние крупицы сопротивления. Расстегнув мое платье, он покрывал мое тело поцелуями. Я почувствовала его ладонь на бедре под юбками, она смело поднималась выше. Меня опять накрыло дурманом, все тело от его прикосновений горело. Показалось, что воздух вокруг нас вибрировал, кипел. Я не сразу поняла, что так оно и есть. Искрились не только мои руки, но все тело.

– Ты сейчас нас убьешь, – усмехнувшись, шепнул мне Рагонг.

Его руки легли с двух сторон от моей головы, удерживая его на весу. Я потянулась к своему сосуду, чтобы успокоить магию, которую лихорадило, как и меня, и она билась внутри. Сложно было сосредоточиться под его взглядом, который я чувствовала даже с закрытыми глазами. Не знаю, как мне это удалось, но магия послушно отхлынула.

– Не уверена, что это не повторится, – попыталась как можно серьезнее произнести я.

Лицо Рагонга было совсем близко, а его неровное дыхание говорило лишь о том, что сдерживается он из последних сил.

– Я рискну.

Рагонг не стал разбираться с завязками на юбке и корсете – я услышала треск ткани. Еще пара мгновений – и я была раздета. Если раньше он всегда был очень сдержан, то теперь даже не представляю, что могло бы его остановить. Будто в мире ничего и никого кроме нас не существовало.