Дар Кроуги - Анна Пушкина

– Я понимаю, он перешел черту, но разве не следует его судить? Разве его действия заслуживают смерти?

– Умников, которые захотят влезть в голову княгине и получить контроль, наберется так много, что ни одной тюрьмы не хватит. Если бы его судили, ему пришлось бы выдать того, по чьей указке он действовал. Поэтому, скорее всего, он был им и убит. И это доказывает, насколько несправедлив мир и его правители. Хочу, чтобы ты запомнила: к сожалению, доброе, но слабое зачастую оказывается менее жизнеспособным, чем злое, но сильное. Иногда приходится делать выбор. Но всегда помни, кто ты. Это поможет не переступить черту, после которой нет обратного пути, и принять единственно верное решение.

Рагонг жестом пригласил занять место на троне рядом с ним. Я уставилась на ту часть мозаики, которая, по-видимому, должна была отображать меня. Помешкала, медленно подошла и села на предназначавшийся для меня трон, затем с любопытством обернулась. Но ничего не произошло, витраж не засветился, рисунок оставался таким же нечетким.

Непонимающе посмотрела на мужа. Рагонг улыбался, наблюдая за мной.

– Тут все несколько сложнее, усесться на трон недостаточно, – ответил он. – Чтобы рисунок проявился, правящий князь или княгиня должны принять и осознать свой долг. Эта причуда эльфов – не более чем старое суеверие, но многие продолжают в него верить.

– Ты намекаешь, что я не чувствую себя княгиней Кроуги?

– Это не я намекаю, а эльфийский витраж.

Прищурилась и, чувствуя подвох, съязвила:

– И как убедить мудрый витраж принять меня в качестве княгини Кроуги?

– Понятия не имею, – честно ответил князь.

В его глазах мелькнула холодная тень, и он отвел взгляд.

– Однажды я принял решение, которое по силам только князю. После смерти матери я решил не мстить монаханцам, не начинать свое правление с кровавой расправы. Возможно, и тебя ждет поступок, на который никогда не решилась бы Амидера из Потавы, потому что он по плечу только княгине Кроуги.

Эта фраза вновь вернула меня к мысли, мучавшей со вчерашнего вечера после разговора с Эруаном.

– Не намекаешь ли ты на наследников, которых ждут от княгини Кроуги?

Рагонг нахмурился.

– Как с разговора о витраже мы перешли к разговору о детях? Я не против, если вдруг ты решишь стать матерью, но говорил не об этом.

Я набралась смелости спросить прямо. Было страшно услышать горькую правду, но лучше сразу знать все как есть.

– Ты женился на мне потому, что я тоже арканник и это повышает шансы на магический потенциал твоих детей?

Его взгляд стал пристальным и тяжелым.

– Так вот о чем вы беседовали с Эруаном. Не буду обманывать: то, что ты арканник, стало еще одной веской причиной жениться на тебе.

Я поморщилась, в душу вонзилась тысяча острых стрел, приносивших боль.

– Амидера, ты же понимаешь, что ты не единственная магичка-арканник в Людее и, если бы выбор невесты определялся лишь этим, я бы давно был женат?

Его недвусмысленное признание в том, что не моя магия стала главной причиной жениться, заставляло эмоции, скрутившие меня тревогой, ослабеть.

Рагонг медленно прошелся взглядом по моим оголенным плечам. Сегодня на мне было платье, выбранное Собель. Мучаясь от головной боли утром, я позволила ей выбрать наряд, а она выбирает всегда такие, где меньше ткани и больше открытых участков тела. Рагонг буквально гипнотизировал меня, отодвигая все тяжелые мысли на задний план. От откровенно рассматривавшего меня князя почему-то сразу захотелось дать деру.

Разорвал наш зрительный контакт засветившийся в центре зала портал, из которого вышел серьезный и немного взъерошенный Келдрик.

– Эруан собирает армию на границе с орками! Нас закидывают письмам с просьбой объяснить его действия. В такие моменты чувствую себя советником Минолы, а не Кроуги, – на одном дыхании выпалил телепат.

Князь быстро поднялся, открыл портал, кивком показывая, что он для меня. Мы перешли в нашу спальню, где он начал отдавать приказы. Тиральде и моим горничным – что я срочно возвращаюсь в Бьенкурт. Сетсею и Вольфгану – что они возвращаются со мной.

Я подошла к мужу и тихо спросила, чтобы не слышали остальные:

– Эруан развяжет войну?

Сильная ладонь Рагонга нежно коснулась моей щеки.

– Я постараюсь этого не допустить, – так же тихо ответил князь, перед тем как они с Келдриком ушли через новый портал.

По возвращении в Бьенкурт ни о чем другом, кроме тревожной вести Келдрика, я думать не могла. Правда ли Эруан готов начать войну и сможет ли Рагонг ему помешать? Обсудить это было не с кем. Сеять панику не хотелось, поэтому я, прокручивая все возможные сценарии в голове, старалась вести себя как обычно. Навестила своего грифона, попрактиковала заклинания рины Первы. Ближе к вечеру принесли посылку от Келдрика. После выходки минолца на балу телепат прислал мне учебник «Тысяча заклинаний разума». В нем он своей рукой подчеркнул самые простые рунические заклинания, которые советовал освоить. Все они были направлены на защиту сознания. Поужинав и заучив несколько, я легла спать.

Сон никак не шел, тревожные мысли и ночная духота не давали заснуть. Не знаю, как долго я вертелась в кровати, когда услышала звук крыльев пролетевшей рядом с окном птицы. Не была уверена, что это вулпин князя, может, обычная птица. Уснуть все равно не получалось, и я решила спуститься и проверить, не вернулся ли Ра-гонг. За дверью никого не оказалось, я беспрепятственно пошла дальше, не встретив ни души. Спустившись на первый этаж, направилась в библиотеку с мыслью, что Рагонга, скорее всего, найду именно там. Заметив под дверью полоску света, я обрадовалась и прислушалась. Из библиотеки доносились тихие голоса. Мужской принадлежал Рагонгу, второй, женский, я не узнала. Боясь помешать, я остановилась, обдумывая, как поступить – не хотелось, чтобы мое появление выглядело так, будто я слежу за мужем. В воздухе витал аромат моря и свежести, что-то смутно знакомое. Очень осторожно я чуть приоткрыла дверь, меня привлекло голубое сияние открытого портала. В комнате была женщина с распущенными длинными, до талии, белокурыми волосами, в которой я узнала Нилу. Сделав несколько шагов, она ласково обвила шею Рагонга руками и бесцеремонно прижалась к нему. В растерянности я отпрянула и, оставшись незамеченной, вернулась к себе в комнату.

Всю оставшуюся ночь я провела в поисках рунических заклятий смерти, чтобы сжечь Рагонга на месте или задушить проклятием, зашивающим рот и нос. Как он мог?! Да еще с кем! С любовницей Эруана!