Тихий омут - Юлия Диппель

Глубоко вздохнув, я снова убрала телефон. В этот момент вошли несколько ребят, которые принесли тяжелые барные столики. Одним из них был Брендон. Если не брать в расчет темно-синие скулы, ничего не указывало на то, что вчера его отдубасили. При этом двигался он заметно медленно, словно каждый шаг причинял ему боль. Мы встретились взглядами, но он тут же отвернулся. Я правда видела промелькнувший у него в глазах страх?

Кучерявая рыжая голова Лиззи загородила мне обзор на бывшего. Она вернулась со своей спасательной миссии и – несмотря на ранний час – в качестве трофея принесла с собой бокал особого крюшона Викториуса. Прежде чем я успела ее остановить, она отпила из бокала.

– Беее! Это же омерзительно!

М-да, я могла бы ее предупредить. Всё, что разливал, варил или пёк новый лучший друг моей матери, было несъедобным.

– Люциан классно его отделал, – постановила Лиззи и с довольной улыбкой кивнула в направлении моего бывшего парня.

Меня не удивляло, что она тоже уже была наслышана о «великом бое непобедимого брахиона». Во всем лицее сейчас обсуждали только это.

– Да, это точно, – уклончиво пробормотала я и принялась наматывать петли из пластиковых вен на части тела зомби.

– Ладно, Ари, что случилось? У тебя мешки под глазами висят до колен, на голове рваная рана, и ты больше не носишь печать Люциана. Не радуешься, что твоего бывшего поколотили. И у тебя настроение, как у Гринча – похитителя Хеллоуина.

Я вздохнула. Если честно, у меня не было желания распространяться на тему событий вчерашнего дня, но еще меньше я хотела опять ввязываться во все эти скрытности. Вот только каким образом мне безопасно рассказать обо всем прямо тут, при всех?

– Мне снились плохие сны, – я попробовала перефразировать.

– О, – прокомментировала Лиззи. А потом поняла и выпучила глаза. – Ооо! – Ее мозг заработал с удвоенной силой. – А рана?

– Врезалась в дверь шкафчика, – объяснила я на случай, если нас все-таки кто-то подслушивал. Лиззи подозрительно нахмурилась. – Да, после того как Люциан появился с Анушкой на тренировке, я почувствовала себя не очень хорошо. Ну, знаешь, как недавно в лазарете. И я позвала на помощь, а меня никто не услышал.

Брови подруги чуть не соединились с рыжими волосами.

– Так у тебя были…? Но почему…? …и никто…! Анушка?! И Люциан не…? Вау! Да не может быть!

Секунду она просто ошеломленно смотрела на меня, потом поставила крюшон на подоконник и обняла меня – долго и крепко.

– Я сейчас пойду и позову брата. Никаких возражений. – Она отпустила меня и указала на мой лоб. – Вот это вот может плохо кончиться, и мы не можем больше полагаться на… старые методы. Что-нибудь придумаем. Даже если мне придется лично надеть тебе на шею красную экстренную кнопку, как в домах престарелых.

За спиной Лиззи энергично раскачивались рыжие локоны, когда она отчалила, предварительно вручив мне гору колючей проволоки, которую надо было развесить на окне, прежде чем у Викториуса случится нервный срыв. Я вздохнула и отложила локоть зомби, чтобы посвятить себя сомнительной гирлянде. Мы так не договаривались. Без Лиззи это было совсем не весело.

Я подвинула лестницу и забралась наверх. Как назло, колючки зацепились за штору, из-за чего я случайно запуталась в ней сама. Когда я как раз собиралась выпутаться, нос уловил знакомый аромат летнего шторма. Повернувшись, я какое-то время поискала глазами, а потом обнаружила Люциана. Он стоял внизу в саду перед Башней и, скрестив руки, наблюдал за мной с угрюмым видом. Как это часто бывало в последнее время…

Я соскребла остатки своей энергии и приготовилась. Сейчас его голос ворвется в мои мысли и будет меня упрекать. Но ничего подобного не происходило. Мы просто смотрели друг на друга, и мне стало невероятно грустно.

Сзади что-то разбилось, кто-то закричал. Я обернулась, но все еще была опутана гирляндой и не удержалась. Падая, я увидела, как особый крюшон Викториуса расплескался по полу. В лужице плавали осколки дорогого стеклянного бокала.

Но до того, как я приземлилась на это отвратительное пойло, меня подхватили сильные руки. Знакомое чувство безопасности пронзило мои вены и перемешалось там с адреналином. Я почти забыла это ощущение…

– Осторожно. Если Лига узнает, что ты сломала шею, упав с лестницы, моя репутация будет навеки испорчена.

Элиас криво улыбнулся мне, а меня вдруг начала грызть совесть. Я не хотела чувствовать себя в безопасности с ним! Другой должен был поймать меня и удержать! Мой взгляд дернулся к окну. Силуэт с вьющимися волосами не сдвинулся ни на миллиметр. На его лице бушевала гроза.

Я резко освободилась от рук Элиаса и смертоносной гирлянды. Свои поспешность и стыд постаралась прикрыть наигранным смехом. Кошмар, он получился совсем как у Побрякушек ДД…

– А, ерунда. – Я прибегла к старому доброму сарказму. – Тебе нужно было бы просто покатать мой труп в этом дрянном крюшоне, и каждый уверовал бы, что это была необычайно коварная атака ведьм.

Вздернув бровь, Элиас разглядывал липкую жидкость на полу.

– Неплохая идея, – поддержал он шутку, но от него не укрылись ни мой дискомфорт, ни наш молчаливый наблюдатель. – В любом случае это была бы более изобретательная отговорка, нежели твоя история с дверцей от шкафчика.

Мое лицо виновато вытянулось. Когда мама утром задала вопрос, лучшего экспромта мне в голову не пришло.

– Мне было не до длительных объяснений, – призналась я. Элиас задумчиво кивнул. Его глаза с золотыми искорками прошлись по моему лицу и остановились на ране на лбу.

– Я мог бы попробовать ее исцелить, – предложил он. – В плане этого дара я не так профессионален, как Мелисанда, но говорят, что у меня хорошо получается.

Я тут же почувствовала нежелание и с опаской взглянула на Люциана. Он тоже как-то хотел меня исцелить и при этом сломал что-то в барьере, который у меня был от Танатоса. Еще одна загадка, которую не так просто решить. И об этой загадке брату Люциана, очевидно, ничего не было известно.

– Не уверена, что это хорошая идея.

Элиас проследил за моим взглядом.

– Почему? – Его тон стал резче, а у меня возникло нехорошее чувство, что он теперь говорил не только со мной. – Люциан явно не будет против, если я попробую. В конце концов, решение за тобой.

Я издалека видела, как Люциан опустил голову, но всё его поведение казалось еще более угрожающим, чем прежде.

Элиас сжал губы.

Люциан запустил руку в волосы.

Элиас еле заметно напрягся.

Люциан рывком поднял голову.

Элиас ответил на его взгляд, прищурившись.

Если это не классическая телепатическая дискуссия…

– Прошу меня извинить, Ариана, – внезапно проговорил Элиас. От формальности в его голосе у меня по спине прошел озноб. – Я должен кое-что прояснить со своим братом.