Дикая. Будешь меня любить! - Марина Весенняя

Лана сидела на кровати, за ее спиной высилась целая гора подушек, чтобы поддерживать спину. Ноги девушка скрестила под собой, радуясь, что хотя бы на это она еще способна.

– Не дергайся, – тихо повторила эльфийка в сотый раз за вечер. Лиам только фыркнул, но Лана была готова поклясться, что слышала, как мужчина выразительно поджал губы. Кто бы мог подумать, что черный змей не терпит щекотки? Хотя казалось, что с таким количеством шрамов на теле его кожа не должна быть настолько чувствительной.

Девушка отняла кисточку от спины мужа и обмакнула кончик в чернильницу, которую держала во второй руке. Стоило поднести кисть обратно к василиску, дотронуться ладонью до его плеча, как Беар вновь повел мышцами.

– Лиам, – строго сказала Лана. – Ты же воин. Пожалуйста.

– Я воин. А не холст, – буркнул мужчина, разминая шею и делая круговые движения головы. – Если бы ты орудовала иглой, я бы сидел спокойно.

– Если бы я работала иглой, – возразила эльфийка, начиная выводить новый черный символ на лопатке своего мужа, – я бы все делала намного медленнее. Ты бы дергался. И все закончилось бы тем, что я заколола бы тебя этой самой иглой. Не дергайся, пожалуйста, – еще раз процедила Лана, чуть не вышедшая за намеченные контуры татуировки. – Если я собьюсь, придется все стирать и начинать заново.

Азхар подал отличную идею создать на теле Лиама защитный контур. В конце концов, если эльфы вплетали магию в волосы, то почему бы не сделать аналогичную защиту из нательных рисунков? Лана с удовольствием взялась за решение поставленной задачи. Тем более что теперь Лиаму действительно требовалась такая защита.

Эльфийка не могла долго злиться на Беара за то, что он скрывал свое плачевное физическое состояние. В конце концов, народу, который строил все свои внутренние отношения исключительно на силе, признаться в собственной слабости было непросто. Хотя для своей пары Лиам мог бы сделать исключение.

Зато, отработав вычерченную на бумаге схему заклинания, эльфийка начала свой эксперимент на муже. Рисунок получался сложным и требовал многих часов кропотливой работы. А при том, как василиск своими нетерпеливыми движениями постоянно сбивал эльфийку, работа вообще имела шанс никогда не закончиться.

– Все. – Лана сверила получившийся рисунок с имеющейся схемой, после чего удовлетворенно кивнула. Еще одна часть будущей защиты была закончена, так что она отложила кисть в сторону, чтобы впечатать свежие контуры в кожу Беара и напитать их силой. – Вот теперь точно все. – Алания убрала руки и устало откинулась на подушки.

Теперь на правой лопатке Беара красовался круглый пентакль с тремя внутренними кругами, каждый из которых был исписан эльфийскими символами. Когда они закончат работу полностью, татуировка займет обе руки до локтей, почти всю спину и часть грудной клетки. Но пока сил Алании хватало только на то, чтобы наносить вот такие небольшие куски будущей защиты. Лиам прав, лучше было бы действовать иглами, загоняя чернила под кожу, но тогда девушка и трети работы еще не закончила бы. Так что ради скорости приходилось пользоваться кистью и впечатывать рисунок в кожу магией.

Лиам повернулся, убрал схему, чернильницу и кисточку в сторону, после чего, как обычно, поцеловал запястья своей самки.

– Как ты себя чувствуешь?

– Как будто только что целый час сидела перед полуобнаженным мужчиной, стараясь не защекотать его до смерти кисточкой. – Лане надоели постоянные вопросы о ее самочувствии. А с тех пор как в гнезде появился Азхар со своими мрачными предсказаниями, волнение по поводу здоровья Ланы достигло абсурдных размеров. Честное словно, Диаль скоро будет считать, сколько раз за день она моргнула, чтобы узнать, нет ли отклонений от нормы.

Лиам подтянулся к ней, устроился рядом, а потом переместил эльфийку с подушек на свою широкую грудь.

– Ты не представляешь, как я благодарен тебе за то, что ты приняла мой дом как свой, – произнес Беар. Его руки обвили девушку, крепко прижали к себе. – Ты мудро поступила с Нируком. Если он честный змей, то не забудет этого.

– Ты действительно хочешь поговорить о Куро? – не поверила Лана.

Они с Лиамом учились общаться, сидя вот так вечерами перед сном. Обычно муж делился с ней всеми новостями мира, а Лана слушала и отчитывалась о своем самочувствии. Беар неохотно говорил о чем-то личном, но делал над собой усилия. Эльфийке же и вовсе было не о чем рассказывать. На фоне знаменитых военных походов черного змея ее истории о пойманном в десять лет зайце или о вылеченной в четырнадцать птичке казались скучными. Обсуждения Айгерим и зеленого василиска они оба старались избегать.

Лиам гладил ее ладони, размышляя о чем-то.