Савойская терция - Чёрный Лев

Герцог Альба Фернандо Альварес де Толедо и Пименталь, плача, весь дрожа от благоговейного трепета, стоял на коленях перед папой Павлом IV, моля о прощении грехов.

Недавняя вражда была забыта, папа был побеждён силой испанского оружия, и скрывая свою ненависть, он простёр над герцогом руку, зашептав слова молитвы.

Милость Павла IV пошла ещё дальше, когда он освободил все обширные владения герцога от выплаты церковной десятины. А король Филипп II даровал герцогу Альбе, победителю в Италии, 150 тысяч дукатов.

Альваро де Санде не получил ничего, и умело скрывая свою обиду, он выдавил из себя слова поздравлений герцогу.

Весной алжирские пираты Драгута, высадившись в Калабрии, укрепились около Реджо. Отсюда султан Сулейман I планировал начать наступление на Рим и Милан. Войска под командованием Альваро де Санде разгромили и сбросили десант Драгута, но все почести достались вице-королю Неаполя герцогу Альбе.

Летом он отразил наступление французских войск Людовика де Бирагу в Пьемонте, но всю славу присвоил себе Чезаре I Гонзага,^[131] назначенный новым главнокомандующим испанских войск в Италии.

Он был на Корсике, захватил Кардо и Фуриани, очистил от французов и корсиканских повстанцев область Гришоне, но в Испании за эти победы возвеличили знатного графа де Лодроне.

В конце июня 1558 года, османский флот из 150 кораблей под командованием Пияле Мехмед-паши, подошёл к Балеарским островам, и высадил на Менорке 15-тысячную армию. Замысел султана был понятен – захватить Балеарские острова и отсюда протянуть союзническую руку помощи Франции, и попутно перерезать все испанские пути в западном Средиземноморье. После 8 дней осады – 9 июля, османы взяли город Сьюдадела. Всё население его было убито или продано на невольничьих рынках.^[132] Французы просили Пияле-пашу оказать помощь Корсике, но тут пришла весть о поражении Франции в Гравелинском сражении, и Пияле-паша, стал ссылаться на неизвестный мор, выкосивший его команды и войско. Особенно он сокрушался в связи с большой убылью гребцов:

– Эти изнеженные рабы-христиане, слишком слабы, не могут долго грести вёслами и дохнут как мухи! Многие из наших кораблей, мы вынуждены тянуть на буксирах!

Неудивительно, что среди галерных рабов, и рабов в трюмах, содержащихся в тяжёлых, скотских условиях, эпидемия забрала много жизней. Но каждый раб стоил денег, и Пияле-паша, человек очень и очень богатый, всё же, сокрушённо подсчитывал убытки.

Он спешно уплыл домой, пытаясь сохранить хоть часть живого товара.

И тут же сразу прошёл слух, что Пияле-паше дали крупную взятку генуэзцы, для которых блокада Средиземноморских путей, лишавших их поставок испанского золота и серебра из Нового Света, была словно острый нож, приставленный к горлу.

Тревожно было и в Африке. Там сын слишком хорошо памятного Хайреддина Барбароссы – Хасан-паша, весной 1558 года вторгся в Марокко. Местные султаны – Мохаммед аш-шейх^[133] и его сын Абдаллах аль-Галиб,^[134] отстаивая независимость своей страны, постоянно лавировали, заключали союзы и тут же их нарушали, то с османами из Алжира, то с Испанией, то с прочно обосновавшейся на Атлантическом побережье Португалией. В этом раз они попросили помощи у Испании, и в битве при Вади-эль-Лаване, к северу от Феса, войска Хасан-паши были разгромлены. Губернатор принадлежащего Испании Орана – Мартин Алонсо фернандес-де-Кордоба Монтемайор и Веласко, граф де Алькаудете, провёл удачную экспедицию и отбил у османов город Тлемсен. Но полным провалом закончилась его попытка овладеть и городом Мостаганем. Сам он был убит при попытке штурма, а его сын – Мартин де Кордоба и Веласко, с ним ещё 12 тысяч испанских солдат, попали к османам в рабство.^[135]

Султан Абдаллах аль-Галиб, сразу же отвернулся от союза с Испанией, став улыбаться и расточать любезности османам.

Альваро де Санде думал, что его пошлют туда – на Балеарские острова или в Марокко, но нет…обошлись без него. Жаль.

21 сентября, в своём монастыре умер бывший король и император Карл. Вся Испания погрузилась в траур, а Альваро, поминая покойного монарха, вспоминал долгие годы службы ему. Благосклонность Карла, и свой звёздный час – Фландрию, поход в Венгрию, Шмалькальденскую войну, с какой милостью и уважением относился к нему Карл, доверяя и прислушиваясь к советам. А ныне… Кругом всё молодые, дерзкие, нагло лезущие вперёд незнакомые лица, и Альваро не знал, как и вывернуться, чтобы среди них обратить на себя внимание нового короля и напомнить ему о себе. «Наше поколение постепенно уходит. Уходят друзья моей молодости, мои товарищи и боевые соратники. Эпоха сменилась, изменились люди, и ныне новые правила, новая игра. И старикам вроде меня, тут делать нечего».