Любовь понарошку, или Райд Эллэ против! - Любовь Черникова

— Эй! Пошевеливайся! Отопри и проводи меня немедленно внутрь, да доложи хозяину: лорд Райд Май Эллэ с проверкой. Только без лишних церемоний. Учти, времени в обрез.

Было смешно наблюдать, как дворецкий, изменившись в лице, засуетился, отвесив несколько поклонов. Путано поприветствовал, враз растеряв молчаливую спесь. Побежал, стараясь держать спину ровно и оттого смешно вскидывая ноги. Через пару минут я, к великому удовольствию, оказался в уютно обставленной гостиной, где потрескивал углями самый настоящий камин. Мне навстречу поспешил преклонного возраста хозяин.

— Здравствуйте, милорд Эллэ! Я Максимус Коро. Мэр, правда, бывший, а теперь, волей Великой Матери и избравшего меня народа, глава городского совета и ваш покорный слуга. — Старик величаво склонил голову, проявляя уважение к тому, кто выше по положению, но от меня не укрылся его холодный взгляд. Эмпатия ничего не уловила, значит, старик носит экранирующий эмоции амулет. Кстати, весьма дорогой, раз я его совсем не почувствовал. — Мэдок сказал, вы к нам с проверкой? — осторожно поинтересовался бывший мэр. — Позвольте узнать, что за проверка? Налоговая? Смотр готовности города к нападению? К повышенной активности Чащи? Или, может…

— Не совсем так, — перебил я. — Меня интересует одна девушка, что живет здесь. Ее зовут Халли Эрпи.

На миг старик недовольно поджал тонкие выцветшие губы, ему явно не по нраву пришелся разговор.

— Что вы хотите знать? Она что-то натворила?

Сколько же надежды в голосе. Неспроста! Но что тут происходит?

— Вы знаете, где ее дом? Можете дать провожатого?

— Дом… — Кажется, старик растерялся. — Да, конечно. Уверяю, мы сделали все, как приказала ваша сестра. Ведь Кассандра Май Литиция Эллэ приходится вам сестрой?

Я кивнул, ожидая, что еще он мне скажет. Иногда вопросы излишни, человек и сам испытывает желание все выложить и тем самым будто оправдаться перед собой.

— То есть вы подтверждаете, что, несмотря на юный возраст леди, ее устами говорил славный род Эллэ? — В вопросе явно слышалась надежда.

Бывший мэр явно ждал, что скажу «нет». Только вот теперь мне было не важно, о чем там шла речь. В любом случае я на стороне Кэс.

— Конечно! Разве вы сомневались? — подпустил я побольше высокомерия в голос.

— Нет-нет! Мы все сделали, как полагается. Можете взглянуть. Мэдок! — кликнул дворецкого глава совета. — Проводи милорда Эллэ к дому семейства Эрпи и, — он критически окинул меня взглядом, — приготовь для него теплую одежду.

Я слишком спешил, чтобы выпендриваться, потому безропотно напялил, что дали, а теперь пожинал плоды, путаясь при каждом шаге в полах роскошной, до самых пят меховой шубы. Тихо ругался под нос, вдобавок мучаясь от запаха, который со временем приобретает старый мех, особенно если его давно не «выгуливали». Как оказалось, Халли жила на самой окраине городка. Чем дальше от ратуши располагались дома, тем скромнее были доходы их владельцев. Да уж, в Сатор-Юти было куда как приличнее, а тут и впрямь настоящее захолустье!

— Милорд, — раболепно кланяясь, обратил на себя внимание дворецкий, — вот дом госпожи Гайслим. Это бабушка Халли Эрпи. Если вам нужна госпожа Эрпи, то сегодня вы, скорее всего, найдете ее здесь.

— Спасибо, что сказали, Мэдок. А главное, вовремя.

Я решил сразу проверить слова дворецкого, чтобы не таскаться по Сатор-Ано из конца в конец. Панели с цветком колокольчика на двери не наблюдалось, и я просто постучал.

Почти сразу ее отворила сухонькая женщина:

— Халли? А вы еще кто такой?

Старушка бесстрашно шагнула навстречу, не пуская меня за порог. На удивление живые глаза подслеповато сощурились, рассматривая нежданного гостя, но тусклый свет небольшого гриба-светильника был не в силах рассеять сумерки.

— Добрый вечер, госпожа Гайслим. Меня зовут Райд Эллэ, я ищу Халли. Она дома?

— Халли… А зачем вам Халли? — легкая растерянность, мелькнувшая на морщинистом лице, сменилась подозрительным выражением. — Чего вам всем нужно от моей девоч… Постойте! Вы сказали Эллэ, я не ослышалась?

— Все верно.

— О! Тогда вы, наверное, родственник той девушки, Кассандры? Это все меняет! Входите. — Она отступила внутрь, и я, велев Мэдоку подождать, шагнул следом. — Брат? Да, точно! У вас такие же глаза. Знаете, ваша сестра святая! Сама Великая Мать прислала ее к нам сегодня.

Отчего-то эти слова отозвались тревогой в сердце. Что же тут случилось? Да и Кэс была такой расстроенной… Ладно, еще успею выяснить. Сейчас главное убедиться, что маленькая волчица — в Сатор-Ано и ей ничего не угрожает. Но, к сожалению, было понятно, что у бабушки Халли нет.

— Госпожа Гайслим, так где ваша внучка?

— Понимаете, она куда-то ушла. — Сильнейшая тревога сменила чувство благодарности, что источала старушка.

— Что вас так беспокоит? Она не сказала куда? — не стал пугать бабушку предположениями еще больше.

— Она взяла все деньги, какие были, и куда-то отправилась на ночь глядя. А куда, толком не объяснила. Понимаете, это приличная сумма для нас. Очень приличная… — Госпожа Гайслим невольно окинула взглядом выданную мне шубу. — Сказала, собирается вложиться в прибыльное дело. Но что могут быть за дела, да еще так поздно? Боюсь, как бы ее не обидели, ведь она такая добрая и наивная девочка…

Мои худшие подозрения оправдались. Ох уж мне эта добрая и наивная!

— Спасибо, — поблагодарил я старушку, собираясь откланяться.

— Бабушка, кто это? — с лестницы медленно спускался мелкий пацан. Темные глазищи подозрительно на меня уставились. Не дождавшись ответа, паренек вдруг выдал: — Ты тот самый волк!

Он повернулся и стремглав бросился назад, да так поспешил, что даже споткнулся на последней ступеньке.

— Дориан! — совершенно командирским голосом рявкнула бабуля, от неожиданности я едва не встал по стойке смирно. — Поздоровайся с гостем! — и прежним почти ласковым тоном пояснила: — Простите его, милорд. Мал еще…

Мальчуган тут же появился снова. Громко топая и перепрыгивая через две ступени, едва не скатился на заднице. Совершенно не обращая внимания на потуги бабушки его образумить, сунул мне сложенный вчетверо лист.

— Возьми… те!

Взгляд темных глаз парнишки, давил, что ствол поваленного дерева. Вдруг он мотнул головой, и наваждение исчезло.

— Ба, дай водички, — попросил пацан неожиданно ослабшим голосом.

Госпожа Гайслим, оборвав готовую слететь с языка отповедь, засуетилась вокруг внука.

— Простите, я должен идти, — сунув листок в карман штанов, вышел наружу.

Продрогший дворецкий излучал неприкрытое раздражение, тем не менее состроил вежливую мину, когда повернулся в мою сторону.

— Замерзли, Мэдок? Хотите, отдам вам шубу?