Любовь понарошку, или Райд Эллэ против! - Любовь Черникова

Райд Эллэ

Нас разделяла только дверь, которую я ненавидел. Но и она не была абсолютной помехой, ведь я буквально ощущал, как возбуждена Халли. Слышал, как часто и прерывисто она дышит. Фантазия дорисовывала серые глаза, в которых отражается внутренняя борьба. Она, как и я, не хочет признавать того, что творится с ее телом. Не может понять, откуда столько жажды любви и эта странная тяга к едва знакомому человеку, когда еще нет, да и не может быть никаких чувств. Волчонок, как я тебя понимаю! Если ты ощущаешь то же, что и я, нам обоим можно только посочувствовать. Прости, это я все начал, но, кажется, игра закончилась, так и не начавшись, ведь теперь невозможно притворяться… Я уже точно не смогу.

Нас разделяла только дверь, которой я сейчас был благодарен. Она защищала друг от друга, не давая натворить что-то непоправимое, позволяла хотя бы частично совладать со страхами и помогла мне принять окончательное решение.

Попросив Халли хотя бы сегодня не делать безрассудных поступков, поспешил к порталу. Нужно перерыть домашнюю библиотеку и суметь поговорить с мамой, которая сейчас наверняка с головой поглощена подготовкой к ужину. Судя по тому, как настаивал отец на моем присутствии, нас посетит император, а меня так точно не ждет ничего хорошего. Тем важнее отыскать хоть крупицы достоверной информации.

— Райд? — навстречу шла Кассандра. — Ты что, был у Халли?

— Вроде того, — чмокнул сестренку в щеку. — Я домой пораньше, ты со мной?

— Ой нет! Я еще не готова. Спешу вот поделиться результатами исследований.

— Ты слишком много времени посвящаешь учебе. В твоем возрасте надо радоваться жизни по полной.

— Вот и Сандр так же говорит, — зевнув в кулачок, согласилась со мной умница-сестра, а бандитская рожа ее ухажера как наяву встала перед глазами.

И этот вот хмырь наверняка целует и лапает мою сестренку! Стиснув зубы, подавил нахлынувшее раздражение.

— Ты права, учеба прежде всего!

Кэс мелодично рассмеялась, подозрительно воззрившись на меня огромными глазищами:

— Ты какой-то странный, Райд.

Еще бы! Синдром истинной пары и не такое с оборотниками делает…

Пару недель назад я бы сам рассмеялся в лицо тому, кто рискнул заговорить об этом. Лженаучная теория. Никаких доказательств, кроме слухов и легенд. Никаких научных выкладок. Говорит о ничем не обоснованной одержимости лицом противоположного пола, что сродни психическому заболеванию. Очень редко, читай — никогда, бывает взаимным. Сухая выдержка в три строки из учебника по анатомии оборотников. Никаких иных трудов в доступной мне части библиотеки академии на эту тему я не обнаружил.

Сердито хмыкнув, зашагал, зло втаптывая каблуки ботинок в грунт дорожки, ведущей к портальному комплексу. Что бы там я раньше ни думал, теперь все факты налицо. Ведь на себе чувствую, как эта выжигающая мания со временем становится совершенно неуправляемой. Я даже внутреннего зверя запер по совету Верда, чтобы только заткнуть ему пасть и не слышать непрерывных уговоров, которым и так не прочь поддаться.

Происходящее пугало. Что, если, увидев Халли в следующий раз, я окончательно слечу с катушек и потеряю все человеческое? Великая Мать! За что мне это? В наказание за многолетний блуд?

А ведь, если задуматься, с той случайной встречи у фонтана я даже ни с кем не переспал ни разу! Поначалу не обращал внимания, оправдываясь перед собой пресыщенностью, усталостью и занятостью. Но ведь две недели для меня — здорового и полного сил оборотника — нонсенс! Да я даже с девушками перестал флиртовать по привычке, вон они, бедняги, смотрят грустными глазами.

Вяло махнул враз зардевшимся студенткам, да и то больше из вредности, чтобы побороться с собой. Доказать, что все еще делаю, что захочу. Тьфу! Грудь жгло, так и подмывало разорвать ее пальцами и, как полы рубахи, растянуть в стороны, чтобы прохладный ветер остудил раскаленные внутренности и стало полегче. Я хватал ртом воздух, стремясь заполнить ненасытные легкие, ставшие бездонными. Если так будет всегда, лучше сдохнуть!

Настроение стремительно портилось, и домой я прибыл не в духе. Разговаривать с мамой в таком состоянии не хотелось, потому сразу направился в библиотеку, сдержанно отвечая на учтивые приветствия слуг и моля богиню об одном: не столкнуться сейчас с отцом. У нас и так в последнее время непростые отношения. Начнет говорить о женитьбе на Магдиа, давить или, того хуже угрожать, и я сорвусь.

Повезло.

Библиотека встретила знакомым запахом бумажной пыли, типографской краски, кожаных переплетов, клея, нагретых утренним солнцем деревянных панелей, возвышающимися до потолка стеллажами, многочисленными корешками и помеченными маркировкой тубусами с древними свитками и современными чертежами. И оставила в нерешительности: как здесь найти то, что мне нужно? Поборов секундную растерянность, бросился к большому рабочему столу, что занимал значительную часть пространства по центру — на таком удобно и карту разложить при случае. Толстый арендолльский ковер приглушил шаги и звук отодвигаемого кресла, тяжелого и основательного, как и все в нашем доме, — другие вещи у нас долго не живут.

Современный, совсем новенький планшет заменил собой толстенный фолиант каталога, который я помнил с детства, а заодно обрадовал — не придется, чихая от пыли, вчитываться в написанные разными почерками поколений Эллэ строки. Значит, мама потихоньку освоила эту разработку сияющих. Обязательно ее расцелую при встрече. Помнится, много вечеров она убила, чтобы привести здесь все в строгую систему. Настроение мгновенно улучшилось, я почувствовал, как расслабляются мышцы и напряжение потихоньку покидает тело и разум. Хорошо дома…

Однако радовался недолго, вскоре поняв: не знаю толком, что искать. Нет, дневники были, пусть и не на виду, а в секретном хранилище, к которому я имел доступ. Но их оказалось не так уж и много. Что и неудивительно, когда речь идет о семействе Эллэ. Взять меня, к примеру, — ну какой у такого, как я, может быть дневник? Ага, что-то вроде: «Пятое июня. С утра руководил поимкой культистов, одного прибили ненароком, другому удалось уйти через мобильный портал. После обеда запудрил мозги двум цыпочкам. Хорошо провели время. Брат рыжей теперь грозится меня кас…» Апчхи! Нет, не дожил я еще до того момента, когда это покажется действительно важным.