Новая Эпоха - Сергей Джевага

«А что потом?» – мелькнула удивительно трезвая мысль.

Пробрало. Да так, что сипло вдохнул и отстранился. Взглянул на нее: алые отблески горели на бедрах и животе, ослепительно красивой груди и нежной шее. Волосы растрепаны, а на щеках разлился румянец, губы припухли…

– Иди ко мне, – позвала она.

– А как же Марк? – спросил я, мысленно обзывая себя последними словами. Ну, не мог промолчать, идиот? Это в юношестве больше играем в чувства и отношения. Взрослым гораздо проще. Сделал, а на утро забыл.

– Какая разница? – ответила Мия. – Мы хотели этого долгие годы… никто не узнает.

И вроде сказала то, что я надеялся услышать, но равнодушный тон покоробил, ведь помнил, как смотрела на мужа там, в Монраде.

Некое чувство заставило отстраниться. Алчная тварь в душе призывала вернуться и всласть покувыркаться на лапнике. Но я рывком поднялся, на негнущихся ногах прошел к выходу, оглянулся. Томная нега исчезла из ее взгляда, в глазах сквозила обида. А спустя секунду – почему-то задумчивость и недоумение.

– Что случилось, Эск?

– Просто… просто слишком много потрясений.

– Понимаю.

«Так неправильно, – ответил я ей мысленно. – И хотя достала правильность, ломающая душу, крушащая желания и мечты, поступить иначе не могу. Быть может, просто испугался последствий. А может, изначально какой-то пришибленный и убогий…»

Хотя ветер унялся, переход показался резким – кожу ожгло, к пяткам так и вовсе раскаленные пруты приложили. Но боль осталась где-то вдалеке, звуки и ощущения утонули в беспросветной тоске. Я хватанул ртом морозный воздух, отошел под прикрытие могучих сосен и присел на палый ствол дерева.

Хотелось подохнуть.

Но я продолжал думать, терзаться смутными подозрениями. Мия не была такой, не могла быть.

«Или ты слишком наивен, – безмолвно и горько хохотнул кто-то в душе. – Повзрослей, наконец. Мы видим женщин светлыми и чистыми существами… хотим видеть, хотим во что-то верить. Но реальность проще…»

Чтобы заглушить внутренний голос, я упал на колени в снег. Глубоко вздохнул, и посмотрел перед собой. С трудом провалился в транс, потянулся к остаткам ментальных нитей, позвал Стража. Но без Волка нащупать разум старейшего было намного труднее, да и сил не хватало. Я долго и безуспешно шарил во Тьме, чувствовал эхо, но оно каждый раз ускользало, затихало.

Лишь единожды пришел смазанный отблеск… Древний хоронил братьев, скорбел. Ощутил контакт и просто отмахнулся, отшвырнул меня прочь. Я почувствовал его искреннюю боль, увидел серебряное озеро посреди ледяных равнин, пламя полыхающего на берегу костра. И осознал, что Страж покинул ущелье, ушел вглубь Игледа. Путь туда закрыт чужакам: погибнут, не выдержат первозданной силы Севера…

Вздрогнув, я очнулся. С усилием поднялся и сотворил оболочку теплого воздуха вокруг себя, некоторое время просто стучал зубами и шипел от холода, боли в суставах. Но согревшись, понял еще одну вещь – Древний и правда думал, что помог мне.

Но… как? Да, видения из прошлого изрядно прояснили картину, и я почти нащупал путеводную ниточку, мог бы попытаться воссоздать ритуал Остролиста. Однако теперь четко представлял, чем грозит миру изменение природных потоков, хотел спросить, существует ли иной путь. И чего уж греха таить, надеялся, что Страж вернет нас с Мией в Долину.

Не срослось. Следовательно, и сомнениям конец. Путь теперь один.

Пару минут постояв в растерянности, я сжал кулаки и вновь упал на колени. Поднял руку и создал жгут энергии. Сначала растопил лед, потом выровнял почву и начал рисовать фигуру. Создал в воображении нужный каркас, принялся считать и сразу вписывал в схему нужные частоты, напряжения, усилия. Не проверял, так как помнил параметры порталов в Долине наизусть, Ирн во время каждого сеанса связи посылал обновленные пакеты сведений.

Пыл испарился, когда пришло время энергетического контура. Я долго и тщательно выводил второстепенные канавки, компенсирующие узлы. Но, в конце концов, начертил и тяжело вздохнул. Проверил ядро, посмотрел на запястье…

Подохну ведь. А подыхать нельзя.

И снова сидел, беспомощно смотрел на практически готовую пентаграмму. Подумал о возникшей недавно идее, и вызвал Знак Огня, совместил со Знаком Силы, Концентрации. Овеществил получившуюся закорючку над ладонью, взглянул на колеблющиеся линии и почувствовал скрытую в символе угрозу, погасил…

Нет, нужно иначе, умнее. В противном случае превращу сосновый бор в пепел, да и себя заодно.

Новая попытка работы с неизвестными до сих пор Знаками. Опять неудача – получившаяся Печать уколола ладонь и развалилась брызгами тумана.

Методом перебора я пытался найти нужную комбинацию, обращался и к опыту Гента, и к аналогиям в Серой Магии, пытался воссоздать привычные заклинания по вызову Стихий. Пока, наконец, не отыскал более-менее стабильную формулу. Посмотрел на фигуру, разложил и сложил заново, сообразил – не хватало Знака-основы. Хотя, кажется, начал улавливать принцип. Каждый символ обладал собственной сложной вибрацией. Не звуковой, а магической. Порой токи и амплитуды входили в диссонанс, и требовалось компенсировать новым символом: Действием или Качеством.

Как мелодию подбирать. Или искать новый цвет, смешивая несколько красок.

Поэкспериментировав три часа, я кинул Печать в уготованное ей на пентаграмме место, активировал. Часть линий на земле загорелась неярким красноватым светом, возникла связь с Престолом Огня.

Практически как стандартное заклятие.

Мысль промелькнула, начала растворяться в водопаде других. Но я успел перехватить. Присмотрелся к получившемуся плетению и вздрогнул. Почти? Нет, сам того не понимая, в точности повторил заклинание из серой магии. Части сходны в логике создания, разница лишь… в исходном языке, коде.

Идея, так долго не желающая воплотиться, вспыхнула в голове как солнце. Я замер, открыв рот и не веря в такую простоту… Имена. Слова Творца. Демиург заключил в каждом предмете или явлении энергетический контур, Знак. А люди с помощью Крови затем переименовали, подогнали под свои потребности. Но принцип должен сохраниться. Да и что сильнее – голос человека или Создателя?..

Под черепом начало расти давление, я просто стоял и хватал ртом морозный воздух, поразившись открывшейся истине, возможностям, когда за спиной раздался голос:

– Эскер, что происходит?

Мия стояла у входа в пещерку, зябко куталась в платье и смотрела на пентаграмму со смешанным выражением любопытства и опаски. Ни тени той хищницы, что хотела меня, требовала меня…

Или кто-то просто кретин, не знающий, чего хочет на самом деле.

– Мы идем домой, – сказал я, размышляя, к какой из следующих Стихий подступиться. – Скоро. Потерпи.