Воин. Голос булата - Дмитрий Янковский

– Цепи гнилые… – оповестил витязь. – А крючья и того хуже.

Он вошел в луч света… Огромный как гора, страшный, обросший и грязный, с короткими обрывками цепей на жадно вытянутых руках.

– Дивушка, беги через пролом! – крикнул Микулка, заматывая руку плащем и пробуя вытянуть покрытый инеем меч.

– Не пойду! – твердо ответила она. – Ты ведь голубем не обернешься, тебе дверь нужна или…

– Что? – не понял паренек.

– Или лодия летучая! – быстро выкрикнула девушка, обернулась горлицей и скрылась в проломе.

Грозный древний воин озадаченно остановился.

– Эээ… тута вроде бы девка была нунечку… – растереянно протянул он.

– Это тебе привиделось. – спокойно объяснил Микулка, засовывая меч в ножны.

– Да? – огромный воин разочаровано вздохнул и уселся на пол. – Приснилось, что ли? Девки мне и раньше снились, как без того, но чтоб так… Вон, стены все изломал, цепи сорвал. А ведь думал, что крепкие.

Паренек постарался сохранить спокойно-усталый тон.

– Может пойдем отсель? – предложил он. – Там на воле девок целая тьма. В любой, деревне, в городах их вообще не счесть.

– А колдуны? – подозрительно нахмурился древний исполин.

– А что колдуны? Ну, есть там парочка, что с того? Колдунов бояться, девок не иметь! Пойдем, говорю! С твоей силищей дверь сорвать – что плюнуть раз. А вот у меня не выходит.

– Это от того, что ты больно соплив еще. – серьезно объяснил богатырь. – Пожил бы с мое, тоже двери хрумкал бы как скорлупу на яйцах.

Он подошел к вделанной в стену железной плите и легонько толкнул, с потолка посыпались камни и мелкий сор, а из пролома в стене вывалился увесистый обломок скалы и ухнул в пол, подняв целую тучу пыли.

– Крепкая! – уважительно произнес витязь и толкнул плечом посильнее.

Дверь жалобно взвизгнула и выгнулась дугой, но засов выдержал. Тогда витязь злобно взрыкнул, отошел на два шага и шибанул в железный лист так, что по краям рассыпались целые снопы жарких искр, раздарся жуткий скрежет рвущегося железа и дверь влетела наружу, замутнив воздух клубами едкой каменной пыли. Микулка закашлялся и протер глаза, но лучше от этого видно не стало, облако было таким густым, что протяни руку – пальцев своих не узришь. По коридору загрохотали тяжелые сапоги закованных в латы стражников и паренек, обмотав руку плащем, выхватил меч, но пустить его в ход не мог, покуда не видел противника. В тот же миг свет из пролома померк, словно заслоненный чем-то огромным и оттуда раздался знакомый голосок, словно речка зазвенела по камушкам.

– Микула, вылезай сюда, я от другого причала лодию увела!

– Погоди! – крикнул он. – Не можем же мы этого великана тут на погибель оставить! Эй, витязь могучий, давай сюда!

Из коридора донесся неприятный хруст и грохот, а вот лязга металла не слышалось, поскольку не было у древнего великана меча. Даже секиры не было… Тяжко ему там! Микулка совсем уж было рванулся на помощь, но в этот миг в темницу влетела добрая дюжина битых и переломанных латников в мятых доспехах, а следом за ними, как грозный бог войны, выскочил древний воин в драной рубахе и с откровенным синяком под глазом.

– Ррразбушевалась нежить проклятая! – злобно рыкнул он в клубах оседающей пыли. – И ты тут еще орешь. Чего надобно?

– Пойдем с нами! Тут лодия летучая, им нас теперь не догнать.

– Ну уж нет! – поворачиваясь ответил богатырь. – Мало я на цепях провисел? Лучше уж загинуть теперь, чем этих тварей под солнцем оставить. Лети сам, я тут остаюсь!

Он снова взрыкнул и бросился на ворвавшихся по ступеням латников, начал крушить их как медведь свору собак, только кости хрустели и звучно скрипели мнущиеся латы. Однако, при всей своей силе богатырь двигался очень уж медленно и нежить начала одолевать его числом.

– Надо ему помочь! – решительно выкрикнул Микулка, уже приготовившись к лютой сече.

– Погоди! – остановила его девушка. – Ему просто сила мешает, не дает быстро двигаться. Если бы часть отнять, то остатков хватило бы и так на тьму народу, а обретенная быстрота его бы спасла. Есть одно заклинание, но просто так им силу не отнять, сила она всегда хозяина ищет, нужен для нее другой вой. Не устрашишься силу его принять?

– Ежели во спасение, то ничего мне не страшно! – горячо ответил паренек и тут же тело его налилось такой лютой силой, что его чуть не разорвало в клочья.

Древний витязь сразу почувствовал себя легче и с новым задором шибанул латников, налету подхватывая оброненные пики. Он залихвацки свистнул и мигом изчез в коридоре. Микулка почувствовал, что его тянут за рукав, не стал дожидаться развязки и запрыгнул в качнувшуюся ладью.

Сила клокотала внутри, раздувала мышцы, давила на кости. Казалось, привыкнуть к этому невозможно.

– Тяжко? – участливо спросила девушка.

– Непривычно… – неопределенно ответил молодой витязь. – А этот вояка-великан теперь не успокоится, пока не переколотит тут все стадо. А как переколотит, сам выйдет. Тебе с ним встречаться не след, его сверх всякой меры одна мысль тревожит…

– О девках? – улыбнулась Дива.

– Ну да… Ты вот тоже приметила.

– Это и слепец приметит.

Лодия качалась в шаге от корявой стены, а внизу, сколько видел глаз, уходили вниз отвесные скалы. Свежий ветерок задувал по ущелью, креня небольшое суденышко.

– А откель ты лодией управлять научилась? – заинтересовался Микулка.

– Так ведь это волшба! – махнула белой рученькой Дива. – Что может быть проще? Всяк предмет имеет свой указ, тоесть к нему лишь особым чином можно волшбу приложить. Да и сам колдун оставляет на предмете как бы свою печать. Разглядев это опытным глазом, подобрать колдовское слово легко.

Она шепнула заклятие и ладья, круто накренившись, описала лихую дугу по ущелью, полого снижаясь к самому дну.

– Лучше бы вверх летела! Тут ведь скал-камней не счесть, расшибемся досмерти! – взволнованно вскрикнул паренек.

– Ты думаешь у них только один корабль? У дальнего причала стоит тот, на котором тебя привезли, а на западном мелких лодий не счесть. Не миновать нам погони, а в скалах легче уйти. Кораблик-то у нас махонький.

– Ну так хотя б на полудень, к своим поворачивай, а то нас эдак к аримаспам занесет. Люди кажут, что они чужаков поедом жрут. – не на шутку заволновался Микулка.

Ладья разогналась так, что мелькавшие скалы начали сливаться в глазах, а встречный ветер чуть не сбивал с ног.

– Пока на полудень нам нельзя, выход из ущелья уже перекрыли. А тут похитрим, попетляем, ежели Боги помогут – уйдем.

Молодой витязь оглянулся и увидел в голубой дымке с десяток синих крапушек. Далеко еще, но раз в погоню пошли, так легко уже не отстанут. Замок торчал на скале великолепной громадой и даже постоянно увеличивающееся расстояние не могло поглотить этого величия.