Правитель - Игорь Негатин

Я приподнялся на стременах и оглянулся. Кавалькада растянулась на очень приличное расстояние! Считайте сами — двадцать всадников, входящих в охрану Барта норр Сьерра. Его супруга и пять-шесть придворных бездельников. Полтора десятка слуг и служанок, которые разместились на пяти повозках-фургонах.

Дарби норр Альдкамм… Тридцать гномов охраны, обоз из четырех повозок и несколько человек из ближайшего окружения. Кстати, вместе с нами ехал и Эйгар — мастер-кузнец. У него какие-то идеи насчет оружейной торговли в столице. Видимо, рынки Кларэнса и Сьерра уже слишком малы.

Кстати, когда я увидел гнома Дарби, прибывшего в Кларэнс, то чуть не расхохотался в голос. Вот уж кто не останется не замеченным на королевском пиру! Он просто светился от количества украшений и вышивок на своем наряде. Мама дорогая… А ведь так одевается большинство норров! Представляю себе эту картину. Рядом с ними в своем простом черном камзоле буду выглядеть черным вороном. Могу сказать честно — это меня искренне радовало. Не хотел уподобляться этим разряженным павлинам.

В нашей группе людей не меньше. Я, норресса Мэриан, Рэйнар Трэмп, Мэдд Стоук, мастер Вэльд Рэйн и два подростка — Андрей Волков и Арруан Мэш. Ну и, конечно, два пса: Берта и Дэнди, которые бежали рядом. Охрана: старина Барри с двадцатью пятью гномами и десять всадников из команды Рэйнара. Представили? Вот и я… представил. Путь в шесть сотен лейнов, который можно преодолеть за пять-шесть дней, растянется на целую неделю. Ничего не поделаешь! Дело не только в безопасности, но и в этикете. По нынешним правилам норр не может путешествовать в одиночку. Не положено! С другой стороны — все верно. Бандитов на этом пути очень много. Если земли Кларэнса мы изрядно подчистили от разной швали, то королевские владения кишели висельниками.

Робьен и Вэльд долго вбивали в меня знания о столичных нравах, правилах и придворном этикете. Некоторые из них вполне просты и понятны, но некоторые вызывали легкую улыбку. Например? Статус жителя Асперэнда. Да, есть и такой. Этим правом пользуется любой горожанин и всячески, при любой возможности, подчеркивает собственную «исключительность». Сомнительное достоинство, но у каждого свои тараканы. Подчас это выражалось в таких мелочах, как одежда. Если на перчатках увидите полоску золотой парчи с пурпурной розой из шелка, то будьте уверены — перед вами горожанин Асперэнда. На воротнике камзола, на застежке плаща — где угодно. Самое интересное, что все это носилось лишь в столице и ее окрестностях. Отправляясь в путешествие, горожанин обязательно прятал эти знаки куда-нибудь подальше, в походный мешок, и никогда не надевал на чужбине. Столичные жители — это желанная добыча для разбойников! За них просят очень большие деньги…

Через три дня мы вышли к берегу реки, которая служила естественной границей между землями Асперэнда и владениями Кларэнс. Наш передовой дозор приметил какую-то шайку и, пользуясь своим превосходством, разогнал ее по окрестностям, захватив в плен несколько разбойников.

Мы встали лагерем на пологом берегу, неподалеку от переправы. Метрах в ста от берега вставала стена леса. Красивые здесь сосны. Высокие и стройные. Река в этом месте делала крутой поворот и уходила к морю, сливаясь с другими реками и ручьями. Вскоре берег расцвел двумя рядами шатров и палаток. Заржали лошади, которых повели на водопой, потянуло дымом от костров. Наши женщины отправились переодеваться и умываться, а мы присели к костру.

— Пятеро, — пробурчал Барри. — Их пятеро, мастер Серж.

— Кого? — не понял я.

— Мы взяли пятерых разбойников. С ними надо что-то решать. Повесить или утопить. Не потащим же их в Асперэнд.

— Топить, говоришь? — Я поднялся и отряхнул одежду от соломы. — Пошли глянем, что это за персонажи. Может, проще глотки перерезать и сбросить в овраг?

Следом за мной поднялись Рэйнар Трэмп и Мэдд Стоук. Хотел отмахнуться, но вспомнил о Димке и только головой покачал — все равно не послушают и будут таскаться следом как тени.

Мы прошли между шатрами, повозками и подошли к окраине лагеря, где разместились наши гномы-охранники. Они уже повесили на костер котел и собирались варить похлебку. Кто-то точил меч, кто-то зашивал прохудившийся сапог из мягкой кожи, а кто-то уже лежал у костра и рассказывал истории, которые так обожают гномы-изгои. Хотя… Они уже давно не изгои. Они гномы-легионеры, у которых есть и дом, и семья.

Пленные сидели неподалеку под охраной двух караульных. Это были пять оборванцев, одетых в грязное тряпье и бараньи шкуры. На одном из них болталась старая кольчуга. Она оказалась настолько велика, что висела как на вешалке. Лица у всех изможденные. Вместо обуви — какие-то обмотки из тряпья и кожаных ремней. Что-то на благородных разбойников они совсем не похожи. Оружие? Барри говорил, что отобрали три дубинки, два топора и дрянной лук с десятком стрел. Я подошел поближе и посмотрел на одного разбойника. Молодой парень лет двадцати пяти, никак не больше. Русоволосый, широколицый. Курносый нос, похожий на поросячий пятак, и маленькие, глубоко посаженные глаза. Волосы топорщатся в разные стороны, как пучок соломы. Взгляд такой голодный, что мне стало не по себе.

— Откуда ты родом? — спросил я.

— Из деревни.

— Понятно, что не из города. Где именно она находится?

— На юге владений норра Брэйонда.

— Брэйонда? — хмыкнул я. — И как поживает ваш уважаемый норр?

— Уэрт норр Брэйонд? — уточнил он и презрительно скривился. — Толстеет…

— Он и раньше, если не ошибаюсь, худым не был, — усмехнулся я. — И как тебя занесло на королевские земли?

— Долги… Дом отобрали люди норра Уэрта.

— Чего же ты долгов-то столько набрал, что без дома остался?

— Зима была суровой… Вот и пришлось идти на поклон к старосте деревни.

— Семья есть?

— Была. Жена и ребенок… умерли от голода. Еще зимой.

Неожиданно в наш разговор вмешался еще один разбойник — мужчина, сидящий рядом с этим оборванцем. Кудлатый, заросший диким черным волосом. Ну просто вылитый медведь, а не человек. Он осторожно покосился на меня и сказал:

— Наша беда, диенрэ, не только в долгах и голоде. Норр обложил такими поборами, что лучше всего лечь на землю и сдохнуть. Правда, и в этом случае останешься ему должен.

Я покосился на Мэдда Стоука. Он ведь тоже родом из Брэйонда. И хорошо помнит, что за тварь норр Уэрт. Старый норр Ауэр, которого я убил, был не лучше. Может, зря мы тогда не завершили начатое и остановились? Надо было убивать и наследника? И что бы это изменило в жизни горожан? Ничего. Пришел бы другой.

— И поэтому решили заняться разбоем на дорогах? Чем вы лучше кровопийц Уэрта или покойного старика Ауэра? Вы ведь тоже жируете на чужой крови!

— Кого попало мы не убиваем, — сказал «медведь».

— Смотри ты мне, какой справедливый, — усмехнулся я. — И кого же? Купцов, которые возят товары из Асперэнда в Кларэнс? Так они тоже люди и тоже платят норрам налоги. Или дюнков, которые бродят по дорогам королевства? Погонщиков скота? Бродячих мастеровых? Кого?! Молчите? Ну-ну…