Алмазное сердце - Ирина Шевченко

Метаморф, смущаясь, извлек из саквояжа, с которым не расставался, сверток с бумагами и вынул уже изрядно помятый патент.

— Давайте, я вам покажу… — Хозяин протянул руку и тут же опустил. — Но не здесь. Вернемтесь в гостиную.

Мы с Риком послушно последовали за ним.

— Давайте-ка вы лучше сами. Подпалите краешек бумаги — и увидите. Если бы она была настоящая…

Метаморф уже поднес грамоту к одной из свечей, и занявшийся уголок вдруг заискрился с громким треском, а воздух наполнился ароматом сандала.

— …она бы сделала вот так, — удовлетворенно закончил шаман за потрясенно глядящего на этот маленький фейерверк коллекционера коллекционеров и раздавил послюнявленными пальцами едва вошедший в силу огонек.

— Но как?.. — только и вымолвил дэй Герберт.

— По чистой случайности, — скромно ответил Ричард.

— И…

— Что я собираюсь делать с патентом? — Оборотню приходилось угадывать вопросы. — Вернуть законному владельцу конечно же. У вас ведь наверняка записан адрес барона Алджиса? Буду признателен, если вы мне его дадите.

— Но вы же можете…

— Продать его? — Рик взмахнул еще дымившейся бумагой. — Нет. Сын Энрике Энсоре никогда не присвоит себе чужого, каких бы выгод это ни сулило.

Получив адрес барона и так и не увидев чая, мы покинули дом дэя Наута.

Солнце уже село, но до наступления полной темноты мы еще вполне успевали дойти до придорожной гостиницы, у которой останавливались дилижансы и откуда завтра нам предстояло отправиться в имение дэя Алджиса. На наше счастье, тот жил не так уж далеко — день-полтора пути, по словам Рика.

Но этот день может стоить Джеду жизни…

— Почему — ложечки? — спросила я, заставляя себя не думать о плохом.

— Ложечки? — смущенно переспросил унери. Едва простившись с коллекционером коллекционеров, он стащил ненавистные туфли, обул кожаные легкоступы и теперь бодро шагал по темному саду. — Ну-у-у… они миленькие. И маленькие. И не бьются, как старинный фарфор…

— Четвертая по величине коллекция, — припомнила я без насмешки. — Это впечатляет.

— Так вышло, — пожал плечами волк. — Мой… Тебе и правда интересно? Так вот, мой отец родом с юга, а в полуденных провинциях есть ряд традиций… В общем, в семье Энсоре принято на появление первого зуба дарить младенцам серебряные ложечки. А поскольку родни у отца много, я получил одновременно двадцать шесть совершенно разных ложечек. И все то время, что я жил с родителями, они хранились в моей комнате. Я к ним просто привык. А потом познакомился с одной девушкой. Мы пили чай, и она спросила, что бы я хотел получить от нее в подарок на память. И я подумал: «Пусть будет ложечка». Затем познакомился еще с одной девушкой…

— Четвертая по величине коллекция, — повторила я уже другим тоном и с другими мыслями.

— Нет, ну я и покупал их иногда, — совершенно стушевался Ричард. — Но ты ведь все равно не захочешь выходить замуж за такого испорченного и безответственного волка? — спросил он с надеждой.

— Я подумаю об этом за ужином, — пообещала я.

Ужин нужно было ждать, комнаты были не готовы принять постояльцев, из-за чего пришлось сидеть в пустом, скудно освещенном общем зале, а сутулый коротышка, то ли хозяин, то ли управляющий гостиницей, глядел на нас, как на злейших врагов.

— Это же надо: явились без приглашения и хотим ему деньги всучить за ночлег! — проворчала я, перехватив очередной недовольный взгляд. — Как будто он не этим живет!

— Не узнаю вас, дэйни, — усмехнулся на мое раздражение Рик. — Я еще помню вас милым и чувствительным созданием.

— С кем поведешься, от того и наберешься, — вернула я ему насмешку. — Так моя бабушка говорила.

— Я бы вспомнил другую поговорку. Ту, где «с волками жить…». Потому что если равняться на любого, с кем поведешься, я уже должен был ахать и краснеть по каждому поводу.

— Стукнуть тебя бубном? — предложила я, не придумав ответ на новую колкость.

Волк вежливо отказался, и беседа на этом заглохла.

— Смотри-ка, еще страдальцы, — спустя пять минут привлек Рик мое внимание. — Крикнуть, чтобы бежали отсюда, пока не поздно?

Трое мужчин вошли в холл. Один тут же направился к стойке, а двое других — в нашу сторону.

— Доброй ночи, — поздоровался невысокий худенький человечек, подойдя к нашему столу.

— Доброй… — Я подняла глаза и обомлела, в тусклом свете разглядев его лицо: передо мной стоял фанатик, ударивший Джеда ножом в нашу первую встречу в дилижансе. Я оторопело схватила Рика за руку и испуганно пробормотала, глядя в маленькие бегающие глазки: — А вас уже выпустили из тюрьмы?

— Из какой тюрьмы, дэйни? — приблизился второй, и сердце в пятки ушло: этого я тоже узнала.

— Судья Мэвертон? Так вы… заодно?

— Мэвертон? — переспросил Рик, до хруста сжав мои пальцы и словно завороженный глядя на висящий на груди у судьи знак: чеканное изображение огня в большом медном круге и какие-то буквы. Такой же был на том ноже. — А я-то еще думал, зачем ему волкодавы.

— Скоро узнаете, дэй Энсоре, — пообещал человек.

Кто-то сзади набросил мне на голову мешок и, не дав возможности даже вскрикнуть, сдавил пальцами шею…

Джед

Все же я счастливчик. В какой-то мере.

Стоило Менно потянуться к саквояжу, и в этот раз, уверен, не за перчатками, как в дверь громко стукнули дважды. Маг нахмурился, прислушался, словно надеялся, что ему показалось, но стук повторился.

Человек недовольно поморщился, поглядел на мою разбитую физиономию, на саквояж, вздохнул с сожалением и вышел.

— Джед! — в тот же миг подбежала ко мне Яра. — Дже-э-эд…

Она не была больше ни той гордой красавицей, что танцевала у костров, ни свирепой волчицей, бросившейся на открывшего сундук незнакомца, не задумываясь, друг он или враг, — просто испуганная девочка, которая могла лишь плакать и жаться ко мне скулящим щенком. А все, что мог сейчас я, — молчать о том, какую боль причиняет мне каждое ее прикосновение, не говоря об объятиях…

— Как мило, — заметил неслышно вернувшийся Менно. — Можете продолжать… До утра, пожалуй. Важные дела, уж простите. Но не важнее наших с вами, дэй Джед, так что к рассвету ждите.

Он забрал саквояж и прошел к двери. Уже на выходе обернулся.

— Я отправил посыльного к Бертрану Леймсу: решил, что ваше общество не слишком подходит для дочери володаря Андирского. Так что отсрочка кстати. Вожак, думаю, многое сможет разъяснить. Но я искренне надеюсь, дэй Джед, что дэйни Дияра действительно не в курсе предмета наших… хм… разногласий, а место, где вы спрятали бумаги и княжну, называется не Ро-Андир. Поверьте, так было бы лучше. Для многих.