Разрушитель божественных замыслов - Владимир Сухинин

— Понятно, — кивнул Карл.

…Когда Карл ушел объяснять ситуацию своим людям, у меня появилось время подумать, что делать дальше. Сам шахтерский комплекс был только прикрытием для банды Хромого, живущего за сет грабежа. Он приносил маленький доход от продажи обогащенной руды никеля, добываемого в недрах маленькой планеты. Но эта прибыль была результатом рабского труда. Поставь на эту работу вольнонаемных, и предприятие резко ухнет в минус. Так что, как актив, эта база мне была не нужна. Но на ней находились дорогостоящее горно-проходческий комплекс и обогатительный комбинат второго поколения, и они мне могли пригодится на планете. Когда-нибудь я заселю свой континент людьми и, может быть, однажды свалю туда сам. Этой идеей я загорелся недавно, после того как осмотрел базу и решил забрать от сюда все самое ценное.

Кстати, пилотов грузового транспортного корабля, я тоже оставил в живых. Но с ними у меня был разговор короткий, всех двенадцать человек экипажа, я, не мудрствуя, провел через ритуал кровной преданности. Я, получив их согласие, показал им кадры расправы над пиратами. Они были так впечатлены увиденным, что тут же стали новороссцами. В конечном итоге, они получили прибавку к жалованию, нормальную работу — я сдал их в аренду, вместе с корветом Грехту, и все остались довольны. Грехт, вообще, был на седьмом небе от счастья, ему привалило восемь почти новых истребителей. Он тут же потребовал новые базы пилотов, и я обещал их ему предоставить.

Реабилитация рабов займет около семи дней семь, потом надо будет решать, что с ними делать. Первыми стали проходить лечение мои поданные, и первой из них была, конечно, Гаринда. Я сам провел аурную чистку, удалив самые тяжелые воспоминания, а медкапсула завершила мои труды.

Я постоянно находился в медблоке, так как, кроме меня, специалистов медиков на базе не осталось. Здесь ел, и немного спал. А остальное время управлял дронами, подвозящими тела усыпленных бедолаг. Сначала тех, кто разбирался в медицине, потом пойдут дети.

Я услышал легкое шипение, и крышка с одной мед капсулы открылась. Я увидел, как поднялась Гаринда и осмотрелась. Увидела меня и, обхватив руками, открытые груди смущенно, закрылась. Да, там было, что скрывать, графиня была, надо признать, в «самом соку».

— Добрый день, графиня, поздоровался я, стараясь не смотреть на ее прелести. — Как Вы себя чувствуете? — голос наполнил добротой и участием. Женщина всмотрелась в меня и ответила: — Спасибо, хорошо. А где я? И кто Вы?

— Вы пока на бывшей базе пиратов. Я, тот кого Вы называете Ваша Милость.

Она пристальнее посмотрела на меня, и лицо ее стало пунцовым, видимо, вспомнила, какие изображения посылала мне.

— Мне надо одеться, — тихо, почти шепотом, сказала она и спряталась в капсуле.

— Одежда рядом, Гаринда, одевайтесь я отвернусь, — и повернулся к ней спиной. Я сидел, не поворачиваясь и услышал ее легкие шаги.

— Я готова, Ваша Милость. Что мне делать дальше? И, может, скажете, что с моим мужем? Он жив?

Я повернулся к ней, одета она была в новую красную робу раба: широкие штаны и куртка, другой одежды тут не было. А Грехт привезет одежду только через пару дней. Но все равно она выглядела прелестно.

— Ваш муж жив и здоров, он на станции в новом офисе. Это бывшая контора Бада. Теперь это Представительство Новороссии, и оно находится под охраной. Мне любая помощь нужна. Пока я один справляюсь, но и Ваша помощь мне пригодится. Сюда привозят на реабилитацию рабов, а за медкапсулами и дронами нужно следить. Скоро очнуться медики, и они вам помогут. Потом нужно будет организовать людей, объяснять им ситуацию и занять их чем-нибудь.

— А что, у Вас нет помощников? — она смотрела с удивлением, а потом, вспомнив, где она находится, со страхом спросила, — а где бандиты, что были здесь.

— Умерли.

— Все?

— Все.

— Вот так просто взяли, и умерли?

Я пожал плечами:

— А как умирают? Вы не о том беспокоитесь, Гаринда. Бандиты получили по заслугам и их больше нет. Надо думать о живых, здесь почти четыре сотни людей, все они должны пройти реабилитацию, накормлены и чем-то заняты. С ними надо организовать разъединительную работу. И подумать, куда деть не новороссцев, их тут больше сотни.

Женщина во все глаза смотрела на меня, не понимая мои трудности.

— А где ваши помощники, Ваша Милость.

— Улетели по делам, графиня, — и, не давая возможности задавать нескончаемые вопросы, стал давать указание.

— Вы назначаетесь старшей на базе. Скоро в ваше подчинение войдут еще люди, распределите среди них фронт работы. К детям приставить воспитателей, не давать им бегать по комплексу. Мужчин определить на тяжелые работы. Выберите актив и организуйте жизнь, пока вас всех не перевезут на станцию. Передайте нашим подданным, что княгиня своей милостью выделяет компенсацию пострадавшим по десять тысяч кредитов на человека. Выполнять!

Гаринда, впавшая в ступор от такого напора еле слышно «проблеела»:

— Есть выполнять. А с чего начинать?

— Сама думай, не маленькая, — ответил я. — А мне пора.

Мне пора было навестить посольство, показать себя и узнать, как дела. Все ли в порядке?

Гаринда потерла глаза, вот только что Его Милость сидел тут, давая ей указания, и вот его не стало. Она растеряно огляделась, не зная, с чего начать, но тут послышались шипения открывающихся капсул, и ей стало не до размышлений.

…Я возник у себя в повозке и чуть было не свалился на сидящую с задумчивым видом новоявленную Гáнгу Тох Рангор тана Аббаи из рода Гремучих змей, как во всеуслышание она заявила о себе.

— Развлекаешься? — она подозрительно осмотрела меня, и я подумал, что она ищет следы женского присутствия на мне. Помаду там, белые длинные волосы или, на худой конец, женскую блузку, одетую мной в спешке. Но ничего компрометирующего не обнаружив, перешла к разговору.

— Я пришла поговорить, Ирридар, — мое имя она произнесла так, как будто заставила себя его произнести, до этого я был только студент или бледная пиявка, ну, на крайняк — сквоч.

Я насторожился. — Внимательно слушаю, Гáнга.

— Я хочу знать, где ты поселишь меня по прибытии в Вангор? И где можно будет разместить обоз с приданным.

У меня зачесался нос, потом затылок, потом спина и я начал чесаться. Вот они первые проблемы, тоскливо подумал я. Пока только маленький комочек, но скоро он может превратиться в большущий ком.

— Интересно, как ты выпутаешься? — проявилась Шиза.

— Может, поможешь? — спросил я, не надеясь, что эта дамочка действительно скажет что-то стоящее. Так оно и вышло.

— Нет уж, Ирридар, — передразнила она орчанку. — Спасение женихов в руках самих женихов. Не захотел зайти в гости, теперь думай сам.

— Думай сам, — проворчал я.