Азарт. Книга вторая. Игрок поневоле - Терентий Гравин

Ответный рёв, послышавшийся снизу, хоть и выходил из глотки человека, скорей принадлежал животному. Так мне показалось. Но переводился в моём сознании во вполне разумные и логичные словосочетания:

— Барон, дружище! Как рад тебя видеть! Значит, я не обознался, когда заметил твоё сходство с одним из самых знаменитых академиков нашего мира Айфуга! Спускайся смело ко мне, и мы устроим пир в честь нашей встречи!

— Айфуга уже нет, — ответствовал некромант. — Теперь наш Осколок былого мира называют землями Пурпурной Смерти. И я бы тоже не отказался обсудить эту трагедию за одним столом, но меня смущают твои странные воины. Зачем ты их привёл? Ты с кем-то воюешь?

— Пустяк, не достойный нашего с тобой внимания, дружище! Там где-то возле тебя мой Щит, который был похищен у меня из башни во время сна. Он-то мне в первую очередь и нужен.

По сути, не такая большая плата за жизнь всего отряда, так что я быстро сместился к Броку и нашептал ему нужные подсказки. Тот начал с уточняющего вопроса:

— В первую очередь? А во вторую?

— Вообще, сущая ерунда! Захвати мне головы тех воров, которые утащили мой Щит, а потом осмелились повредить бесценную ловушку, которую я строил. Их там трое, всего лишь. А сам с дамой можешь смело спускаться вниз и пировать со мной за одним столом. Мои воины оградят вас обоих от любой опасности. Даю вам в этом слово великого Канцура!

Я не успел нахмуриться, как учёный повернулся ко мне и со вздохом признался:

— Его слову верить нельзя. Этого даже наш король в своё время не решился сделать, благодаря чему и выжил… хм, где-то там… может быть…

— В любом случае соглашайся, — не стал я расстраиваться, — но вначале потребуй, чтобы воины герцога очистили всё в округе от нежелательных нам людей и умертвий. Только тогда ты смело спустишься вниз.

— Хм!.. Попробую… — и вновь шагнул к краю уходящей вниз тропы. — Хорошо, тоже тебе в ответ торжественно пообещаю спуститься вниз со своей подругой, если ты уничтожишь всю ту нечисть и дрянь, которая готовится на тебя напасть в ближайшие мгновения. Ибо, честно говоря, мне не хотелось бы участвовать в вашей потасовке.

Видно, герцог понял, что его разводят, и надолго задумался. А чуть позже, как мне подсказали, стал раздавать указания своим гулям. Видимо, он их ставил гораздо выше, чем зомби, созданных из людей и лысых гномов.

Я же быстро метнулся на левый фланг нашей обороны и попросил Сандера начать переговоры с наёмниками:

— Чего вам надо, добры молодцы? — заорал мелкий, размахивая своим Шершнем для привлечения внимания. — Или вы, как и мы, боретесь с умертвиями, замешанными в совершении преступлений?

Бронированная черепаха уже давно потеряла свою монолитность, кто-то в тылах даже стал разводить костры, таская коряги из ближайшего леса, кто-то метнулся с большими котелками к озеру за водой. Ну и для переговоров, хоть и прикрываясь тщательно щитом, выдвинулся явно уполномоченный для общения чин:

— Боремся! И не только с умертвиями! Но и порождениями дьявола, вселившихся в тела человеческие! И это — самое важное наше предназначение. Потому мы и здесь!

— Так что вам надо? Можем чем-то помочь?

— Конечно! Отдайте нам сияду, урождённую баронету Дарзлей, и мы немедленно покинем эту местность!

— Вы-то уйдёте, а мы как выберемся из этого места, кишащего жуткими монстрами? — звонким голосом вопрошал малой после моих подсказок. — Вот если вы всех тех тварей порешите, мы вам всё, что угодно, отдадим!

Естественно, что от нашей единственной дамы я удостоился обжигающего взгляда, полного подозрения и чуть ли не ненависти. Хотя вряд ли она верила в то, что я просто так возьму и столкну её вниз, даже после расчищенного для нас пути. Скорей всего, она посчитала неприемлемым даже думать о таком, а не то чтобы вслух заявлять! Пусть даже и с целью ввести противника в обман.

Представитель наёмников после нашего последнего требования вообще больше не стал продолжать переговоры. Понял, что его пытаются поиметь, словно лоха, и стал пятиться назад, крикнув нам со злобой:

— Ничего! Скоро вы ещё пожалеете о своей глупости, когда станете корчиться на кольях! А ту подлую, мерзкую богоотступницу мы всё равно вытащим за волосы из вашего гнезда разврата и доставим нашему правителю!

Я хмыкнул и поспешил на центральную линию обороны, где сосредоточилось воинство Ихреза. Кстати, только в этот момент я вспомнил с некоторым опозданием, что крабы могут превосходно лазить по отвесным крепостным стенам, следовательно, и по крутейшему склону взберутся без особого труда. Пока я бегал и подсказывал, нас жандармы, числом в две особи, уже могли накрыть! Или они пока в растерянности от наличия соседних армий? Или, может, мой удар по его жвалам жандарм сектора оценил как слишком опасный, чтобы под него подставляться?

Не исключено, что старший жандарм тоже желает, чтобы с ним провели переговоры. А почему бы и нет? Вот сейчас и проверим.

— Эй, внизу! — крикнул я, заодно оценивая крутизну склона и прикидывая, как долго будут ко мне добираться проворные и цепкие крабы. — Рад приветствовать доблестных стражей Ихреза! Надеюсь, вы прибыли оказать помощь нашему каравану, законно зарегистрированному у вас в канцелярии? Иначе нам будет сложно выбраться из этого окружения разбойников и посягателей на законность. Ждём вашей помощи!

Отвечать мне стал тот самый краб, который, по словам некроманта, возлежал на той самой, упомянутой мною, канцелярии:

— Чужестранец! Ты имеешь нашу отличительную полоску стража, но всё равно ты не являешься равным нам по статусу жителем Айфуга. Мало того, ты нарушил множество законов нашего города, среди которых введение в обман правоохранительных органов — лишь самый небольшой. Но мы готовы тебе простить все твои прегрешения за небольшую, чисто символическую виру, выплаченную в казну города. А вот…

— Отлично! — заорал я, перебивая краба. — Сколько с меня причитается?

Но тот продолжил после чисто демонстративной паузы:

— …А вот самое главное обвинение будет снято с тебя и с твоих товарищей после того, как вы нам сбросите тело беглого преступника, барона Эванджелина Брока в любом его состоянии — хоть живым, хоть мёртвым, хоть по кускам. Ну и, естественно, отпустите к нам из своего плена легендарного коня Ажара. Тотем нашего города жаждет жить только в нём.

Естественно, что условия каждой из сторон, а тем более в сумме являлись для нас неприемлемыми. Не знаю почему, но мне захотелось поторговаться. Или, иначе говоря, потянуть время. А зачем нам спешить со сражением? Обе армии на флангах проделали дальний путь и теперь просто жаждут отдохнуть перед штурмом. А вот городских умертвий желательно отвлечь от действий разговором и рутиной согласования всех условий.

Вот я и начал:

— Боюсь ваш город обидеть или чем-то оскорбить, но тотем не желает в нём жить. Он вполне добровольно, по собственной воле решил отправиться именно с нами в дальнее путешествие. Чтобы вдали, в иных мирах прославлять и возвышать великую славу вашего родного города, имя которому Ихрез!