Корсар - Юрий Корчевский

– Тоскуешь по родине?

– Да, – тихо ответила она, устремив на меня такой взгляд, что и меня коснулось её спрятанное глубоко в груди отчаяние.

– А если я тебя домой завезу? Ну, до Египта не смогу, но в Османскую империю доставлю.

– Ты не шутишь, господин? – она кинулась к моим коленям и, глядя влажными от накатившихся слёз глазами, переспросила: – Господин мой! Это возможно?

– А давай прямо сейчас пойдём в порт? Может быть, найдём там твоих соплеменников?

Летиция аж подпрыгнула от радости и захлопала в ладоши. Она оделась даже быстрее, чем я, чего у женщин обычно не бывает.

Мы направились в порт.

Кораблей было много. Мы обходили все, расспрашивая у вахтенных, откуда судно.

Воистину – кто ищет, тот обрящет.

Я уже сбился со счёта, но на двенадцатом или пятнадцатом судне вахтенный, одетый по-восточному – в широкие шаровары, – на вопрос «Кто хозяин?» сказал, что египтянин.

Неужели повезло? Я сунул вахтенному серебряную монету, он сбегал на корму – в каюту и позвал хозяина.

На палубу вышел седой, сухощавый и смуглый немолодой араб в расшитом халате.

– Кто потревожил мой покой?

– Я, уважаемый, – я слегка поклонился. – Не идёте ли вы в Египет? Вахтенный сказал, что судно египетское.

– Он был прав.

– Я бы хотел, чтобы эту синьору доставили домой, на родину.

– Без денег не возьму!

– Я заплачу за перевозку и еду в пути.

– Два флорина, и можешь не беспокоиться. Старый Али ещё никого не подводил. Дитя, подойди сюда.

Летиция подошла, откинула кисею с лица.

– Ты египтянка! – воскликнул хозяин судна. – Дай-ка я посмотрю на тебя. Ты не из Александрии?

– Оттуда.

Оба перешли на арабский. Летиция, или правильнее – Малика, довольно оживлённо говорила, энергично жестикулируя.

Наговорившись, старый араб спохватился.

– Прости, господин. Я знаю родителей этой красавицы и выполню поручение. Судно уходит через два дня. Прошу не опаздывать – ждать не буду.

Я отдал старику аванс – один флорин, и мы вернулись на постоялый двор.

В комнате Малика присела на кровать и подняла на меня светящиеся радостью глаза:

– Ты представляешь, дедушка Али живёт недалеко от моих родителей.

…Эти два дня и две ночи я не уходил на судно – провёл их на постоялом дворе. Малика высосала до дна все мои силы. Правда, я и не сопротивлялся.

На утро третьего дня, ощущая слабость в ногах, я всё-таки довёл Малику до судна.

Старик Али стоял у сходней. Я отдал ему оставшийся флорин и подтолкнул Малику к трапу.

– Теперь ты свободна, езжай к родителям. И веди себя благоразумно.

– Благодарю, господин! – склонилась в поклоне бывшая рабыня.

– Прощай, с тобой было приятно провести время.

Я помахал ей на прощание рукой и с лёгким сердцем отправился на свой корабль.

Купцы уже закупили товар на обратный путь и уложили его в трюм.

– Когда отплываем?

– Да хоть сейчас! Товар в трюме, вода и провиант закуплены.

– Тогда в путь, и да поможет нам Господь!

Все перекрестились.

– Отдать швартовы!

Судно медленно отвалило от причальной стенки. Опять плавание, каким-то оно выдастся?