Остров Z - Вячеслав Шалыгин

Чужак ринулся на Мухина, тот нажал на спусковой крючок, но выстрела не последовало. То ли вышла осечка, то ли ружье не было заряжено. Однако в последний момент вышла заминка и у чужака. Очнувшийся вдруг Федоров прополз под столом и ухватил его за ногу. Чужак споткнулся и был вынужден опереться на спинку кресла, чтобы не упасть. Пакаль выскользнул у него из пальцев и упал примерно на середине кабинета. Муха тотчас воспользовался шансом и, бросив ружье, кинулся к артефакту.

Чужак засветил Федорову пяткой в лоб и все-таки опередил Муху, но квестер не дал ему воспользоваться артефактом. Ударом ноги он выбил пакаль у противника, и вещица, кувыркаясь, взлетела к потолку. Лидер чужаков попытался отмахнуться от Мухи своим тесаком, но квестер повторил приемчик, и следом за пакалем в воздух взмыло оружие чужака. Поймать на лету сразу оба предмета Лидер не мог, слишком большим получился разброс, поэтому чужаку пришлось делать выбор. И он выбрал пакаль.

– Хрен ты угадал! – крикнул Муха, подхватывая на лету вычурный тесак чужака.

В следующий миг квестер прыгнул в сторону Лидера и качественно, с оттягом рубанул по схватившей пакаль руке противника. Доспехи не уберегли чужака от крупных неприятностей. Кисть руки, вместе с зажатым в ней артефактом, упала на пол, а из обрубка хлынула темная кровь. Чужак взвыл, схватился за обрубок и завертелся волчком. Пока он исполнял свой танец проигравшего, Муха успел перекатиться к двери, схватить отрубленную конечность и выпрыгнуть из комнаты.

У квестера мелькнула мысль, что неплохо было бы отнять у чужака и второй пакаль, но это могло обернуться потерей драгоценного времени, да и кто знает, на что способна раненая тварь? Рисковать не было смысла. Нужный артефакт оказался у Мухина, и на этом следовало остановиться.

Впереди Муху ждали еще коридоры и лестницы, полные озверевших ополченцев, а за пределами здания – сотни голодных зомби, но это ничуть не волновало квестера. Главное дело он сделал и теперь мог с чистой совестью переходить в режим «Михимухина», то есть в состояние слабо вменяемого берсерка. В текущей мясорубке это было самое уместное состояние.

Так Муха и поступил, предварительно с удовлетворением отметив про себя, что теперь полностью контролирует процесс перевоплощения. Все-таки встреча с двойником и последующее исполнение роли Олега Шаманова пошли Мухе на пользу. Он научился видеть себя как бы со стороны, и этот навык стал ключом к психическим проблемам, одолевавшим в прежние времена Михаила Мухина. Теперь он точно знал, что больше никогда не слетит с катушек, если сам этого не захочет. Вот, как, например, сейчас.

Муха развел пальцы отрубленной кисти, высвободил пакаль, сунул его в карман, пару раз махнул тесаком, привыкая к оружию, а затем отчаянно, но вместе с тем азартно заорал и бросился на выручку прижатым к стене в конце коридора Бажову и Хромову. Ровно через полминуты он пробился к своим, а чуть позже все трое кубарем выкатились из здания, тут же вскочили на ноги и бросились в гущу новой схватки. Теперь с полчищем зомби…

…На какое-то время разум помутился от боли, но Лидер все-таки сумел взять себя в руки… то есть теперь в одну руку. Он резко затянул ремешки крепления доспехов на культе, и кровотечение почти прекратилось. Но этого было мало. Лидер попытался поочередно принять облик каждого из скопированных прежде людей, однако все перевоплощения заканчивались одинаково: Лидер оставался инвалидом. То есть так проблему не решить. Но тогда как?

Лидер обернулся и зафиксировал взгляд на Федорове. Командир ополченцев, которому пять минут назад чужак переломал половину костей, а затем еще и добавил ногой в лоб, уже не валялся на полу безвольной тряпкой, а ворочался, пытаясь подняться. И у него получалось. Лидер тут же припомнил рассказ Бажова о том, как быстро выздоровел подстреленный Охотником боец по кличке Колобок, а также комментарии самого Охотника насчет способности федоровских «оборотней» к ускоренной регенерации.

У Лидера тут же созрела дикая, но единственно верная в такой ситуации мысль. Он бросился к Федорову, схватил его за горло и поднял почти под потолок. Командир оборотней-ополченцев уже очнулся и вполне осознавал, что происходит, но сопротивляться пока не мог. Ускоренная регенерация – не мгновенная. Все кости у него пока не срослись.

– Ты должен мне помочь! – прорычал Лидер. – Ты должен сделать меня таким же, как ты!

– Я… не могу, – прохрипел Федоров. – Я не знаю… как!

– Очень просто! – Лидер чуть склонил голову набок, подставляя шею. – Кусай!

– Так… не получится.

– Кусай, сказано! – рев чужака едва не оглушил Федорова.

– Все равно… без зеркала… «изделия ноль»… не выйдет! – лицо Федорова сделалось багровым и одутловатым. – В него надо… посмотреться.

– У меня есть зеркало, кусай!

– Я… не… – глаза у Федорова закатились.

Лидер, наконец, сообразил, что может задушить человека и остаться ни с чем, он выпустил Федорова. Тот рухнул на пол и снова превратился в тряпку. Лидер в бешенстве зарычал, склонился над оборотнем и резко развернул его голову так, чтобы встретиться с Федоровым взглядом. Командир ополченцев снова начал приходить в себя, но теперь очень медленно. Драгоценное время утекало, как вода в песок, проклятый квестер, отнявший пакаль, уходил все дальше (Лидер чувствовал, как слабеет вибрация другого артефакта в кармане), и чужак рисковал вновь остаться при своих интересах. Допустить этого он никак не мог!

Лидер вновь схватил Федорова за горло и уставился ему в глаза. Не укусит командир ополченцев, укусит любой другой! Нужно только, чтобы приказал сам Федоров! И он прикажет! Вернее – прикажет Лидер, но в облике Федорова. Лидер сосредоточился на копировании личностной матрицы Федорова, а когда закончил, отпустил горло оборотня, сжал кулак и несколько раз ударил Федорова в лицо, превращая голову скопированного субъекта в чудовищное месиво.

Таким образом, через минуту посреди перевернутого вверх дном кабинета, склонившись над трупом человека с размозженным черепом, сидела точная копия Федорова. С одной разницей – у копии не было левой кисти. Но, если смотреть через дверной проем из коридора, этот нюанс был незаметен. Вот почему появившийся в просвете двери Охотник не замешкался ни на секунду. Он вскинул ружье и разрядил его в затылок «Федорову». С пяти шагов пуля двенадцатого калибра легко вышибла жертве мозги, несмотря на то что череп у чужака был вдвое крепче человеческого…

…Когда стало ясно, что вместо Федорова посреди кабинета бьется в агонии какая-то неведомая тварь, Охотник слегка опешил. Особенно его удивил промелькнувший калейдоскоп перевоплощений. На доли секунды существо превратилось в человека в кожаной куртке, затем куртку заменил военный камуфляж, после – какая-то другая униформа, затем существо вдруг покрылось зеленью, будто вросшее в землю трухлявое бревно, а под занавес… тут Охотника едва не парализовало… тварь вдруг приняла облик Наташи. Хорошо, что все промелькнуло и закончилось достаточно быстро. Агония завершилась, и перед Охотником предстал чужак в истинном облике: гориллоподобная туша в странных доспехах.