Остров Z - Вячеслав Шалыгин

– Все правильно, – лейтенант кивнул.

– И как раз поэтому непонятно, на что мы надеемся, – сказал Шаман. – Ну, проникнем в здание, а дальше-то что? Кто-то отвлекает ополченцев, под шумок мы можем незаметно пробраться в логово, но внутри-то мы сами за себя будем. Против сотни вооруженных партизан и еще трех сотен отчаянных домохозяек с ножами и скалками.

– Нет, мы попадем в административное крыло, там гражданских нет.

– Долго ли им прибежать?

– Только через двор. Внутренние коридоры между корпусами Федоров держит запертыми, чтоб детишки к оружию не лезли.

– Ну, пусть через двор. На пять минут дольше.

– Двор – не здание, – Охотник задумчиво посмотрел на Шамана, а затем перевел взгляд на фигуры зомби вдалеке. – Пожалуй, стоит попробовать. Хромов, веди группу по тоннелю. Выйдете в подвале. Кабинет Федорова на третьем этаже, по правой лестнице наверх, потом по коридору прямо до конца. А я попробую организовать штурм периметра. В хату зомбаки вряд ли пойдут, это верно, но войти во двор им ничто не помешает.

– Годится, – Хромов кивнул, обвел взглядом товарищей и остановился на Бажове. – Нам троим другой дороги нет, без этого волшебного зеркальца кирдык, но ты не обязан рисковать.

– Лейтенант, не начинай опять. – Тимофей поморщился. – Сколько можно? Я ведь еще в деревне сказал, иду до конца. Если твой Кудашов прав и ваше «изделие ноль» – это и есть волшебное зеркальце, мотивация у меня не хуже вашей. Выбраться с Острова, разве не серьезный стимул?

– Хорошо, идем все, – лейтенант махнул Шаманову. – Ты за мной, Бажов – замыкающим. Охотник, открывай дверцу.

– Открыто, – Охотник раздвинул высокую траву на склоне и кивком указал на довольно приличную в диаметре нору. – Макушки берегите. С Богом, ребятки…

…Тоннель был основательно завален мусором, но в целом проходим. Лишь в одном месте, уже у самой двери в подвал пришлось немного потрудиться и разгрести завал из ржавых панцирных коек. В самом подвале проблем не возникло, если не считать того, что какое-то время, пока Хромов не нашел рубильник, пришлось действовать на ощупь. Тусклые лампочки решили и эту проблему, и у лазутчиков сразу же появилось понимание, как действовать дальше. В подвале, помимо всяких полезных вещей, хранилось обмундирование: множество комплектов гражданского камуфляжа для охоты и рыбалки. Как раз такого, в каком щеголяли партизаны. Идея замаскироваться под ополченцев, как говорится, витала в воздухе, поэтому куртки и кепки все надели не сговариваясь.

– Теперь быстро, но без спешки, – прошептал Хромов.

– Кепи надвинь, – посоветовал Шаман.

– Плохо выгляжу? – Хромов невесело хмыкнул. – Сам чувствую.

– Я тоже? – обеспокоилась Наташа.

– Ты красива, как всегда, – попытался успокоить ее Шаманов, но девушка не поверила. Нахмурилась и отвернулась.

Бажов тем временем поднялся ко внутренней двери и выглянул на лестницу. Издалека доносились крики и топот – ополченцы занимали позиции у окон, а кое-где уже раздавались выстрелы. Суета была на руку лазутчикам, тут главное – попасть в общий ритм. Бажов обернулся, кивнул товарищам и выбрался на лестницу первым. За ним последовали Шаман и Наташа. Лейтенант Хромов замкнул процессию.

На первой лестничной площадке они никого не встретили, на второй успешно разминулись с несколькими партизанами, спешащими на первый этаж, но на третьем этаже, когда цель – дверь кабинета Федорова, была уже в прямой видимости, удача отвернулась от диверсантов. В коридоре у окон толпились два десятка ополченцев, в числе которых опять был Сева. Профессионально наблюдательного оператора не обманула маскировка лазутчиков, он мгновенно «срисовал» Бажова и толкнул локтем в бок ближайшего ополченца.

– Смотрите! – крикнул Сева. – Тревога! Это они!

Партизаны галдели, обсуждая происходящее во дворе тюрьмы, поэтому Севу услышали не все, только те, кто был рядом. Это позволило самому прыткому, то есть Шаману, все-таки добежать до двери кабинета. От него, как ни странно, не отстала и Наташа, а вот Бажов и Хромов притормозили. Тимофей – чтобы заткнуть Севу, а лейтенант – готовясь отвлечь внимание ополченцев на себя. Несколько партизан уже обратили внимание на посторонних и потянулись к охотничьим ножам. Патроны они, видимо, решили сэкономить для более важных разборок. Впрочем, все зависело от поведения Хромова. Если он не примет вызов на ножевой бой и пустит в ход автомат, ополченцы наверняка тоже начнут стрелять. В обоих случаях численный перевес, а значит, все шансы на стороне партизан. Но тут уж ничего не попишешь. Каждый из лазутчиков осознавал, на что шел. Лейтенант – не исключение.

Шаман мысленно попрощался с отважными товарищами и вломился в кабинет. Наташа вошла следом и заперла за собой тяжелую дверь. Судя по тому, как дверь громыхнула, настроена девушка была весьма решительно.

Федоров находился в кабинете. Он не ожидал появления диверсантов, но сориентировался в обстановке довольно быстро. Командир ополченцев одним прыжком переместился к окну, рядом с которым стояла оружейная пирамида, и схватил ружье. Кабинет у Федорова был просторный, от входной двери до окна – метров двадцать, так что лазутчикам вполне могло не поздоровиться. Счет пошел на секунды, и в такой ситуации у тренированного оборотня-ополченца было гораздо больше шансов на успех, чем у городского клерка и нежной помощницы режиссера.

Однако наступивший момент истины преподнес всем троим большой сюрприз. Даже два. Заводской кадровик Олег Шаманов вдруг мгновенно сократил дистанцию, профессионально выбил у Федорова из рук дробовик, а затем нанес несколько тяжелых ударов по корпусу и завершил атаку точным апперкотом.

Федоров на секунду «потерялся», но потом сумел разорвать дистанцию и даже нанес пару ответных ударов. Шаман легко их заблокировал и снова атаковал. Работал он точно, в хорошем стиле и с явным удовольствием, словно дорвался до любимого, а главное, хорошо знакомого ему дела.

Не будь Федоров оборотнем, у которого любое повреждение заживало в десять раз быстрее, чем у нормального человека, лежать командиру ополченцев в нокауте уже после второй атаки Шамана. Однако Федоров был тем, кем был, поэтому выстоял.

Впрочем, Шамана это не обескуражило, и он предпринял третью попытку. Под градом ударов Федоров был вынужден уйти в глухую защиту. Шаману оставалось только свалить оборотня на пол и добить ногами, но тут подоспел второй сюрприз.

– Конспирация побоку, да? – вдруг спокойно и даже холодно, но громко спросила Наташа. – Были у меня сомнения, но играл ты хорошо. Теперь карты на стол, да?

Шаманов сначала решил, что Наташа устроила Федорову допрос «по горячим следам», пока он подавлен и почти растоптан, но в следующий миг Олег понял, что вопросы адресованы ему, а не оборотню.

Шаман обернулся и вопросительно взглянул на девушку.

– Ты о чем?

– О тебе и твоем спектакле. – взгляд у Наташи был таким же холодным, как голос, и чуть насмешливым. – Ты разыграл эту пьесу, чтобы добраться до пакаля, да, Шаман? Или правильнее называть тебя… Муха?