Невеста из мести - Елена Счастная

– Вам бы отвернуться, миледи, – буркнул строго.

– Она моя невеста, Винс, – усмехнулся правитель, стягивая сырую куртку. – Ничего страшного.

Но я всё же для порядка попыталась уставиться в окно, пока Анвира снимал кафтан, камзол и рубашку. В карете было прохладно, но всё же теплее, чем на улице. Однако от вида полуобнажённого короля захотелось поёжиться. В первый миг, а после я уже не могла отвести от него взгляд. Широкая грудь, покрытая светлыми волосками, сильные руки, от каждого движения на которых бугрились и перетекали мышцы, плоский живот без единого намёка на дряблость или лишний грамм жира. Только одно не давало беззаботно насладиться столь соблазнительными видами: это багровое пятно, что расплывалось на боку со спины. На него-то лекарь и обратил всё внимание. Осторожно ощупал, от чего король тихо зашипел. Винс едва не ткнулся носом, чтобы рассмотреть всё как можно лучше.

– Да, сломано ребро, ваше величество. Третье снизу. Слава богам, сзади, – наконец деловито проговорил он и начал доставать из саквояжа мотки длинных тряпиц.

– Я ударился спиной, – кивнул Анвира, позволяя себя перевязать.

В глазах потемнело, едва вспомнилось, с какой силой вбился скальный выступ в его тело, когда он загородил меня. Всё могло бы окончиться гораздо хуже. Когда он оделся, лекарь осмотрел ссадины на лице и, не найдя их опасными, просто промыл. А крови-то было столько, что казалось, будто пробит череп.

Закончив с Анвирой, Винс взялся и за меня. Я тоже отделалась всего парой царапин и лёгкими ушибами. Да ещё и разрезанной ладонью, что лекаря слегка удивило.

На крыльце нас встретил Дунфорт. Он нетерпеливо спустился по ступеням навстречу и сжал плечо брата, когда тот покинул карету.

– Как вы, ваше величество?

– Теперь всё в порядке, – устало улыбнулся тот и подал мне руку.

Финнавар пристально вперился в меня, и его губы сжались в напряжённую линию.

– Идите отдыхать, сир, – обратился он к королю. – Я провожу миледи. С вашего позволения.

Судя по выражению лица, Анвире эта мысль не понравилась, но он возражать не стал.

– Зайди ко мне после, – только и бросил ему, а потом коснулся губами моей перевязанной руки. – Я проведаю вас позже, Орли.

Я присела в книксене, чувствуя, как забилась боль в ушибленном колене, и с осторожностью приняла руку Финнавара. Он повёл меня, заботливо придерживая. А мне хотелось оттолкнуть герцога, будто от него все ещё разило соитием с Мадлин.

– Вы вся пропитаны магией, миледи, – тихо проговорил Финнавар, сохраняя отстранённый вид. – Что же заставило вас ею воспользоваться?

– Я… Только попыталась уберечь его величество от обвала. Когда карета врезалась в скалу.

Что ж, это было почти правдой.

– Судя по всему, вам это удалось…

Герцог провёл меня до комнаты и внутрь. Затворил дверь, не отпуская, однако, мою руку. Его ноздри хищно затрепетали, а в глазах зародилось недоверие.

– Я не говорила ему…

Я попыталась высвободиться, но он удержал. Нити его силы опутывали ладонь всё сильнее.

– И многое вы дальше собираетесь утаивать от мужа? Откуда порез? – продолжил допытываться Дунфорт.

– Поранилась о камень.

– Почему испугались лошади?

Я приоткрыла рот, но не нашлась что ответить, кроме:

– Не знаю.

Герцог сжал пальцы сильнее, и руку пронзило болью, а повязка окрасилась красным.

– Не обманывайте меня, миледи.

– Пустите! – Я беспомощно посмотрела на дверь.

Меня разрывало на части от его близости. От обиды, от притяжения. Хотелось отойти подальше или прижаться всем телом. Это мучение когда-нибудь прекратится?

– Что с вами? – искренне удивился Финнавар, отпуская меня. – Вы…

– Я видела всё. Там, в вашем кабинете. Вас с Мадлин.

Снова всё вспомнилось до мельчайших подробностей. Я невольно оглядела сложенные на груди руки герцога. Его лицо, задержалась на губах.

– Мадлин… – вздохнул он и вдруг улыбнулся едва заметно. – Вас это не касается, миледи.

– И вас тоже не касается всё, что связано со мной и Анвирой. Пойдите прочь! Я хочу отдохнуть.

– Вы ещё не королева, так что умерьте гонор! – процедил герцог. – Впрочем, я более не стану мучить вас своим присутствием.

Он поклонился и вышел. Я попятилась и опустилась на постель, закрыв лицо руками. Что же мне теперь делать?