Страна сказок. Столкновение миров - Крис Колфер

– Объясни, пожалуйста, как человек вроде меня может завидовать такой, как ты? – поинтересовалась Морина. – Мне доводилось вскрывать канареек, у которых умишка было побольше твоего.

– Как и почти всегда в моей жизни, ум здесь совершенно ни при чём, – сказала Шапочка. – Признай – ты завидуешь моей красоте!

– Что-что? – переспросила ведьма.

– Ты меня прекрасно слышала! – продолжала Шапочка. – У меня безупречная кожа, красивые глаза, прекрасные волосы, стройная фигура, а ещё я добрый, деликатный, бескорыстный человек и хороший друг! Я так же прекрасна внутри, как и снаружи! И сколько бы зелий ты ни выпила, сколько бы чар на себя ни наложила, ты в душе так и останешься эгоистичной, алчной, злобной и уродливой козлихой!

Слова королевы попали в цель. Морина так разъярилась, что глаза у неё покраснели, а кровь в венах почернела. Друзья Шапочки и феи зажмурились, боясь увидеть, чем на это ответит ведьма.

– Ты и впрямь самая беспросветная дура на свете, – сказала Морина. – И это я делаю в качестве услуги всему человечеству.

Ведьма указала на Шапочку, и с кончиков её пальцев сорвался ярко-фиолетовый луч. Но когда он должен был уже вот-вот поразить юную королеву, Шапочка выхватила из сумочки зеркальце и заслонилась им. Магия Морины отразилась от зеркальца и вернулась обратно. Ведьму ударило её же собственной магией, и она разлетелась на миллионы кусочков.

– Ну и кто теперь дура, Морина? – выкрикнула Шапочка.

Когда Коннер и остальные открыли глаза, то с изумлением увидели, что ведьма мертва, а Шапочка – нет.

– Дорогая, это было потрясающе! – воскликнул Фрогги.

– Шапочка, ты гений! – закричал Коннер.

– Как ты догадалась, что зеркало отразит её магию? – спросила Бри.

– Журнал «Гламур». – Шапочка пожала плечами. – Я в самолёте прочитала чудесную статью, там было написано: «Если женщина хочет, чтобы её спасли, величайшего спасителя она найдёт в зеркале». Я так и не поняла, о ком была речь, но меня зеркало спасло, это уж точно.

Друзья Шапочки никогда ещё так не радовались её непонятливости.

Шапочка взобралась по лестнице и освободила Фрогги, разрезав путы ножом. Они помогли друг другу спуститься, и Фрогги уже хотел отправиться помогать остальным, но Шапочка его остановила.

– Чарли, я хочу пожениться, – сказала она.

– Милая, я тоже, конечно…

– Нет, ты не понял, – продолжала Шапочка. – Я хочу пожениться прямо сейчас.

По отчаянию в глазах Шапочки Фрогги понял, что она говорит более чем всерьёз.

– Дорогая, ты уверена, что сейчас подходящее время?

– На все сто, – ответила Шапочка. – Если я за прошедший месяц чему и научилась, так это тому, какой непредсказуемой бывает жизнь. Особенно если дружить с близнецами Бейли. Очень может быть, что больше возможности пожениться у нас никогда и не будет! Так что давай прямо сейчас и здесь, пока какая-нибудь очередная магическая тварь не разорвала нас на части!

Мысль об этом очень порадовала Фрогги, но он всё же сомневался, что она разумна.

– Ты уверена, что хочешь такой свадьбы? – спросил он. – Прости за прямоту, но вся улица усеяна прахом ведьмы.

На лице Шапочки расцвела широкая и самодовольная улыбка.

– Чарли, поверь, я и представить себе не могу места для женитьбы лучше, чем на останках твоей бывшей, – заявила она. – Матушка Гусыня, вы нас не пожените?

Матушка Гусыня, в общем-то, не видела никаких причин, которые могли бы помешать ей провести церемонию. Не считая разве что трёхтонной статуи льва, которая в это самое время придавливала её к земле.

– Теоретически, наверное, можно, – сказала она.

– Здорово! – пискнула Шапочка. – И для порядка решим, что Совет фей у нас свидетели, Коннер – шафер, а Алекс – подружка невесты. Не волнуйся, Алекс! Это всего на минуточку, а потом мы опять начнём тебя спасать!

Шапочка и Фрогги взялись за руки и встали посреди Таймс-сквер, а Матушка Гусыня приступила к импровизированной церемонии.

– Дорогие возлюбленные, мы собрались сегодня здесь – против воли, – чтобы неожиданно узреть, как эта женщина и эта лягушка сочетаются довольно сомнительным браком. Согласен ли ты, Чарли Прекрасный, взять Красную Шапочку в свои очаровательно избалованные жёны?

– Согласен, – ответил Фрогги.

– Согласна ли ты, Красная Шапочка, взять Чарли Прекрасного в свои умилительно перепончатые мужья?

– Согласна, – ответила Шапочка.

– В таком случае властью, весьма недальновидно доверенной мне, я объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать лягушку!

Шапочка и Фрогги поцеловались, и их друзья захлопали в ладоши.

– Прекрасная церемония, милая, – похвалил Мерлин.

– Веришь или нет, это ещё не самая странная свадьба, на которой мне доводилось бывать, – сказала Матушка Гусыня. – А теперь можно кто-нибудь снимет с меня этого кота-переростка?

К счастью, в этом не было нужды. Алекс взлетела в небо над Манхэттеном, который пожирало её колдовство. Статуи львов спрыгнули с Матушки Гусыни и Мерлина и последовали за Алекс, прыгая с крыши на крышу по всему городу. Фрогги с Шапочкой освободили от пут Коннера и Бри, а затем и Совет фей.

– И что нам теперь делать? – спросила Бри.

– Нужно выбраться с острова и встретиться с остальными, – сказал Коннер. – Алекс приказали уничтожить весь Другой мир, и теперь она не остановится ни перед чем, пока мы не снимем заклятие.

– Но как его снять? Идеи есть? – спросил Фрогги.

– Только одна, – сказал Коннер. – И я очень надеюсь, что мы найдём другой путь.

Глава 21
Братское бремя

Разрушительные лозы Алекс преследовали Коннера, его друзей и Совет фей по улицам Нью-Йорка. Феи пытались разить растения чарами, но стоило им уничтожить одну лозу, как на её месте тут же вырастала целая дюжина.

– Манхэттен как будто тонет в Терновой яме! – воскликнул Коннер.

– Что такое Терновая яма? – спросила Бри.

– Такая очень опасная яма в сказочном мире, – объяснил Коннер. – Мы с Алекс туда как-то спускались, чтобы добыть ингредиент для Заклинания желаний. И знаешь, что особенно иронично? После всех нынешних кошмаров это ещё кажется приятным воспоминанием!

– Говори за себя! – выдохнул Фрогги.

К счастью, на перекрёстке компания столкнулась с Артуром, рыцарями Круглого стола и Корнелиусом. Они тоже убегали от лоз, захватывающих город. Единорог нёс на спине тело Рука.