Всадница ветра - Филис Кристина Каст

Рано на рассвете, в лучах утреннего солнца, Стая позавтракала остатками запеченных клубней стрелолиста и яичницей с щепоткой драгоценной соли из запасов Зоры. Затем они – все до единого – под руководством Ника выстроились лицом к солнцу и поприветствовали новый день.

Мари с удовольствием смотрела, как Зора и Джексом вместе с Псобратьями впитывают лучи могучего солнца. Нравилось ей и то, что Землеступы охотно общаются с собаками – особенно со щенками Фалы.

Припасы были сложены в лодки и все готовились к отплытию, когда Антрес поднял руку, призывая Стаю к вниманию.

– Впереди примерно шесть часов пути до Боннской плотины. Река у плотины широкая и в это время года обычно спокойная. Нам придется пройти мимо обломков двух древних кораблей, но обойти их дело нехитрое. Кроме них крупных препятствий до Боннской плотины и земель Салишей нет.

– Антрес, ты говорил, что нам придется выйти на берег, чтобы обойти плотину? – спросила Мари.

Антрес кивнул.

– Да. У плотины начинается быстрина. Салиши единственные знают, как по ней пройти. Мы пристанем к берегу по эту сторону плотины. Салиши встретят нас, и мы предложим им наши дары. – Он помолчал. – У нас ведь есть для них дары, верно?

– Да! – Адира выступила вперед. – Вечером мы как раз закончили два новых дорожных плаща – тех, что можно подвешивать на ночь к дереву, как кокон.

– Плащи получились что надо. – О’Брайен тепло улыбнулся женщине. – Даже лучше, чем наши старые.

– Это твоя заслуга, О’Брайен. Ты был великолепным учителем, – к удивлению Мари, сказала Адира.

– А утром я проснулась пораньше и сделала вот это. – Зора показала им плетеную корзину с толстыми пучками сушеной лаванды, шалфея и хвои.

– Хватит ли этого? – спросил Ник.

– Думаю, да, – кивнул Антрес. – Салиши – народ не жадный. Вообще говоря, они богаты и не нуждаются в подарках. Дары подносятся в знак уважения, а таким плащам и ароматическим травам они будут особенно рады.

– Что будет, когда мы причалим к берегу? Нам придется тащить лодки по земле мимо плотины? – спросила Мари.

– Нет. Кормчие Салишей все сделают сами. Через плотину есть путь, который известен только им. Он проходит через пороги перед плотиной, а потом по сложному участку мимо обломков моста, который они называют Божьим – и все это по быстрине. Они проведут лодки по воде, а мы пройдем по суше, через их деревню, и вернемся на воду по другую сторону плотины, где вода снова успокоится.

– Нам нужно что-то знать о Салишах? – спросила Мари. – Не хотелось бы по незнанию их обидеть.

– Они живут патриархальным обществом. В каждой из деревень свой лидер, которого они называют отцом.

Зора прищурилась.

– Ты не говорил об этом раньше. Как они отнесутся к тому, что Стаю ведут две женщины? Или нам придется притворяться, что мы идем за тобой, Ником и остальными мужчинами?

– Нет. Мы не станем у них задерживаться. Мы причалим к берегу, пройдем через деревню и продолжим идти вдоль реки, пока быстрина и руины не останутся позади. На пути нам встретится несколько деревень. Я вовсе не хочу сказать, что они дурно обращаются со своими женщинами. Насколько я могу судить, Салиши окружают женщин любовью и заботой.

– Но они не имеют права голоса, когда речь идет об их жизни и жизни их народа? – уточнила Мари.

– Нет.

Зора громко фыркнула.

– Что еще нам следует знать? – спросила Мари.

– Салиши – глубоко верующий народ. У них принято особое приветствие, – объяснил Антрес. – В ответ на «Благословенны будьте» ответить нужно «Благословенны будьте и вы». Для них это не просто приветствие. Они в прямом смысле благословляют своих гостей и ожидают ответной любезности. И еще: не пяльтесь на Плоскоголовых. Затылки у них действительно сплющены, и это считается признаком особой красоты. Я знаю, что мы уже обсуждали это раньше, но помните, что Салиши и Плоскоголовые существуют вместе, как единый народ. Да, это кастовое общество, но они как один утверждают, что довольны таким устройством. И не забывайте, что они религиозны. Они поклоняются Матери. Вы увидите ее изваяния по всей деревне. Оставить у подножия идола дары – значит проявить уважение; если вам захочется это сделать, Салиши оценят ваш поступок, но это вовсе не обязательно. Худшее, что вы можете сделать, – это осквернить один из идолов Матери. Имейте это в виду – так, на всякий случай.

– «Мать»? Так зовут их богиню? – спросил Дэвис.

– По крайней мере, так ее называли при мне. Эти идолы действительно очень красивы. Кстати, синий для них священный цвет, но это вы и сами увидите. Еще вопросы?

– Как они относятся к собакам? – спросила Мари.

– Пока они не метят идолов Матери, беспокоиться не о чем. Я несколько раз водил через их деревни Псобратьев.

Мари потрепала Ригеля по голове.

– Слышал? Не вздумай задирать лапу на идолов.

Вокруг нее послышались смешки.

– А еще Салиши опытные торговцы и славятся изделиями из серебра, синими тканями и резьбой. Мы не станем задерживаться в деревне, но, если у вас есть что-то на обмен – например, плетеные корзины, – захватите их, когда мы пойдем в деревню.

– В торговле есть какие-то правила? – спросила Зора.

– Только одно: не обманывать.

Мари собиралась заговорить – рассказать Стае о том, что узнала Голубка ночью, – но девушка ее опередила.

– У меня нет вопросов, но я хотела бы кое-что сказать. Жрицы Луны, позволено ли мне говорить?

Стая повернулась к Голубке. Она стояла рядом с Лили, придерживаясь за локоть подруги.

– Конечно, – кивнула Мари.

Голубка слегка поклонилась Мари, глубоко вздохнула и обратилась к ожидающей Стае:

– Прошлой ночью во сне ко мне пришли духи древних. Мне ужасно жаль, что я вас побеспокоила. Я не хотела этого, но я еще плохо знакома с миром духов, и для меня это было большой неожиданностью.