Ловушка для змей - Алекс Орлов

Вечерело. Под ярким светом принесенных ламп ремонт техники шел полным ходом. Механиков в городе было достаточно, и они работали не жалея сил.

Внутри танкового каре теперь были поставлены палатки, а между ними горели чугунные очаги. От них поднимались вкусные запахи, но все уже были сыты и многие спали, несмотря на стук молотков при ремонтных работах.

Джим выставил посты. Пусть немного, но все же хоть какая-то защита. Даже этих немногих людей, способных держаться на ногах, отыскать среди экипажей было не так просто. С брони уже сняли пятьдесят мертвецов, и еще несколько тяжелораненых увезли в больницу. Ходячие покидать боевые машины отказались.

Кое-где люди не спали. Такое бывает после сильного напряжения. Чтобы хоть чем-то занять себя, они чистили машины и красили их серой краской.

Помимо всех этих срочных дел, Джим распорядился привести в порядок цикламенов и помыть клетки. А после этого их еще накормили дроблеными зернами рапса.

Всем этим премудростям Джим научился, проконсультировавшись у Пятьсот Четырнадцатого. Теперь его цикламен выглядел пушистым и добродушным и при всяком удобном случае начинал рассказывать про единственную за всю его жизнь встречу с подругой.

– Слушай, а может, тебе сейчас привести подругу? – спросил Джим.

– Откуда?

– Ну, в других машинах… – начал было Кэш.

– Да ты что, бабы в армии не служат!

– Так вы, значит, в танках, а они на воле – в лесу?

– Как же, в лесу, – цикламон невесело вздохнул. – В казначейском складе они содержатся, как ценное военное имущество.

– Как грустно, – признался Джим. – Вы здесь – они там.

– Ничего не поделаешь, женщинам не место на передовой, – с чувством произнес цикламон и нахмурился.

– Так, может, это… Давай мы тебе курицу поймаем или даже голубку! Голубки, они красивые!

Пятьсот Четырнадцатый посмотрел на Кэша долгим взглядом, а затем сказал:

– Вот я не пойму, адмирал, ты издеваешься или действительно такой недоумок? Я что, по-твоему, на зоофила похож? Сам-то небось ищешь для себя самочку своего вида, а не гоняешься на улице за собаками.

– Ой, извини, друг. – Джим смущенно улыбнулся. – Извини, я не подумал.

– А если по правде, – цикламон перешел на шепот, – по правде, адмирал, вот приведи ты мне подружку, и я того… Думаю, что я уже старый… Импотентом я стал от этой танковой жизни.

Неожиданно по башне постучали.

– Адмирал Джим! Сэр! Скорее, с адмиралом Эрвилем Жестоким происходит что-то страшное! Скорее, сэр!

Джим пробкой вылетел из люка, потому что давно ждал чего-то подобного.

Спрыгнув на брусчатку, он увидел искаженное испугом лицо одного из офицеров.

– Адмирал привел в свою палатку детей, сэр! Он собирается их умертвить!

– Проводи меня! – приказал Джим и помчался вслед за гонцом.

Бежать было недалеко, и они появились вовремя.

– Лу! – позвал Джим, оглядывая убранство жилища Эрвиля Жесткого, который постарался организовать уют на свой лад.

На всех стенах висели плакаты со странными и неприятными на вид рунами, написанными красно-коричневой краской.

– Это еще не настоящая кровь, Джимми, – страшным свистящим шепотом заметил Эрвиль. – Настоящая будет сейчас.

И только теперь Джим увидел детей, которые лежали в плохо освещенном углу. Их руки и ноги были связаны за спинами так, чтобы тоненькие шеи оказались напряжены.

Джим догадывался для чего.

– Зачем тебе это, Лу? – спросил он и сделал шаг вперед.

Пламя на свечах, расставленных по периметру, заколыхалось.

– Я собираюсь сделать обряд жертвоприношения, чтобы отблагодарить силы, давшие нам победу.

– И какие же это силы?

– Я пролью эту чистую детскую кровь во славу молоха Атеизма.

– Почему именно детскую? – стараясь отвлечь Эрвиля, спросил Джим, одновременно посматривая на стоявшую у стенки длинную палку.