Дом за порогом. Время призраков - Диана Уинн Джонс

– Джейми, который мир твой? – спросил Джорис. – Ты сейчас туда?

– Тот же, что и у Адама, – ответил я. – Нет, я туда не собираюсь.

Тут все, конечно, закричали:

– Почему?!

– Потому что я туда опоздал на добрую сотню лет, – ответил я.

– Так вот почему ты говорил, что наш мир похож на твой! – сказал Адам. – Все ясно! Джейми, давай ты будешь жить с нами. Подумаешь, сто лет!

– И стану как Фред? – ответил я. – Нет, Адам, ничего не получится. У вас там теперь столько правил и ограничений. Я к ним никогда не привыкну. Для этого надо там родиться.

К этому времени подоспели и Ванесса и Констам. Они стояли обнявшись и смотрели на меня. Я сидел на игровом столе. Подо мной жил своей жизнью маленький мир, и никто в нем не подозревал о случившемся.

– Джейми, ты уверен? – спросила Ванесса.

– Угу, – ответил я. – Ты, Ванесса, в жизни не поверишь, но я твой двоюродный прадедушка.

– Боже милосердный, – сказала она. Все-таки соображала она быстрее многих. – Тогда понятно, почему ты не хочешь Домой с Адамом.

– Тогда давай к нам! – с жаром воскликнул Джорис.

– С удовольствием навещу вас, – сказал я. – Очень хочется познакомиться с обеими Эльзами Хан.

До Констама, наверное, тоже начало доходить.

– Только навестишь? Ты можешь поселиться у нас навсегда, – сказал он.

– Буду навещать вас время от времени, – сказал я.

– Значит, ты со мной, в Дом Уквара, – заявила Хелен, как будто все было решено. – Поможешь мне превратить мой мир в приличное место. Будет весело.

Как бы я хотел, чтобы все и вправду было решено.

– Я и тебя обязательно буду навещать, Хелен. Честное слово, – пообещал я.

– Зачем я тебя тогда просила?! – рассвирепела она.

Я уже говорил, что Адам соображал быстрее всех. Он сказал:

– Ты хочешь остаться скитальцем. Почему? Я пробыл в Цепях всего недели две – и мне даже вспоминать страшно!

– Да я как-то привык уже. – Мне совсем не хотелось объяснять, как так вышло.

– Ерунда, – припечатала Ванесса. – Тут есть какое-то двойное дно. В чем дело, Джейми?

И они не отставали от меня, пока я не признался:

– Понимаете, дело в этом Реальном Месте. Они захватили его и вроде как поставили на якорь, чтобы играть в свои игры, и сначала якорем был он – вон тот, – а потом мы, скитальцы. Пока все мы верили, что где-то есть Реальное Место, которое называется Дом, пока он знал, что рано или поздно его освободят, Они владели Реальным Местом. А все остальные миры были не такие реальные. Но теперь всего этого нет, и он свободен, а миры могут снова стать реальными, но для этого нам тоже нужен якорь. Если у нас не будет якоря, Они устроят себе другое Реальное Место. Этот якорь – я.

Хелен развернулась на месте и помчалась туда, где высился он в окружении толпы желающих вернуться домой. Я видел, как яростно она на него напустилась. Никакого коленопреклонения, нет. Только вопли. Я увидел, как он попросил всех немного подождать. Потом он вернулся к нам вместе с Хелен.

– Ты совершенно верно догадался про якорь, – сказал он, – но это не обязательно должен быть ты.

– А по-моему, лучше меня быть не может, – возразил я. – Я еще молод. Может, мне и сто двенадцать лет, но впереди у меня еще сотни. И вы сами сказали, что для меня нет ни одного реального мира. Вы были на этом месте. Я считаю, что теперь это должен быть я. А вы что думаете?

– К сожалению, то же самое, – сказал он.

Я думал, Хелен его укусит.

– Да уж, Джейми, лучше ты, чем я, – сказал Адам.

Вот, собственно, и все. Они привыкли к этой мысли, и мы еще немножко поговорили. Джорис отдал мне свой приборчик-часики, чтобы находить Границы. Теперь, когда Их не стало и некому было делать ходы, искать Границы самому мне было бы трудно. Я был ему благодарен.

Когда Место стало совсем маленькое и все остальные исчезли, он подошел и сказал, что им тоже пора Домой. Я проводил их до рассылающей машины, чтобы попрощаться. Это было сложно. А потом стало еще сложнее, потому что, когда Адам собрался уходить, Ванесса с лучезарной улыбкой заявила:

– Я не с тобой. Я с Констамом.

– Да, Адам, возвращайся один, – сказал Констам, такой же счастливый.

– Нет! – заорал я. Они повернулись и уставились на меня. Кто я такой, чтобы мешать людям обвенчаться?! – Нет, так нельзя! Ванесса, тебе надо сначала Домой. А ты, Констам, отправишься с ней и попросишь ее руки или как там это принято сейчас. Но вы должны все рассказать ее родителям. Они поймут. Я с ними недавно поговорил и знаю, каково им. – А когда Констам поглядел на меня, вскинув голову и весь пылая от фамильной гордости Ханов, я добавил: – Слушай, желторотый, я тебя в четыре раза старше и лучше знаю, как надо. Вот так вот.

Констаму стало смешно.

– Очень хорошо, – сказал он. – Джорис, если не возражаешь, отправляйся пока один. Передай Эльзе Хан, что я представлю ей Ванессу при первой возможности. И скажи, что пора взяться за дело и окончательно истребить демонов, раз Они нам больше не мешают.

И вот они отправились Домой, а следом Джорис. Когда настала очередь Хелен, я вдруг обнаружил, что вокруг шеи у меня снова обвит слоновий хобот.

– Ну-ну! Хочешь снова утащить меня за собой? Не выйдет! – сказал я.

– Ладно, но сначала дай слово, что навестишь меня очень скоро, – потребовала Хелен.

– Очень скоро. Сначала к Ханам, потом к тебе.

– Почему это сначала к ним? – взвилась она.

– Потому что главный из Них родом из того мира, – ответил я. – Нельзя же, чтобы Они устроили там гнездо.

– Ну хорошо, – сказала она, убрала хобот и исчезла.

И мы с ним остались один на один. Некоторое время мы бродили по тихому Месту, которое все уменьшалось и уменьшалось, и он отвечал мне на все вопросы. И заставил меня дать слово, что я навещу его как можно скорее. Так что да, у меня есть друзья, к которым можно заглянуть на огонек.

А потом ушел и он. Наверное, ему было ненавистно Их Место, хотя Их самих он и не ненавидел. Спасибо, что пробыл со мной так долго. И вот остался только я, и я сижу и говорю в эту попрыгучую машинку. В последнее время она мельтешит помедленнее. Мне иногда приходится останавливаться и ждать, когда скачущая штучка допишет все, что я тут наговорил. Реальность утекает отсюда, потому и машины замедляются и отключаются, – он предупредил меня, что так будет. Но Место уменьшается уже не так быстро. Это значит, что скоро и мне пора уходить.

Теперь понимаете, как все устроено? Пока я нигде не задерживаюсь надолго, пока я двигаюсь вперед и не считаю никакой мир своим Домом, я словно якорь, благодаря которому все миры остаются реальными. И Им сюда не проникнуть. Да, не спорю, странный какой-то якорь – все время двигается. И так будет еще незнамо сколько лет. В конце концов и я состарюсь, но времени на это уйдет много-много. Чем больше я двигаюсь, тем дольше проживу. Так что мне еще и из-за этого придется постоянно двигаться. Я буду охранять мироздание от Них, сколько смогу.