Ускользающий мир - Марина Ефиминюк

– Из добрых намерений я подкармливал цветок химикатом, чтобы он выздоровел, – кивнул Оскар. – Но я отравил его, и ты сказала, чтобы я избавился от него.

– Я не говорила! – возмутилась я.

– Ты сказала мне, что он не выживет, и я тебя послушался. Моя доброта убила цветок, твоя жестокость решила его судьбу. Чем мы отличаемся сейчас? Мы оба выступили в роли палачей. Чем отличается агрессивная энергия от энергии света? – Оскар резко прочертил в воздухе ладонью, между нами загорелась голубоватая линия. Ее отблеск раскрасил лицо старика. – Только начертанием? – продолжил Оскар и пририсовал пальцем перпендикуляр.

На одно мгновение знак вспыхнул и стал красным, тут же потухнув.

– Мы отличаемся от хранителей только тем, что не прячемся под масками выдуманных добродетелей.

– Да, ты прав, но, по крайней мере, с ними у меня была надежда выжить.

– Они тебе лгали, – изящно отмахнулся Оскар. – А я не лгу. Не вижу смысла. Если вы с Люком сможете, то выживите. Ты мне нравишься, девочка. Возможно, я дам вам такой шанс.

– Да что ты? – криво усмехнулась я. Неожиданно я увидела через стеклянную стену, как по дороге к дому несется черный автомобиль. Сердце екнуло и бешено забилось.

– Теперь, когда я дал тебе надежду, ты все еще считаешь меня злодеем?

– Я считаю тебя старым монстром, который никогда не упустит своего шанса. – Я улыбнулась, понимая, что сейчас Оскар не врет. Он подарит нам с Люком возможность, оставалась малость – воспользоваться ею. Когда мы преподнесем ему новый мир, он позволит нам «чудом» убежать.

Автомобиль остановился, его тут же окружила охрана, открывая двери, и я увидела высокую фигуру Люка в короткой модной куртке с воротником-стоечкой. За ним из салона вылез Роман, странно сгорбившийся и поникший.

– Извините, – не слишком вежливо пробормотала я, уже не пытаясь от волнения продолжить беседу. – И спасибо. За надежду.

Он хмыкнул, не отрывая взгляда от моего взволнованного лица. Я быстро выскочила в коридор, а оттуда на улицу. Было так холодно, что изо рта вырывались белые облачка пара. Ветер пронизывал до самых косточек и играл с длинными волосами.

Роман увидел меня издалека и непроизвольно подался в мою сторону. Когда он крепко сжал меня в объятиях, то радостно прошептал в волосы, вдыхая их аромат:

– Ты жива, девочка с другой планеты!

– Жива, – подтвердила я, глядя в застывшее лицо Люка, стоявшего аккурат за спиной Ромы.

Он в упор рассматривал меня холодным проницательным взглядом, от которого захотелось провалиться под землю. Кажется, в тот момент Люк меня ненавидел.

Оскар встретил нового гостя, сидя в своем излюбленном кресле. В комнате плотно закрыли дверь, а здоровяки остались снаружи, не допуская нежелательных свидетелей.

Я чувствовала себя как уж на раскаленной сковородке. С того момента, как Роман позволил себе излишне ретиво обнять меня, Люк не вымолвил ни слова. В воздухе так и пахло скандалом, от одной мысли о котором меня бросало в дрожь.

– Я услышал, что открывается новый мир, – начал беседу Оскар, внимательно разглядывая хмурого, ссутулившегося парня. Выглядел тот отвратительно: с тенями от бессонницы под глазами, осунувшийся и усталый. Его ловец чуть поблескивал, вероятно заряжаясь в моем присутствии.

Я вообще заметила, что многочисленные обитатели дома старались под любыми нелепыми предлогами остаться со мной в одной комнате хотя бы на несколько минут, вероятно подзаряжаясь, и уходили по своим делам посвежевшие, словно вампиры, отведавшие стаканчик свежей венозной кровушки. Я чувствовала себя аккумулятором и сильно злилась, потому как единственный человек, которого хотелось осчастливить небывалым приливом энергии, даже не глядел в мою сторону, захлебываясь от злости.

Рома посмотрел на меня, но в его взгляде не чувствовалось даже намека на укор.

– Это ведь Женя рассказала? – спросил он.

Оскар пожал плечами.

– Да. Она сказала правду. Действительно открывается новый мир.

– Ты можешь его чувствовать?

– Я могу чувствовать его запах, – поправил он.

Его взгляд все время останавливался на мне, как-то странно ласкал и успокаивал. Чем розовее становились его щеки и нежнее улыбка, тем сильнее хмурился Люк, потиравший подбородок и нетерпеливо меривший комнату широкими шагами.

– Я хочу, чтобы ты нашел этот мир для меня, – заявил Оскар и принялся раскуривать толстую коричневую сигару. От ароматного табачного дыма у меня рот наполнился слюной.

– С чего бы? – Роман недоуменно поднял брови. – Назови хотя бы одну причину, почему я должен это сделать.

– Я сохраню жизнь. – Оскар поерзал в кресле, скинул ластившегося откормленного кота и выдохнул сизое облако.

Роман хохотнул и пожал плечами:

– Меня ты все равно не тронешь даже пальцем, без моего участия третьего мира тебе не видать.

– Ей! – уточнил Оскар и ткнул в меня коротким пальцем с золотым перстнем.

Тут Рома перестал ухмыляться, впившись осуждающим взглядом в фигуру Люка, как будто именно он намеревался прикончить меня. Тот в свою очередь уставился на парня, словно прямо сейчас жаждал свернуть тому шею. Мужчины походили на двух козлят из детского стишка, встретившихся на узком мостике.

– Это меняет дело, – кивнул Роман. – Твое предложение становится с каждой минутой все заманчивее.

– А мне нравится новое поколение, Люк! – хохотнул Оскар, ударив себя по колену. – С ними легко можно найти общий язык. Они очень умны, очень! Ты не бываешь таким сговорчивым, мальчик мой.

– Действительно, занимательно, – процедил Люк вкрадчиво и отвернулся к окну.

Атмосфера в гостиной сгущалась с каждой секундой, и от накатывающего напряжения становилось тяжело дышать. Неприязнь Люка и Романа друг к другу ощущалась буквально физически. Я внутренне сжалась, надеясь, что никто не замечает мои пылающие от дурных предчувствий щеки.

– Как ты сможешь найти новый мир? – Оскара интересовали подробности.

– Когда появится разлом, то я почувствую его запах. Все что требуется – это отвезти меня по его следу и разрядить магнит. Это в технической теории.

– Мне нравится легкость твоей теории. А когда ты почувствуешь его, этот запах? – От нетерпения старик не мог усидеть на месте и крутился как юла, глядя то на Романа, то на спину отвернувшегося Люка, обтянутую черной курткой.

– Я не знаю, – признался Роман. – Он приходит неожиданно и неожиданно исчезает.

– Угу… – Оскар ненадолго задумался. В комнате воцарилась напряженная взрывоопасная тишина.

Роман тепло улыбнулся мне, явно стараясь поддержать. Вероятно, вид у меня был очень жалобный и растерянный. Как назло, в тот момент Люк соизволил обернуться и перехватить наши безмолвные улыбочки. От его взгляда я съежилась, а по спине побежали мурашки.